Мария Боталова – Жена алого императора (СИ) (страница 24)

– Фьёр, что же ты… как же так… как тебе помочь… – шептала я, боясь даже дотронуться до него.

А вдруг сделаю только хуже? Что я могу предпринять?

– Фьёр, пожалуйста… ответь, – молила я уже вслух, давясь слезами.

Попыталась собрать тьму руками, но она соскальзывала с пальцев и текла дальше. Если это часть Фьёра – ее нельзя отпускать, ее нужно удержать любым способом.

Призвала аккуратно магию. Да, я боялась навредить, но старалась действовать как можно аккуратней.

Анаасг сказал, что фениксы объединяют свою магию с раахами. Первозданный свет и первозданную тьму вряд ли удастся объединить, да и если вспомнить теории о пустоте, даже пытаться не стоит. Но вреда быть не должно! Почти не дыша, осторожно обволакиваю светом тело Фьёра, не давая тьме растечься еще больше. Кажется крайне важным сохранить хотя бы то, что еще осталось.

А потом время слилось в сплошной кошмар. Фьёр не откликался – я сидела вместе с ним на камнях и концентрировалась на световой колыбели, чтобы она не распалась. Закреплять и делать свою магию более стабильной я пока еще не научилась.

Я не знала, что делать, как позвать на помощь. Я даже не знала, выжил ли орденец. Вряд ли, конечно. Со вспоротым горлом долго не живут – пару секунд, и мучения должны прекратиться. Но мне все равно было страшно. А что, если именно здесь он договорился встретиться с остальными? Или его ждут где-нибудь неподалеку, а как не дождутся – пойдут искать? Что, если уже ищут и вот-вот нападут?!

Одно облегчение – птенчик нашелся. Он сложил подрагивающие от напряжения крылышки и боком прижался ко мне. Он еще не умел летать, но, похоже, как и я, спланировал.

Я напряженно осматривалась по сторонам, выискивала взглядом какое-нибудь движение, но пока вокруг было на удивление тихо и спокойно. На дне ущелья каменная крошка, покрывающая землю, перемежалась с валунами побольше и редкими пробивающимися из-под них травинками. Возможно, стоило поискать подходящее укрытие, чтобы орденцы не смогли обнаружить меня слишком быстро, но я боялась потревожить Фьёра. Магический кокон не выдержит, если я попытаюсь его сдвинуть. А если световая колыбель распадется – магия Фьёра окончательно его покинет. Я не знаю, что будет. Но мне страшно. Страшно от мысли, что Фьёр может умереть. Страшно, что сегодняшний день может стать переломным и ничего уже будет не исправить. Страшно, в конце концов, что орденцы доберутся до меня раньше фениксов.

Застывшие в глазах слезы размывали обзор, а я напряженно всматривалась в отвесные скалы, в малейшие тени от них и подозрительные провалы, похожие на входы в пещеры, где могли встречаться всякие ужасы, от толпы орденцев до диких зверей.

Мне не было холодно после инициации, но трясло от чего-то другого, зарождающегося глубоко внутри. Здесь ветер не дул так сильно, как на плато наверху, но от камней исходило ледяное дыхание. И меня мутило от ощущения запекшейся крови на крыльях, на одежде, на коже и волосах.

Внезапно высоко в небе над верхушками гор показалось несколько темных точек. Я вздрогнула.

Орденцы? Фениксы?

Сердце пропустило удар. Спустя мгновение рядом со мной раскрылся портал, из него вышагнул Эроан. Облегченно выдохнув: «Стася», – он прижал меня к себе.

– Т-там… там орденец, на плато, – выдавила я, прежде чем разреветься.

Меня затрясло, и от холода, и от пережитого ужаса. И от того, что ужас на этом не заканчивается.

– Все хорошо, Стася. Мы тебя нашли. Все хорошо.

– Нет! – я вывернулась из объятий, когда Эроан попытался закутать меня в камзол. Конечно, у него ничего не вышло еще и потому, что крылья мешались за спиной.

– Фьёр, он… Я не понимаю, что с ним. Ему нужна помощь. Срочно, Эроан!

– Мы не можем ему помочь, – раздался голос Анаасга.

Я обернулась.

– Как? Но почему? Вы же… вы разбираетесь в физиологии раахов. Вы все!

Вокруг нас собрались Анаасг, Стааг и несколько незнакомых фениксов, похоже, из воинов.

– Ты уже сделала все, что могла, – сказал светлейший, склоняясь над коконом. Стааг подхватил на руки птенца. – Раахи – создания, сотканные из магии. Сильнейшие ранения, такие, которые способны наносить орденцы, разрушают магические связи. Магия начинает распадаться. Если потеряет слишком много магии – раах погибнет. Обычно фениксы могут помочь раахам. Не только прекратить отток, но и помочь связям срастись. Но у вас разная магия, Стася. Твой свет не поможет тьме Фьёра. Ты остановила отток – это было правильно. Теперь вся надежда на него. На Фьёра. На то, что он справится и сумеет восстановиться самостоятельно.

– Значит… если бы он выбрал себе темного феникса, тот бы сейчас сумел помочь? – прохрипела я. – Фьёр, ну почему… почему ты не послушался меня и не позвал на помощь? Зачем бросился спасать?

Горло сдавливало, дыхание перехватывало. Живот скручивало от боли и недавних кульбитов. Я пошатнулась, бессильно плача. Эроан тут же снова оказался рядом, придержал.

– Стася, ты сможешь убрать крылья? – мягко спросил он. – Я укутаю тебя в теплый камзол.

Я замотала головой.

– Нет. Я не могу. Они грязные.

– Открываем портал и возвращаемся, – объявил светлейший. – Отряд продолжит поиски орденцев.

– А тот, который нас сюда перенес? Вы его поймали? – выдавила я.

– Да.

Я не решилась спросить, выжил ли он. Впрочем, наверняка нет. Это очевидно.

Мы с Эроаном и Анаасгом вернулись во дворец в Феоаре. Фьёра аккуратно, чтобы не разрушить сотканный мной кокон, перенесли в мои покои и устроили в постели, соорудив из одеяла мягкое гнездышко. Я устроилась рядом, ни в какую не желая покидать Фьёра. Правда, чуть позже Эроану все же удалось уговорить меня сходить в ванну и отмыться от крови, а заодно убрать крылья. Горячая вода причиняла боль – мне вызвали целителя, чтобы залечить содранную кожу.

После всех процедур Эроан помог забраться в постель и укутал во второе одеяло, а сам лег рядом и прижал меня к себе.

– Ты героически держалась, Стася. Ты защитила птенца, сразилась с орденцем. Ты…

– Он мертв? – все-таки спросила я.

В комнату постепенно наползала вечерняя темнота. Я не видела лица Эроана, потому как лежала к нему спиной, но ощутила его напряжение.

– Да, – нехотя ответил он.

– Значит, я стала убийцей… Что ж, этого следовало ожидать.

– Ты защищалась. Защищала себя и тех, кто тебе дорог. Ты ведь не намеренно вспорола ему горло.

– Нет. Он просто подошел сзади, когда я… Эроан!

Перепугавшись, я поспешила развернуться. Эроан не стал удерживать. Я буквально выскочила из его объятий и села в кровати.

– Не подходи ко мне спины. Больше никогда. Эти крылья… ты ведь видел, что они могут сделать!

– Ты не причинишь мне вреда, – император тоже сел.

– Я могу вспороть тебе кожу! Могу горло разрезать или грудь. Да что угодно могу! Крылья – это оружие. Смертоносное.

– Стася, успокойся, пожалуйста. Все хорошо. Ты ничего плохого мне не сделала и не сделаешь.

Меня снова трясло. Эроан прижал меня к себе и начал легонько покачивать, словно убаюкивая. После повторной истерики я все же успокоилась. Прижималась щекой к его груди, вслушивалась в размеренное, такое сильное и уверенное сердцебиение.

– Все, что ты можешь, это усиленно учиться управлять крыльями. Учиться расправлять их только по своему желанию и начинать с нематериальных, чтобы никого и ничего при этом не задеть. И превращать их в оружие только тогда, когда ты сама этого хочешь. Однако тебе нечего бояться. Я осторожен, я знаю, что в любой момент ты можешь выпустить крылья. У меня прекрасная реакция, чтобы вовремя уклониться. Этот орденец явно не ожидал, что ты расправишь крылья. Сам идиот – встретил тебя в Феоаре и не сообразил, что можешь воспользоваться крыльями. Но я-то не идиот. А хочешь, мы прямо сейчас попробуем один интересный способ?

– Давай. Все равно не усну, – со вздохом согласилась я.

Эроан провел кончиками пальцев по моим лопаткам, и я ощутила прохладу.

– Что это? Что ты сделал?

– Прикрыл твои лопатки тонким слоем тьмы. Ощущаешь дискомфорт?

– Нет, – я мотнула головой. – Уже привыкла к тьме. Мне кажется… с тех пор, как наша связь с Фьёром укрепилась, я ни разу не испытывала ни малейшего дискомфорта от тьмы. Чувствую только прохладу, прилегающую к коже.

– Пусть в ближайшее время я не смогу целовать твою спину, но находиться у тебя за спиной смогу. Дымка из тьмы не помешает крыльям появиться, чтобы не навредить и не поранить, я сделал ее совсем легкой и невесомой. Но она ненадолго задержит, если крылья начнут появляться. В этом случае я через свою же магию почувствую, что крылья появляются, и уж точно успею вовремя сместиться в сторону, чтобы меня не задело. Так тебя устраивает?

– Да, пожалуй.

– Значит, пока мы наедине, будем использовать этот метод. Но ты скоро научишься, не сомневаюсь.

– Боюсь, у меня новая фобия. Прежде чем страх вспороть тебе горло крыльями пройдет, я не только научусь с ними управляться, но и… нужно будет выждать какое-то время.

– Подождем. Столько, сколько нужно.

Ложиться к Эроану спиной я все равно наотрез отказалась. Вдруг я засну, он заснет… и не успеет вовремя отреагировать. Так что устроились мы по обе стороны от Фьёра, лицом друг к другу. Я не сразу задремала, но все-таки усталость после всех пережитых ужасов в какой-то момент сморила меня.