Мария Ботева – Нельма (страница 2)

После завтрака и вовсе начались чудеса. Нитка, сестра Дамки, дала ему небольшой рюкзак с бутербродами и большой флягой.

– Этой воды тебе должно хватить на день, – сказала она, – больше ничего другого не пей. К вечеру ты должен вернуться. Ты понял меня?

– Понял.

– Что тебе снилось? Погоди, не корчись. Это важно.

Дамка подумал. И честно ответил:

– Механизм городских часов.

Нитка посмотрела ему в глаза, поцеловала лоб. Надела на голову шапку с вышитым паровозом. Дамка хотел снять ее, но глаза у сестры были какие-то несчастные, и он оставил. Ерунда, в самом деле.

Бумажный ждал его на улице под мелким занудным дождем. В руках держал какой-то серый мешок и дорожный фонарь. Холодное утро.

– Как твоя жизнь? – спросил он.

Ну вот. Но сторож не стал дожидаться ответа, раскрыл мешок и достал масленку.

– Это я отдаю тебе, но она может и не пригодиться, – сказал он и снял с мальчика его рюкзак. Положил внутрь мешок с масленкой и надел на спину Дамке. Ловко у него получилось, ничего не скажешь!

Пока шли по городу, сторож объяснил, что часовой механизм пора смазывать, а он никак не может найти масло. У озера кто-то живет, надо узнать у них, где взять смазку. А может быть, она там есть, эта смазка, кто знает. А если ее там много, то можно исправить и механизм боя, надо только взяться. Тогда часы будут громко бить, отсчитывать часы.

– А то что это – идут, а никто не слышит, когда полдень, когда полночь, когда прошло полчаса? – говорил Бумажный.

– А если мне ничего не дадут? – спросил Дамка.

– Возьмешь в плен, это несложно. Скажешь, что остановишь часы, если не будут слушаться. И еще покажешь вот это. – И Бумажный достал откуда-то из-под листьев пушку. Маленькую, на веревочке, будто детскую машинку, но настоящую. – Понимаешь, туда идти можешь только ты. Ты думаешь только о механизмах. Или о чем-то еще?

– О механизмах. Это единственное, что меня интересует. По-настоящему интересует.

– Ну вот. Значит, тебя не одурманит озеро. Воду тебе Нитка дала? Вот ее и пей. Из озера не пей. На всякий случай.

За городом Бумажный сказал:

– Дальше пойдешь один. Видишь, некоторые деревья завязаны бинтами? Иди от одного такого к другому. Потом они кончатся. Смотри наверх. Нюхай воздух. Иди туда, откуда появится дым. На запах. По дороге завязывай деревья, чтобы найти дорогу обратно. Все понял? Ты должен вернуться к вечеру. Я встречу тебя здесь. Если стемнеет, разожжешь фонарь. Держи. Правда в нем мало масла.

По дороге Дамка все думал, почему же никто, кроме него, не может пойти к озеру, и что за люди живут там, и как он будет брать их в плен, и как смазывать механизм? Самое главное: долго ли он еще проработает без смазки?

Вдруг Дамка понял, что уже давно не видел забинтованного дерева. Он привязал бинт на ближайшую сосну и поднял голову вверх. Дождя не было, светило солнце. Вдалеке он заметил что-то интересное, кажется. В небе плясал на ветру яркий лоскут. Да, кажется, какая-то ткань. Что это? Дыма не было, и Дамка решил идти в сторону вот этой яркой тряпки. По дороге перевязывал деревья. Чтобы не заблудиться – все, как говорил Бумажный.

И вдруг ребенок увидел дом. Точнее, маленький домишко. Под навесом на стуле кто-то сидел, какая-то старуха. В руке она держала кружку с горячим кофе. Дамка вспомнил, что утром он тоже пил кофе и запах был похожим, но другим. Утром – скупой и неинтересный. А этот – нельзя пройти мимо.

– Кто ты? – спросил Дамка. – Руки вверх. Кофе давай.

Он протянул руку, схватил зеленую кружку и тут же уронил ее на землю.

Луна и Нельма

Солдаты испортили сети. Что же делать? Это они от злости. Нельма достала удочку, поймала двух больших рыб. Здравствуйте, холодные. Они не ответили. Рыбы никогда не отвечают, привыкли, что их сразу бросают на сковородку.

Удочка была ни к чему, рыбам вдруг стало тесно в озере, они прыгали в руки. Нельма ловила рыб еще и еще. И еще. Можно сразу же подвесить и засушить их. Но Нельма решила: так нечестно. Правильнее будет просто поймать. Старуха налила воды в корыто и пустила туда рыб. Потом – в таз. В ведро. В большую кастрюлю. Пусть пока живут тут. Уже давно не слышно выстрелов, а рыбы все еще боятся.

Озеро стало другим. Что его беспокоит? Дальний берег как будто приблизился. Может быть, так только кажется? Но озеро волнуется, значит, что-то произошло. Война кончилась. Что происходит, когда кончается война?

В эти дни никто не пришел. Столько людей было в городе и вокруг озера – и вот никого не осталось. Странно подумать. Никого. Можно кричать, можно громко чихать, можно даже бить в колокол, и звук далеко уйдет по воде – и никто не услышит.

По небу летели птицы, но тех журавлей все не было. Очень мало птиц почему-то. Всегда бывает больше. Они летят и что-то кричат. Весной Нельма разбирала язык: это мы, это мы! Мы еще вернемся! Прощевайте пока!

А теперь кричат: это мы! Где вы?

И голос их так тих. Может быть, и крылатые боятся? Но война уже закончилась. И они же умеют летать, им проще улизнуть от горя. Нельма выпустила рыб в озеро, они не стали выпрыгивать. Уже не боятся.

Нельма ждет двух больших серых птиц. Нельма обещала им быть тут осенью, когда они полетят обратно. Весной никто не знал, что будет война. Весной вода в озере будто пела свежую песню, а теперь плещется тихонько: так человек осторожно глотает холодное. Птицы же не виноваты. Солдаты ругались, когда пришли: тебе журавли дороже нас. И тыкали в спину палками. Хотели связать и унести с собой насильно. Просто положить на плечо, как мешок с картошкой, и унести. Но голуби бросались и клевали их лица. Прилетели с озера гуси, щипали за пятки. Заступники. Ладно, пусть остается. И нести тяжело. Солдаты ушли, но испортили сети, раскидали посуду, порвали белье. Утопили лодку. Напугали птиц, громко хлопали вицами. Такие злые.

Старуха лежала и смотрела на озеро. Все равно не уйдет. Озеру без Нельмы нельзя. Потом встала и растопила печь. В городе чужие, но до них далеко, они не увидят дым. Скоро зима, холодная сырость обхватывает плечи, не дает повернуться. Надо греться.

Голуби вернулись через день. Они ничего не принесли в своих клювах, просто прилетели. И это радость. Сели Нельме на голову и плечо, стали ворковать. Как до войны. Как когда-то давно. Два голубя. Хорошо, что вернулись.

Нельма слушает ветер, озеро, воздух. Пока все спокойно, никто из чужих не подходит близко. Наверно, у них много дел в городе. Это надо проверить. Нельма хочет отправиться в ту сторону, к городу, но не может. Надо ждать журавлей. Надо встретить их. Поэтому Нельма учится слушать, когда штиль или ветер со стороны города. Нельма сама старая, и уши старые, но слышат они хорошо. И вот Нельма уже разбирает топот ног в городе, ход часов в башне, лязг оружия. Зачем им оружие? Сейчас, когда все ушли? Скоро Нельма научится различать слова и все поймет. Если они скажут. Если они вообще разговаривают. Как знать, что у них в голове?

Нельма смотрит на луну, разговаривает с луной. Каждый вечер и немного по ночам. Говорит громко, надо же слышать чей-нибудь голос. Хотя бы свой. Луна, поговори со мной, – просит Нельма. Луна, может быть, тебя нет? Может быть, Нельмы уже тоже нет? Луна не отвечает. Слышит ли она Нельму? А кого теперь спросишь? Голуби свободно ходят вокруг дома, не держать же теперь их в клетке. В дом не заходят.

Весной Нельма повесила на веревку сушиться белье. Над домом качался на ветру воздушный змей. И солнце светило так непривычно ярко. Все совпало в один день: белье, солнце, воздушный змей. И журавли. Нельма гадает: может быть, журавли не узнают это место?

Нельма думала-думала и решила: воздушный змей лежит на чердаке, его можно запустить. Белье порвано, но что-то должно остаться целым. С солнцем как получится. Нельма сказала: луна, правильно сделает Нельма? Луна моргнула. Нельма моргнула тоже.

Утром был ветер со стороны города – как раз для змея. Нашлось белье: наволочка и две простыни. Хватит. Озеро заблестело на солнце, от света в глазах щиплет. Как хорошо!

Воздушный змей. Нельма

Глупая, глупая Нельма. Старая совсем. Осень, это же осень. Стоило только спросить у солнца, что видно оттуда, сверху, как оно тут же спряталось. Пошел тягучий дождь, почти невидимый, самый мокрый. Тихо-тихо стало на озере. Может быть, Нельма бы и сама себя не услышала, если бы сказала хоть слово. Но Нельма молчит. В такую погоду лучше забраться под крышу и смотреть на озеро. Крохотные капли падают в воду неслышно, кругов от них не остается. Трава чувствует только то, что вокруг становится сыро, очень сыро, а сам дождь так же незаметен, как воздух. Листьям он быстро надоел, так что они тоже молчат. А жаль, было бы интересно узнать, о чем они могут говорить с дождем. Не о погоде же.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.