Мария Боталова – Жена алого императора (СИ) (страница 19)

– Я не оставлю женщину с моим ребенком, – Эроан кивнул. – Замуж не возьму, но помогать ребенку буду. Однако я хочу быть уверен, что и ты меня не оставишь.

– Конечно, не оставлю. Это ничего не изменит, – я со вздохом прижалась к Эроану. – Зная, что ты не оставишь своего ребенка, я и сама чувствую себя более защищенной.

– Потому что… Почему? – Эроан замолчал.

Я ощутила, как забилось его сердце, ощутила волнение.

– Ну… у нас ведь когда-нибудь тоже будет ребенок, – я улыбнулась.

– У меня нет примера счастливой семьи. И счастливыми детьми мы с братом тоже не были. Но вместе с тобой…

Ощутив, как расслабляется Эроан, я приподняла голову и увидела, что он улыбается.

– Вместе с тобой я уверен, что все получится правильно.

– Все готово, – объявил Даррэн вернувшись.

Мы отправились к леди Илонде втроем. Ее оставили в небольшой, уютной гостиной с мягкими диванчиками и каминами. К слову, под охраной – снаружи двери сторожили двое стражников, не позволяя леди покинуть комнату. Бегать и искать нервную женщину по всему дворцу, а то и столице никто не хотел.

– Она пыталась освободиться? – спросил Даррэн.

– Да, ардол. Как только вы ушли – стала стучать в двери, просить ее выпустить. Говорила, что ей дурно. Мы предлагали вызвать целителя, но леди устроила истерику с криками, что осмотр целителя для нее слишком унизителен.

– Полагаю, мой осмотр унизительным не будет, – жестко усмехнулся Эроан и толкнул двери.

С нашим появлением леди вскочила с диванчика, на котором сидела со стаканом воды.

– Эроан… – выдохнула она и замерла, с восторгом рассматривая императора.

Теперь и я могла ее рассмотреть. Молодая, может, лет двадцати. С пшеничного цвета кудряшками, чувственными розовыми губками и идеальной светлой кожей. Девушка смотрелась хрупко, бледновато и несколько нервно. Вот только платье у нее было слишком свободным и вполне могло скрывать небольшой животик.

– Беременна, – заключил Эроан через несколько секунд.

– Конечно! Эроан, это твой ребенок, – сказала леди, прижимая к животу свободную руку. – Я так тебя люблю, что готова была уйти. Помнить о тебе, но не напоминать о себе. Я… я разволновалась, когда узнала, что ты собираешься жениться. Мне было больно, но я смирилась с мыслью, что ты всегда свободен, не принадлежишь ни одной. Но сегодня… – она бросила на меня короткий взгляд и снова посмотрела на императора. – Прости, я не выдержала. Я не понимала, что творю. А когда опомнилась, попыталась сбежать, но стража меня не выпустила – заперла, как преступницу! И все же. Раз я не сохранила эту тайну. У тебя будет ребенок, Эроан. Наш ребенок.

Я смотрела на эту молодую женщину и пыталась понять, что чувствую. Спектакль или нет? Не знаю. Но… что-то колет внутри, что-то неприятное.

Понимаю, что у Эроана есть прошлое, причем весьма бурное. Я справлюсь, смогу принять любой исход. И все равно раздражаюсь при мысли, что сейчас побегут толпы, заявляющие, что беременны от Эроана! Да, это ревность. Я – тоже живой человек со своими чувствами, не всегда прекрасными и светлыми.

– Чей ребенок – сейчас проверим, – заявил Даррэн и выступил вперед.

Леди Илонда задрожала, выронила стакан. Но тот не разбился, вовремя подхваченный магией тьмы.

– Что вы собираетесь делать? Эроан! Эроан, помоги мне! – занервничала леди, отступая в глубь комнаты.

– Не беспокойся, Илонда. Даррэн всего лишь воспользуется артефактом. Это не больнее укола крохотной иглой.

Даррэн наступал, вместе с тем доставая из кармана странный предмет – два небольших сообщающихся сосуда с желтоватой сердцевиной.

– Что вы собираетесь делать? Эроан, пожалуйста! Не надо!

Илонда попыталась броситься бежать, но Даррэн среагировал молниеносно и перехватил ее. Леди закричала, заплакала, забилась в истерике, пытаясь высвободиться.

– Это будет быстро. Сейчас все закончится, – заявил Даррэн. Не выпуская леди из хватки, вынул из кармана иглу.

Несчастная заливалась слезами и кричала.

– Эроан, что вы творите! – не выдержала я. – Она же беременна!

На лице Эроана запоздало отразилось понимание.

– Даррэн, отпусти.

Даррэн тут же выполнил приказ. Илонда рванула в угол комнаты и забилась в него прямо на полу.

От увиденной сцены и мне сделалось нехорошо. Я передернула плечами и подошла к Илонде, присаживаясь рядом. Она уже не играла – рыдала совершенно искренне, заливаясь слезами. Кажется, после устроенного Лиилой спектакля я научилась отличать настоящие слезы от наигранных. Илонда на самом деле испугалась действий мужчин.

Сердце дрогнуло. Даже если она обманщица и собиралась выдать чужого ребенка за императорского, Илонда остается беременной женщиной. И она не заслуживает такого обращения.

Не скажу, что мне очень хотелось ее обнять, но пришлось, чтобы успокоить.

– Все хорошо. Никто не собирался тебя обижать. Они не сделают тебе больно, – приговаривала я, поглаживая рыдающую женщину. Она не сопротивлялась и не отталкивала, наоборот, жалась ко мне, как будто я единственная могла ее защитить.

Поймав взгляд Эроана поверх светлой макушки, прочитала в его глазах сожаление.

Потребовалось время, прежде чем Илонда успокоилась. Я приказала принести чай из успокаивающего отвара и сладости. Постепенно все-таки удалось пересадить Илонду с пола снова на диван, накормить и напоить. Мужчины не вмешивались – молча и мрачно наблюдали за моими действиями.

По мере, как Илонда успокаивалась, я вновь начинала испытывать к ней раздражение.

– Я не знала, что ты такая. Думала, ты возненавидишь меня. А ты такая… добрая оказалась, – робко призналась леди, растерянно закусывая тортиком с лесными ягодами.

– Мне не за что тебя ненавидеть. Эроан – мужчина, перед которым мало какая девушка сможет устоять. Но ты ведь понимаешь, что Эроан – император? И он не может признать ребенка, пока не будет уверен, что этот ребенок его.

Илонда неожиданно покраснела. Я опасалась, что она опять начнет истерить, закричит, что как же мы можем ее подозревать, но… нет. Вместо истерики леди робко спросила:

– Это правда не больно?

Я перевела взгляд на мужчин, потому как понятия не имела, каким образом будет проходить проверка.

Даррэн снова достал артефакт. При ближайшем рассмотрении это оказались две небольшие колбы, раза в два меньше стандартных размеров. Внизу они соединялись, так что представляли собой сообщающиеся сосуды. А в центре виднелась янтарно-желтая жидкость.

Во второй руке Эроан держал обыкновенную иглу.

– Ты когда-нибудь сдавала кровь целителям? – спросил он мягко, насколько мог. Видимо, не хотел повтора истерики.

– Да… Хорошо, – неуверенно сказала Илонда и протянула руку ладонью вверх.

Даррэн все же сделал нечто неожиданное. Вместо того, чтобы проткнуть подушечку пальца, он ловко и быстро, пока леди не опомнилась, уколол ей живот. Илонда удивленно ойкнула. А кровь, не пропитывая ткань, просочилась сквозь крошечные, невидимые глазу просветы в плетении ткани и поплыла прямо по воздуху. Несколько капелек опустились в одну из двух колб и, отпущенные магией, уже обыкновенным образом потекли по стенкам сосуда вниз к желтой жидкости. Однако с ней не смешалась – задержалась на поверхности.

Затем Эроан, воспользовавшись иглой, которую всегда носил с собой, проткнул свой палец и отправил пару капелек крови во вторую колбочку. Кровь стекла и задержалась на поверхности. Мы замерли наблюдая. Однако ничего не происходило.

– Родственная кровь проникает в жидкость и перемешивается, – пояснил Даррэн.

– Но… укол был совсем неглубоким, это моя кровь. Конечно, мы с Эроаном не родственники, – растерянно заметила Илонда.

– Это кровь ребенка, – Эроан качнул головой. – Я направил ее при помощи магии крови.

– Артэль – эта желтая жидкость на дне колб, – пояснил Даррэн, – она безошибочно определяет родство. Или его отсутствие.

– Это не мой ребенок, Илонда, – сказал Эроан.

Несколько секунд она смотрела на императора, а потом горько расплакалась.

________________________________________

Признаюсь, я ощутила облегчение. Смотрела на эту несчастную, рыдающую женщину, а чувствовала облегчение. Может, это и недостойно, но мне плевать. Имею право!

Нет никакой уверенности, что теперь, когда Эроан из свободного императора, с чем многие уже смирились, внезапно превращается в помолвленного, не объявится женщина с настоящим его ребенком. Но… хотя бы это не произошло в день нашей помолвки.

Да, я смогу принять. Я люблю детей и много лет мечтала о своем собственном. О своем… Но ребенка любимого мужчины я смогу принять. Вероятно, мне даже хватит мудрости и любви, чтобы доверять Эроану, не ревновать к матери такого ребенка. И все же я буду счастлива, если нам удастся построить свою семью без вмешательства посторонних леди!

На этот раз я уже вполне искренне утешала женщину. А когда она немного успокоилась, слушала ее откровения.

– Я… я была так расстроена, когда поняла, что после одной ночи… мы с Эроаном больше никогда не будем вместе. А рядом был он… Роннан, друг детства. Он всегда был рядом, всегда был влюблен в меня. Пока я… пока грезила о несбыточном, он поддерживал меня и просто был рядом. Мы тогда… всего один раз… И я думала… что отец – Эроан, ведь он… он был первым, – Илонда всхлипнула. И вцепилась в мое платье. – Пожалуйста, леди! Пожалуйста, не нужно рассказывать о моем позоре. Я вас умоляю, давайте оставим произошедшее втайне.