Мария Бородина – Земля избранных (страница 36)

– Это в мои планы не входило, – Миа сконфуженно надула губы. Разноцветные глаза смотрели на Нери исподлобья.

– Нам больше некуда идти, – Нери карабкался всё выше, корчась от боли. Сквозь пелену влаги, застилающую глаза, он заметил, что пространство под ним заполнили клубы тумана. Окна особняка, подёрнутые зарослями плюща, плыли между промежутками ограды, рассыпаясь на неровные лоскутки. – Давай сюда!

Нери с трудом перебросил через решётку ногу. Ботинки отяжелели от утренней росы. Промокшая оторочка джинсов обдала лодыжки холодком. Распрямив спину через боль, бросил взгляд вниз: туда, где, утопая в тумане, переминалась с ноги на ногу Миа.

– Вы скоро справитесь? – заверещала с противоположной стороны Кантана, будто бы прочитав его мысли. Она деловито упёрла руки в бока. Опустевший наплечный мешок чёрной гирькой свесился с её локтя.

– Решайся, Миа, – бросил Нери, спрыгивая с забора во двор.

Подошвы упруго ударились о землю. Нестерпимая боль пронзила плечо раскалённым лезвием. Нери закусил губу до крови, пытаясь превозмочь мучение.

Миа осторожно поставила ногу на выступ кованого рисунка и перенесла на неё свой вес. На её лбу бриллиантовой пылью серебрилась испарина.

– Ты сможешь, – добавил он уверенно, глядя сквозь прутья решётки.

– Отстань, Нери 42. И без твоей патетики хреново, – Миа неуклюже перебросила ногу через забор. – Я не люблю чужие дома. И не думаю, что идея обосноваться здесь хороша. Мы слишком заметны.

– Миа, – Кантана попыталась улыбнуться. По лихорадочному блеску чёрных глаз было заметно, что ожидание изводит её. – Эту проблему предоставь мне. Лучше всё же в тепле и сытости, чем на улице.

– Лучше для тебя? – Миа спрыгнула на землю. – Или для нас? Ты, как мне кажется, только за свою шкуру и трясёшься.

– Да что ты такое говоришь? – пробормотала Кантана то ли растерянно, то ли с упрёком.

– Кантана, не слушай её, – выдавил Нери, осознавая, что Миа-то, пожалуй, права, – она просто не выспалась. Поэтому в плохом настроении.

– Я всё прекрасно понимаю, – улыбка Кантаны была сдержанной и безмятежной. Однако едва уловимая дрожь её пальцев подсказывала, что внутри у неё бушует буря. – Уверяю, что тоже не была бы довольна после ночёвки с крысами в библиотеке. А уж что делает с женщиной весть кровной связи!

– Я, вообще-то, веду к тому, что… – проговорила Миа, опуская капюшон. Пряди волос рассыпались по её плечам. – Всё это слишком внезапно. Порталы, действующая магия, совершенно иная цивилизация. Я к такому не готовилась. Я хочу домой!

– Ты как ребёнок, – перебил её Нери. – Хватит бунтовать уже.

Миа подняла виноватый взгляд. Непонятная искра в глубине её глаз заставила сердце затрепетать. Она словно хотела выпустить какую-то часть себя наружу, как загнанную птицу. Но что-то мешало распахнуть двери клетки.

– Миа, – попыталась вернуть разговор в дружелюбное русло Кантана. Располагающе склонила голову на плечо. – Нам всем сейчас непросто, но ты всегда можешь на меня положиться.

– И это говорит та, что размахивала ножом? – Миа недобро хихикнула ей в лицо.

– Я никогда не нападаю первая, – Кантана потупила взор и принялась ковырять носком туфельки пучок засохшей травы.

Нери недовольно покачал головой, пытаясь держаться в стороне от эпицентра накала. Из-за незапланированной ссоры план мог провалиться в тартарары. Он почти не знал Мию, но почему-то был уверен, что в случае конфликта она не станет молчать, пережёвывая всё внутри. В этом они были похожи. Лезть на рожон – фатальный дар безумных.

Нужно что-то предпринять, пока она не слетела с катушек. Срочно.

– Кантана, мы догоним тебя, – Нери остановился в тени облетевшего розового куста. – Нам нужно кое-что обсудить.

– Ну… хорошо, – вымолвила Кантана, направляясь в обход дома по узенькой, аккуратно протоптанной тропинке. – Я подожду вас у калитки. Только не затягивайте!

Чёрный силуэт скрылся в тумане. Голые деревья помахали Кантане вслед растопыренными пальцами ветвей. Звук шагов растаял в звенящей тиши утреннего воздуха.

Нери повернулся к Мии. Пришлось наклонить голову, чтобы посмотреть ей в глаза. Сейчас она казалась особенно маленькой и беззащитной. Та, словно собираясь обороняться, сложила руки на груди и надула губки. Нери прекрасно понимал её чувства и – более того – даже мог смотреться в неё, как в зеркало.

– Всё будет хорошо, Миа, – успокаивающе проговорил он, не отводя глаз. – От этого во многом зависит наше будущее. За тебя я беспокоюсь больше, чем за себя. Не провоцируй её, пожалуйста.

– Беспокоишься? Почему тогда ты не захотел уйти со мной? – пролепетала Миа. Завеса холодного воздуха перед её лицом задрожала. – Мы не пропали бы вдвоём.

– Ты ещё не видела здесь ничего и не знаешь, с чем придётся столкнуться, – Нери пожал плечом. – Ты заметила, каких удивительных вещей полон этот город? Я думаю, она права. Так будет лучше. Потерпи хотя бы первые несколько дней. Приноровимся, оправимся, а там подумаем, что делать дальше.

По щеке Мии покатилась слеза. Солнечный блик превратил капельку в драгоценный бриллиант.

– Она мне не нравится, – произнесла Миа полушёпотом.

– Мне тоже, – признался Нери. И, впрочем, не лгал. – Но выбора у нас нет.

– Моя мама поднимет шумиху в прессе. Нас быстро найдут, – Миа, задыхаясь от волнения, упорно перечисляла аргументы. – Я хочу убежать, пока она не видит.

Нери, подчинившись мимолётному инстинкту, обхватил личико Мии ладонями и провёл большими пальцами по гладкому шёлку кожи. Щёки Мии были холодными и влажными, то ли от осенней росы, то ли от слёз. Нери мягко, но настойчиво приподнял её подбородок. Два разных, отчаянно блестящих глаза умоляли… Он изумился сам себе: впервые в жизни позволил себе вольный и интимный жест по отношению к девушке. Какая-то важная его часть словно осталась там, за чертой. В Иммортеле…

– Нет, Миа, – коротко ответил Нери, по-прежнему глядя ей в глаза. Он уже не чувствовал смущения: лишь отчаянную решимость, которую должен передать ей. – Мы останемся.

Проснувшийся холодный ветерок зашумел ветвями кустарника. Туман постепенно рассеивался.

– Тогда оставайся ты, – Миа обхватила запястья Нери окоченевшими ладонями, но руки его не сбросила, – а я пойду.

– Я теперь в ответе за тебя, – Нери склонил голову и попытался улыбнуться, – не думай, что я позволю тебе нарваться на опасность.

– Боюсь, что мы уже нарвались, – Миа смущённо опустила глаза и неуверенно погладила его руки.

Горячая волна нежности захлестнула Нери, занавесив взгляд трепещущей пеленой. Кровь безумной канонадой застучала в висках.

– Не подводи нас, Миа, – прошептал он, склоняя голову ей навстречу.

Лицо её было так близко, что Нери мог отчётливо разглядеть мелкие веснушки, рассыпавшиеся по переносице. Горячая слеза сорвалась с ресниц Мии и заскользила по щеке, оставляя за собой блестящую дорожку. Неуклюже перекатившись через палец Нери, она продолжила свой путь по подбородку.

«Безумие, чистое безумие, – пронеслось в голове у Нери. – Мы ведь знакомы лишь два дня! Не рановато ли для второй степени?». Впрочем, больше не было ни страха, ни стыда. Он впервые понимал, что нужен кому-то, как воздух, и это непередаваемое чувство пьянило его. Неведомая сила вела его, погрузив в свои обжигающие объятия, и он отчаянно хотел поделиться ею с Мией. Сможет ли он подарить ей крылья, заставить её ожить?..

Нери приблизился на недозволенное расстояние, обдав её лицо теплом своего дыхания. Нежная кожа Мии пахла свежестью и дождём. Пухлые губы жадно приоткрылись ему навстречу.

Недвусмысленное покашливание вывело его из состояния прострации, остановив в пяти миллиметрах от лица Мии. Та испуганно отпрянула, оттолкнулась руками от его груди, и, потеряв равновесие, чуть не угодила в розовый куст.

На тропинке, меж голых древесных стволов, стояла, уперев руки в бока, Кантана. Бархат её многострадального платья мягко переливался в утреннем свете, серебрясь ниточками библиотечной паутины.

– Я думаю, нам лучше выйти к дому всем вместе, – вымолвила она неуверенно. Тень сомнения заскользила по её лицу. – Не пугайтесь и не подавайте виду, что волнуетесь.

7

– Смелее, – прошептала Кантана, раздвигая поросль вечнозелёного кустарника. Колючий шип вспорол её кожу, прочертив кровавую дорожку по ладони. Но мелкая травма не стала помехой: её внимание сейчас было направлено совсем в другую сторону.

Две женщины деловито копошились у лестницы вдалеке, разбирая корзины с продуктами. Два ярких платья – ультрамариновое и оранжевое – горели, прожигая плёнку тумана, на фоне уснувшей природы, как огни маяков в непроглядной темени.

– Та, что в оранжевом – моя мать, – пояснила Кантана, повернувшись к гостям. – Госпожа Анацеа Бессамори. Она справедливая женщина, но у неё тяжёлый нрав. Ничего не говорите, пока она сама не спросит.

– Угу, – Нери, кивнув, сжал руку Мии. Хотя бы один из них должен научиться молчать и держать себя в руках. Хорошая возможность поработать над собой!

От самого края клумбы к парадному входу бежала, извиваясь, мощёная дорожка. Кантана, приподняв платье, перешагнула через высокий бордюр. Выбравшись из плена густой поросли, она жестом пригласила Нери и Мию.

– Ты правда думаешь, что так будет лучше? – Миа стрельнула лукавым взглядом в Нери. Ссадина на её щеке горела, как стоп-сигнал.