Мария Бершадская – Большая маленькая девочка. Книга 2 (страница 4)
Мишка внимательно посмотрел на меня.
– Боишься?
– А если заблудимся?
– Ну мы же не за грибами поедем, – хмыкнул Мишка.
Наверное, решил, что я трушу.
Ну и что?!
Любая девочка испугается, если её заставят бродить по чёрному зимнему лесу. Даже если эта девочка сама ростом с ёлку.
– Да я уже всё придумал, – успокоил меня Мишка. – Мы с автовокзала доедем до какой-нибудь деревни… недалеко, главное, чтоб лес прямо у остановки был. Наломаем веток – и сразу домой.
Автобус был такой маленький, что я всё время стукалась головой о потолок.
Поворот – бум-м-м. Горка – бум-м-м.
Каждый раз носатая старушка, сидевшая перед нами, оглядывалась и задавала новый вопрос:
– А чего вам у нас в Азаровке надо? А ветки еловые вам зачем – продавать, что ли, надумали? А подружка твоя чего длинная такая – болеет чем?
– Ну, если болеет, так не заразная – ты на него посмотри! – хмыкнул дядька в шапке-ушанке и подмигнул Мишке.
Ага – сто первая шутка про мой рост.
И опять не смешно.
Автобус подпрыгнул на повороте.
Бум-м-м. Старушка радостно обернулась:
– А где…
Автобус помчался с горки так быстро, что старушка заохала и покрепче обняла сумку. Но было уже поздно.
Бум-бум-бум… Сумка накренилась, и консервные банки со стуком покатились по грязному полу.
– Кому там в Азаровку? – крикнул водитель. – Вылезай, приехали!
Лес начинался прямо у остановки. Он был похож на картинку, нарисованную ручкой в тетрадке: тонкие чёрные деревья, белое небо, чёрная земля. Ну и холод! Ледяной ветер обдирал лицо и уши, колючий, как металлическая мочалка для сковородок. Неужели в этом лесу ещё недавно всё чирикало, летало, росло? Сейчас в нём не осталось никакой жизни.
Даже тесный и душный автобус был в сто раз лучше, чем этот мёртвый лес.
– Смотри, вот подходящая ёлка, – крикнул Мишка, – беги сюда!
Большие пушистые ветки росли высоко, но я могла дотянуться.
Правда, оказалось, что добыть их совсем не просто. Ветки замёрзли. Они гнулись, кололи мне лицо и руки – но никак не отламывались.
– Мишка, я варежки в школе забыла!
Хорошо, что за спиной у Мишки болтался пакет для физры. Я замотала спортивными штанами ладони, подпрыгнула и повисла на ветке.
– Щас я тебя утяжелю! – Мишка обхватил меня за ноги, ветка затрещала…
Хруп! Мишка упал на землю, я упала на Мишку, а колючая ветка свалилась на меня.
– Ну вот… – проворчал Мишка, растирая ногу, – я тебе помогаю ёлку победить – и никакой благодарности! Одни синяки.
Я отряхнула иголки с коленок.
– Вставай, Мишка, а то уже поздно. Мне Ветку выгуливать пора.
– А ты что делаешь? – захихикал Мишка. – Ты целый букет веток выгуливаешь… Вот они нагуляются – и поедем домой. Через полчаса обратный автобус!
Мы успели вернуться до темноты. Даже папа ещё не приехал с работы.
Я хотела поставить еловые ветки в большую банку, но они были слишком тяжёлые и всё время падали. На четвёртый раз Мишка не стал вытирать воду с пола, а просто собрал её полотенцем, завернул в него наш букет и засунул ко мне на балкон.
Мишка ушёл. Я хотела рассказать Аньке про дедушку, но она пробормотала:
– Подожди, подожди, я сейчас… только сообщение отправлю…
И снова застучала по клавиатуре.
Знаю я это «сейчас». Хорошо, если через полчаса про меня вспомнит.
Я достала свою волшебную тетрадку и нарисовала снежинки за сегодняшний день. Целый лист голубых снежинок. Потом подумала и добавила ряд на завтра.
Может быть, ЭТО поможет?
Хорошо, что дети в субботу не учатся.
Но ещё лучше, что некоторые взрослые в субботу работают.
Я даже не стала тратить время на завтрак. Достала с балкона замёрзший еловый букет, запихнула в карманы марлю и две мандаринки.
Ветка так жалобно заскулила, что я решила и её прихватить. Чего ей сидеть одной дома? Пусть погостит у Мишки.
– И сколько у нас будет подарков? – спросил Мишка.
Мы сидели на кухне. Я резала марлю на квадраты, Мишка отковыривал шкурку от мандарина и складывал на блюдечко. Ветка лежала у табуретки и ждала – вдруг со стола упадёт что-нибудь вкусное.
– На двенадцать мешочков у нас марли точно хватит. Давай придумывать, что мы туда положим.
Кусочек марли упал вниз, и Ветка тут же цапнула его зубами.
– Лучше сразу считать, что на десять, – хмыкнул Мишка, покосившись на Ветку. – Десять Мешочков для Радости и Удовольствия… А что – звучит!
Что будет в первых мешочках, мы придумали сразу.
Мешочек первый:
Раньше дедушка выпивал большую чашку каждое утро – без молока и сахара.
Мешочек второй:
Это и так понятно – они пахнут праздником.
Мешочек третий:
Мы собрали иголки с нашего елового букета, а чтобы мешочек не был слишком колючий, Мишка нарезал иголки ножницами.
Мешочек четвёртый:
Это Мишка придумал принести их из кабинета труда, потому что до пенсии дедушка работал столяром и делал мебель.
Мешочек пятый:
У дедушки в шкафу хранился флакончик с её любимыми духами, про которые Мишка почему-то сказал, что это – Шинель. Там даже осталось немножко, на самом донышке. Я смочила этой Шинелью кусочек ваты, и Ветка сразу начала чихать.
Мешочек шестой:
Дедушка любит рисовать, значит, запах масляной краски ему тоже нравится.
Мы с Мишкой немного поспорили, каким цветом лучше мазнуть на кусочек джинсовой заплатки. Я хотела оранжевым, а Мишка – синим. Он сказал, что синяя краска пахнет лучше. Я подумала… и решила с ним согласиться.