Мария Боталова – Тайны Изначальных. Дорогами Эфира (страница 2)

С другими Изначальными в это время мы почти не виделись. Я старалась не покидать отведенные мне покои без особой нужды, а все остальные не стремились ко мне заходить. С предложениями познакомиться тоже пока не донимали. Может быть, понимали, что мне по большей части сейчас не до общения – научиться бы себя контролировать, а может быть, и вовсе за свою пока не принимали. Зато Англир часто меня навещал. Он единственный, с кем я здесь общалась.

Сегодня меня представили кругу Изначальных. Я узнала, что их девятнадцать. Со мной стало двадцать, а если вспомнить, что Изначального Молний до сих пор нет, то, получается, когда-то число Изначальных равнялось двадцати одному. Столько же видов арэйнов существует в Арнаисе. Кто бы мог подумать, что я узнаю об этом именно так – оказавшись в обители Изначальных!

Конечно, если бы я помнила себя, никаких проблем бы не возникло. Они смогли бы задать вопросы, ответы на которые знает только Изначальная Огня. Но я лишь осознавала себя Изначальной и ничего при этом не помнила из прошлой жизни, из той жизни, когда была Изначальной Огня.

В тот самый момент, когда необъятный Огонь пришел ко мне и разорвал человеческую душу, он высвободил заточенный в человеческой душе Дух стихии. Дух Огня. Ту, кем я была изначально. Осознание пришло. Да, я осознала, да, теперь я сама стала стихией, теперь поняла, почему потраченный мною Огонь на обледенелой равнине, вычерпанный до последней капли, вновь ко мне вернулся. Он не мог восстановиться извне, потому что вокруг давно не было стихии, но Огонь на самом деле никогда полностью меня не покидал. Я – сама стихия. Дух Огня. Огонь. И он снова разгорелся, потому что там, где есть Дух Огня, есть и сам Огонь. Почувствовать это мешала человеческая душа, ставшая тюрьмой моему существу, но больше нет тюрьмы, сброшены оковы. Только памяти тоже нет. Я не помню, как жила до того, как погибнуть. Я даже не помню, как лишилась тела. Что произошло дальше, тоже не помню. Мои воспоминания начинаются с человеческой жизни, и то – лет с двух или трех.

Изначальные долго рассматривали меня, прислушивались к своим ощущениям, задавали вопросы. Убедившись, что ничего не помню из прошлого Изначальной Огня, расспрашивали о том, как мне удалось вернуться. С каждым вопросом, с каждым недоверчивым взглядом, брошенным на меня, я нервничала все сильнее, Огонь становилось сдерживать сложнее, и в какой-то момент он попросту вырвался на свободу. После невольной демонстрации такой силы мне поверили и объявили, что Изначальная Огня на самом деле вернулась. Поверили… когда я сама не могу до конца поверить собственным чувствам.

– Не понимаю, как такое вообще возможно…

– Ты привыкнешь.

– По собственному опыту знаешь? – Я вынырнула из воспоминаний и с любопытством взглянула на Англира.

– Именно так. Я ведь тоже ничего не помнил, когда осознал себя Изначальным Льда.

– Насколько мне известно, ты и сейчас не помнишь. Или вспомнил?

– Увы, – Англир покачал головой.

В дверь постучали.

– Вы приказывали принести закуски, – раздался голос служанки.

– Проходи, – разрешил Изначальный.

В комнату вплыла полупрозрачная девушка с колыхающимися, как будто в воде, волосами серебристо-жемчужного цвета. Она на самом деле плыла – едва касаясь пола, легонько от него отталкивалась и какое-то время двигалась по воздуху. Хрупкая, воздушная и бестелесная.

Как я узнала в первый же день после своего появления в обители Изначальных, прислуживают им души умерших арэйнов Эфира. Не знаю, чем арэйны Эфира заслужили столь безрадостную участь – после смерти, вместо того, чтобы уйти в мир мертвых, попадать сюда, к Изначальным, и оставаться у них в услужении до тех пор, пока сами не отпустят. Однако само по себе наличие слуг у Изначальных вполне ожидаемо.

Быстрыми, плавными движениями выставив на столик разнообразные яства, девушка покинула комнату. Еда здесь оказалась, как ни странно, самая обыкновенная, а может быть, ничего странного в этом не было, поскольку Изначальные обладают телами и нуждаются в пище так же, как арэйны и люди.

– Англир, почему я не сгорела? – спросила я, допив свежий ягодный сок. Англир к тому моменту как раз закончил со своим обедом. – Огонь должен был сжечь меня. Так же, как лед сковал тебя, когда ты обрел всю силу Изначального.

И дело здесь вовсе не в умении себя контролировать. Смертный попросту не может обладать достаточным контролем для того, чтобы сдержать стихию такой мощи, какой владеет Изначальный.

– Есть у меня на этот счет некоторые догадки, – задумчиво произнес Англир. – Если бы ты была простым полукровкой-эвисом Огня, так бы и произошло. Но незадолго до этого тебе повезло очутиться в Эфферасе и получить значительную концентрацию огненной стихии. Ты, может быть, не заметила, но твое тело уже тогда начало изменяться, подстраиваться под родную стихию. И контроль… пусть он давался тебе тяжело, но ты уже в тот момент училась контролировать гораздо большую силу, чем та, которой владела всю свою жизнь. Именно это подготовило тебя к принятию силы Изначальной и в решающий момент помогло не поддаться Огню, удержать его и не погибнуть от собственной стихии.

– Надо же… – я удивленно качнула головой, – кто бы мог подумать, что все сложится именно так. Что посещение Эффераса спасет мне жизнь. – Я невесело усмехнулась, вспоминая события того дня, когда родной отец угрожал мне, заставлял пожертвовать собой ради благополучия другой дочери. Любимой дочери, в отличие от меня.

Но думать об этом пока не хотелось – в настоящем оставались вопросы, не дававшие покоя все последние дни.

– А память? Почему мы оба не помним, как жили Изначальными до того, как лишились тел?

– Не знаю, Инира. Этого не знаю.

Я принялась рассуждать:

– Странно это! Вот смотри. Изначальный – дух стихии, у которого есть тело. Так?

– Так.

– Сначала дух стихии находился в одном теле – это прошлая наша жизнь. Потом сотни лет где-то болтался. Дух, который неотделим от воспоминаний. Значит, болтался вместе с воспоминаниями. Я правильно говорю?

– Вероятно, – согласился Англир. – Наши слуги помнят свою жизнь. Воспоминания в их душах, а не в умерших телах.

– Ты, дух Льда, откликнулся на зов заклинания и… – говорить об этом было неловко, но необходимо, потому как хотелось разобраться, – вошел в тело арэйна-полукровки. Ты – дух Льда! Ты просто обрел тело. Когда ты воспоминания-то потерял? Почему не помнишь ни своего прошлого существования в роли Изначального, ни скитаний без тела?

– Интересный вопрос, Инира. Очень интересный, – Англир в задумчивости постучал пальцами по подлокотнику. – Если рассуждать логически, должен был бы помнить. Ведь мы – это не тело. Мы – духи. Я – дух Льда, ты – дух Огня. Изначальный – всего лишь название того духа стихии, у которого есть тело. Арэйны так назвали нас, потому что через нас приходит стихия в их мир. Но отождествляем себя мы именно с духом, а не с тем телом, в котором на данный момент обретаемся. По сути, от места пребывания ничего не должно было измениться.

– Именно так! Ни в твоем, ни в моем случае, пусть у меня все немного иначе. Я, как дух Огня, просто меньше болталась непонятно где и нашла себе еще новорожденное тело. Пока я, как дух Огня, находилась внутри человеческой души, я себя не осознавала, спала. Но когда сила стихии хлынула ко мне, разрушила душу обыкновенного смертного и пробудила дух, я ведь должна была не просто осознать себя Изначальной Огня, но и вообще все вспомнить! Почему этого не произошло?

– Возможно, что-то вмешалось…

– Но что? Что это за сила могла быть? Или… – я замолчала, не решаясь озвучить предположение. Однако если задуматься, оно вовсе не лишено смысла. Ведь по какой-то причине три духа стихий лишились своих тел. И Ксай… он говорил, что возможен заговор среди Изначальных. Что если и воспоминаний мы лишились неслучайно?

Англир только покачал головой, не желая продолжать, и перевел разговор на другую тему:

– Я еще не все освоил из новых возможностей, всему приходится учиться с нуля. Но кое-что, – он загадочно улыбнулся, – я могу показать тебе уже сейчас. Хочешь увидеть кого-нибудь из знакомых? Из тех, кто остался в Лиассе или Арнаисе.

– Ты ведь знаешь, мне пока нельзя никого навещать. Огонь может вырваться из-под контроля в любой момент.

– Я говорил не о перемещениях. Смотри, – Англир развернулся чуть боком, провел над столиком между нами рукой, как будто стекло протирал. Вслед за его ладонью воздух заискрился серебристыми льдинками. А потом образовалось уже знакомое окно, только на сей раз оно позволяло смотреть не сквозь стену, а сквозь пространство.

Перед взором развернулась чудесная картина – солнечная полянка посреди леса, усеянная мелкими белыми цветами. Покачивающаяся на ветру высокая трава, а где-то за густыми зарослями просвечивают водные блики. Озеро? Или, может быть, ручей?

– Без заклинания? – удивилась я.

– Изначальным не нужны заклинания. Нам всегда хватает силы мысли. Зачем слова, если и без того стихия идеально послушна? Для нас с тобой, конечно, пока не совсем идеально, – Англир усмехнулся, – но когда освоим все прежние умения, можно будет обходиться без заклинаний.

Касательно Эфира я бы так не сказала. Но приятно думать, что Огонь когда-нибудь будет подвластен мне полностью и послушен только силе мысли, без помощи слов заклинания.