реклама
Бургер менюБургер меню

Мария Черниговская – Это моя мечта. Книга 2 (страница 9)

18

– Прости меня, Делли… Господи. Если бы я знала… Это ужасно. Я не должна была срываться.

Делли медленно повернула к ней голову.

– Всё нормально, – тихо сказала она.

Это было неправдой, но сил спорить не осталось.

Она включила телефон и набрала Тайю. Та взяла сразу.

– Никаких новостей, – сказала Тайя шёпотом. – Ничего. Ники не нашли.

Голова Делли словно раскололась надвое. Она закрыла глаза, глубоко вдохнула.

– Я переведу вам деньги, – сказала она твёрдо. – Готовьте документы, вам нужно лететь.

– Делли… – Тайя всхлипнула. – Спасибо. Правда. Я даже не знаю, как…

– Всё хорошо, – перебила Делли. – Просто делайте всё быстро.

Она сбросила звонок, зашла в банковское приложение и, не задумываясь, перевела три с половиной тысячи долларов – на билеты, срочную визу, сборы. Ей было всё равно. Она не была богатой, но ради Ники отдала бы и последнее. Сорвать съёмки она не могла – контракт, обязательства, ответственность. Это грызло её изнутри.

Делли убрала телефон и вдруг спросила, не глядя на Дейзи:

– Сколько он тебе платил?

Дейзи удивлённо повернулась:

– Что?

– Ты знаешь, – сказала Делли. – Сколько он заплатил, чтобы ты работала со мной?

Дейзи сжала губы, снова посмотрела на дорогу и после паузы выдохнула:

– Триста тысяч в год.

Делли резко посмотрела в окно.

– Ого… – тихо сказала она. – Недёшево ты берёшь за услуги.

– Да, – кивнула Дейзи. – Но ты лучшая клиентка из всех, кто у меня был. Правда.

Они подъехали к большому зданию. Машина остановилась.

Дейзи повернулась к Делли:

– Слушай… Я могу тебя отпустить. Мы можем всё перенести. Ты же понимаешь – тебе нужен психолог.

Дейзи внимательно посмотрела на неё.

– Я понимаю, – мягко сказала она. – Ты разбита. Истощена. Я правда боюсь за тебя, Делли. Твоя мечта может обойтись слишком дорого – твоему ментальному здоровью.

Глаза Делли наполнились слезами. Она покачала головой.

– Нет… Я обещала себе. И папе. Это наша мечта. Это моя мечта. Мне нужно идти дальше. Двигаться, даже если больно.

Дейзи взяла её за руку.

– Милая… Ты исполнишь её. Я в этом не сомневаюсь. Я просто боюсь, что ты сломаешься по дороге.

Делли резко повернулась к ней:

– Позвони Стейси. Пожалуйста. Я хочу поговорить с ним. Умоляю тебя.

Дейзи замерла.

– Делли… – тихо сказала она. – Он разобьёт тебе сердце ещё раз.

– Пусть, – кивнула Делли. – Но я хочу. Мне нужно это.

Дейзи тяжело вздохнула, достала телефон и набрала номер.

– Алло, привет, Стейси… Ага. Слушай, Рэнни рядом?

Пауза.

– Мне плевать, где он и что делает. Позови его. Сейчас.

Делли широко раскрыла глаза – она впервые видела Дейзи такой жёсткой.

– Алло… – раздался в трубке знакомый голос.

Делли выхватила телефон и вышла из машины. Сердце колотилось так, что стучало в ушах. Ноги подкашивались.

– Рэнни… – выдохнула она. – Почему ты… ты…

Слова не складывались. Голова кружилась.

– Делл? – тихо сказал он.

Что-то внутри неё оборвалось.

– Я тебя никогда не прощу, – вырвалось у неё. – Слышишь? Никогда. Ты убил меня. Просто взял – и убил.

Она задыхалась, чувствуя, как он молчит на том конце линии.

РЭННИ

«Я тебя никогда не прощу. Ты убил меня. Убил».

Её голос звенел у него в голове эхом, снова и снова, будто застрял между ударами сердца. Рэнни стоял, прижав телефон к уху, и не мог вдохнуть. Воздуха не было. Мир вокруг расплывался, терял очертания, будто его медленно накрывала вода. Он резко зашёл в настройки уже на своем телефоне, дрожащими пальцами открыл список заблокированных контактов.

Имя Делли. Он тут же разблокировал её и начал звонить.

Гудки.

Ничего.

Ещё раз.

Снова тишина.

Он звонил снова и снова – раз, два, пять, десять раз подряд. Телефон в руке казался тяжёлым, чужим.

«Она не берёт».

– Чёрт… – выдохнул он хрипло, проводя рукой по лицу. – Твою мать… что я наделал…

Грудь сжало так, что стало больно. Он опустился на стул, уставившись в пол, всё ещё держа телефон в руке, словно тот мог вдруг ожить и дать ему шанс всё исправить. Но шанса не было.

ДЕЛЛИ

На Делли нанесли слой косметики, поправили тон, ресницы, губы. Внутри было странное, пугающее ощущение завершённости, будто что-то, тянувшееся слишком долго, наконец оборвалось.

«Я сказала это», – подумала она. – «Пусть знает».

Хотя сразу в голову пришла другая мысль, холодная и горькая:

«Да ему, наверное, плевать. Он даже ничего не почувствовал, когда я это сказала».