Мария Берестова – В поисках солнца (страница 4)

Балкончик удачно выходил на припортовую площадь. Горизонт, конечно, не просматривался, поскольку его загораживали постройки верфи и корабли, но далёкое зарево уже угадывалось, делая непроглядную ночь зыбкой и прозрачной. Воздух пах совершенно особо – так пахнет только на рассвете, и только в порту. Солёный ветер с нотками свежеобработанного дерева, влага и мох для конопатки, масло для рельсов верфи – и что-то особенное, утреннее, свежее и пронзительное.

Этрэн удовлетворённо прижмурился, проводя пальцами по гладким деревянным перилам и вдыхая всю эту рассветную симфонию запахов. Поездка выдалась удачной – даже удачнее, чем он рассчитывал сперва, – и теперь он с удовольствием припоминал продуктивные встречи, повторял внутри своей головы особенно яркие нюансы сделок и мысленно перебирал свои дальнейшие планы. Внутренняя речь его выстраивалась так, как будто всё это он рассказывает супруге; ему нравилось мыслить именно таким образом, потому что это создавало ощущение её присутствия.

Сегодня этот привычный внутренний разговор был окрашен нотками предвкушения – он планировал провести дома не меньше месяца, пережидая период зимних штормов на суше.

Насладившись последними моментами одиночества, Этрэн пристукнул по перилам, заканчивая, тем самым, свои разговоро-воспоминания, кивнул сам себе и отправился на выход.

На первом этаже его перехватил сонно зевающий Кайтар – торговый представитель Анджелии в Ньоне. Зажатый в его руке цветной фонарь бросал на стены и предметы красивые блики.

Вообще-то, они уже попрощались вчера вечером, как и с другими членами торгового дома, как раз чтобы остающимся в Ньоне не пришлось вставать в такую рань. Но Кайтар, конечно, был слишком непоседлив, чтобы просто проспать отъезд товарища, поэтому вскочил, толком не проснувшись, пожать руку и ещё раз проговорить все положенные в этом случае приятности.

Этрэн руку пожал с большим удовольствием, и от приятностей действительно почувствовал самые тёплые ощущения в душе.

– Ну, до весны? – сонно прищурился Кайтар.

– До весны, – благостно согласился Этрэн, ещё раз пожимая руку.

В итоге Кайтар проводил его до дверей и даже помахал вслед, и лишь потом отправился досыпать.

Этрэн сентиментально улыбнулся. Эта привычка старого друга была ему особенно по нраву. Он, разумеется, всякий раз отнекивался накануне и требовал: «Нет, ты в этот раз не вздумай вскакивать», – но на душе разливалось особенное тепло, когда в полумраке ещё спящего дома возникало знакомое, невыспавшееся, но радостное лицо.

Так, с оставшейся после встречи улыбкой, он и отправился было в порт – но вдруг обнаружил, что его поджидают.

Дело, в общем-то, нередкое – у Этрэна по жизни была репутация человека, который умеет разруливать проблемы и устраивать нужные встречи и подходящие обстоятельства. Многочисленные знакомые посылали к нему своих знакомых, и, пожалуй, в такой востребованности Этрэн видел признак успешности самой своей жизни.

Проблема была с личностью ожидавшего: доверенный ординарец владыки Ньона – это точно не тот человек, которого заморский купец будет рад видеть в день своего отъезда.

Тем более – Этрэн недоверчиво моргнул – мрачный и побитый ординарец.

Не то чтобы они с Дереком сталкивались часто – точно не в каждый приезд анжельских купцов в Ньон – но всё же достаточно для того, чтобы наблюдательный Этрэн успел сделать некоторые выводы о его характере. И мрачность в эти выводы как-то не вписывалась. Точнее, вписывалась, – но только в каких-то исключительно неприятных для анжельца контекстах.

– Глас владыки? – остановился Этрэн возле визитёра, даже не пытаясь убрать из голоса тревогу. Лучше уж сразу узнать, чем они тут не угодили грозному ньонскому повелителю!

Дерек усмехнулся правой стороной лица и поправил:

– Свой собственный. – И тут же уточнил: – Глас, в смысле.

«Тогда уж не только глас», – логично поправил внутри своей головы Этрэн, но озвучивать поправку не стал, поскольку был человеком вежливым. Собственно, именно эта вежливость заставила его махнуть рукой в сторону покинутого было торгового дома и предложить:

– Пройдёмте, господин?.. – вопросительной интонацией предлагая дополнить фамилию.

Неожиданный визитёр проследил взглядом за движением руки, машинально ответил:

– Просто Дерек, – и покачал головой.

На лице его ощутимо отразились растерянность и смущение.

Заметив это, Этрэн непринуждённо предложил:

– Тогда составите мне компанию? Я в порт, – уточнил он.

Они, собственно, уже были в порту, но своими словами Этрэн скорее хотел намекнуть на то обстоятельство, что ему пора бы и на корабль.

– Да, в самом деле, – спохватился Дерек и всё-таки озвучил цель визита: – Я и хотел… – он слегка нахмурился, но подробностей его мимики в рассветном сумраке было не разглядеть. – Отплыть с вами, – выразил, наконец, он, и тут же поспешно добавил, испугавшись, что его неправильно поймут: – Я заплачу!

Этрэн сморгнул, связывая в одно все странные детали – неожиданное появление, мрачность, синяк в пол-лица, «свой собственный» и желание отплыть – и сделал выводы, поразительно близкие к истинным событиям. Интуиция и быстрая соображалка редко его подводили; и в этот раз он успел в пять секунд сообразить не только причины, но и возможные выгоды или невыгоды такого предприятия. Вторые заставили его помрачнеть и с некоторой даже холодностью уточнить:

– И не придётся ли нам после этого удирать от всего ньонского флота, господин Свой-собственный?

На лице Дерека проскользнула оскорблённость, отчётливо читаемая даже в зыбком свете ещё не вставшего над горизонтом солнца.

– Он не знает и не узнает, – сухо обрисовал он своё видение ситуации. – Я позаботился об этом.

Ненадолго повисла тишина. Этрэн колебался. Связываться с ньонским владыкой не хотелось, и можно ли доверять словам просителя, который от этого ньонского владыки удирает, – тот ещё вопрос. Впрочем, за те несколько встреч, что между ними произошли, Дерек произвёл на него впечатление умного человека, да и местные знакомцы отзывались о нём так.

Ситуация была сомнительная, а Этрэн привык в таких случаях полагаться больше на интуицию, чем на аналитические выкладки. Краем глаза – не желая смутить собеседника прямым разглядыванием – он отметил помятый внешний вид последнего, нервные пальцы, сильно сжимающие кулёк из куртки, в которую что-то было завёрнуто, отчаянные попытки спрятать в тени пострадавшую часть лица.

– Пойдёмте скорее, вас не должны видеть, – решил, наконец, Этрэн, резво выдвигаясь к пристани.

– Я… – попытался было сказать что-то едва поспевающий за его стремительным шагом Дерек, но был перебит:

– Решим все вопросы на корабле.

Рассветало, и порт начинал просыпаться. Медлить было опасно – разукрашенная синяком физиономия Дерека была слишком приметна.

Несмотря на скорость передвижения, Этрэн умудрялся ещё и поглядывать по сторонам, убеждаясь в отсутствии любопытных праздношатающихся. Так, вон там на ящике поглощает свой нехитрый завтрак грузчик – нет, этому не до них, вон как занят своей лепёшкой. Неподалёку трётся бездомный мальчишка – ага, приглядывается к дверям храма в надежде, что что-то обломится, этому тоже не до них. Прохожий справа… слишком далеко, да и между ним и довольно щуплым Дереком как раз вышагивает вполне себе массивный Этрэн, едва ли что разглядишь.

– Давайте, давайте, и сразу внутрь! – подтолкнул он Дерека на трап и ещё раз, прищурившись, оглядел пристань и порт.

Коварных соглядатаев не обнаружил. Верфь начинала работать несколько позже, торговая площадь раскинется только через пару часов, а для ночных прогулок в городе найдутся места поинтереснее.

Взойдя на борт, Этрэн оглядел также и корабли вокруг: тёмные, пустые, они покачивались на волнах, с убранными парусами, иные – со следами ведущихся работ по починке. Даже если на одном из них и были часовые или рабочие, издалека подробностей не разглядишь, да и кому какое дело – грузятся анжельские купцы на свой неф, и всё тут, чего к ним приглядываться.

– Все? – уточнил Этрэн у капитана, который следил за тем, чтобы не забыть кого на берегу.

– Так точно, господин Дранкар! – бодро отрапортовал тот.

Несмотря на ранний час, он был собран и готов к работе.

– Тогда отчаливайте, – кивнул Этрэн и резво направился на ют. Прихватив там Дерека, он решительным жестом повлёк его за собой – в расположенную тут же маленькую кают-компанию. Сидевший там за столом с книгой офицер по знаку начальства понятливо кивнул и вышел на верхнюю палубу.

– Подозреваю, что вы не успели позавтракать, – самым светским тоном заметил Этрэн, доставая из продуктового шкафа кое-какую снедь и умело сооружая из неё бутерброды. – Так что сперва – завтрак, потом – разговор.

– Спасибо, – совершенно смутился Дерек, только сейчас осознавший, что ужасно голоден.

Он попытался вспомнить, когда ел в последний раз, – кажется, это было в полдень? После совета вроде, да?

Пока гость утолял голод, Этрэн времени даром не терял: достал из другого шкафа какую-то карту и разложил её на своей части стола.

Карта была приятная – чёткая, яркая, выполненная на дорогом пергаменте. Водить по ней пальцем было одно удовольствие, и именно поэтому Этрэн так и делал, хотя особой нужды в этом не было: путь ему был прекрасно знаком, да и не он занимался навигацией. Однако ж время трапезы нужно было чем-то занять, поэтому он и занял, с большим удовольствием разглядывая тщательно прорисованный берег, любовно выведенные каллиграфические названия и чёткие, радующие глаз, значки.