Мария Берестова – Не названа цена (страница 27)
— Не хочешь отказываться от магии? — не так понял её заход он, откладывая вилку и глядя на неё внимательно, но без осуждения.
Илия знала, что он ни капли не одобряет и никогда не одобрял её увлечение магией, но знала и то, что он не стал бы ей мешать на этом пути, полагая, что это её жизнь и её выбор.
— Нет, — покраснев, она опустила глаза в тарелку. — Я думала… о других путях, не только о следственном.
Она так и не решилась сказать про боевой отряд — теперь, за домашним столом, в присутствии такого серьёзного отца, эти фантазии казались ей совершенно детскими и невозможными. Тоже мне, нашлась воительница! Люди с детства готовятся к такому, а она!..
— Разумное решение, — похвалил отец и отметил: — Мне всегда казалось, что ты обедняешь себя этой своей зацикленностью на Следственном управлении.
Он, должно быть, решил, что Илия стала думать о других вариантах работы — или даже о замужестве.
— С выбором пути не стоит спешить, — поддержала отца мать. — Это важное решение, которое не принимается второпях и под властью эмоций.
Илия совсем уж покраснела, потому что эта прихоть — пойти в боевики — явно была полной противоположностью того, о чём говорила мать.
«Как мне вообще в голову пришла эта мысль!» — расстроенно подумала Илия, которая теперь не могла понять, с чего она вообще взяла, что ей такое удастся и что, тем более, это будет тот путь, который сделает её счастливой.
Впрочем, ответ на вторую часть она вспомнила: конечно, ей же хотелось быть ближе к Рийару!
Она тепло улыбнулась, вспомнив его глаза и его восхищённый голос.
Но ей ведь не обязательно вступать в его боевой отряд, чтобы быть к нему ближе! Если они поженятся — ведь будет уже неважно, кем она работает! Они всё равно будут всё время вместе!
Мысль эта так приободрила Илию и наполнила её сердце такой радостью, что ей незамедлительно захотелось поделиться ею с родными.
— Возможно, — робко начала она и, смущённая всеобщим вниманием, слегка запнулась, но всё же продолжила: — Я думаю, я скоро вас познакомлю… с одним молодым человеком, — стала она совсем уж пунцовой.
— Ооо! — присвистнул брат. — Да неужели! Наконец-то! — сделал он победный жест рукой, вконец засмущав Илию.
— Лерри! — одёрнула его мать и повернулась к дочери с ласковой улыбкой: — Будем очень рады, милая!
«Не то ли это заботливый боевик, который провожал её после отката?» — подумала она на Рийара, про которого ей рассказала домоправительница.
— Наш дом всегда открыт для твоих друзей, — поддержал отец и добавил с лукавой улыбкой: — И для не совсем друзей.
Хотя от смущения Илия больше ничего не смогла сказать, ей было очень приятно, что родные отнеслись с таким теплом к кавалеру, которого пока даже и не знали.
Глава пятая
Пальцы Айринии ловко перебирали тонкие, блестящие металлическим цветом нити, из которых она выплетала частный заказ — артефакт, поддерживающий тепло в помещении. Работа шла плохо, постоянно приходилось распускать часть и возвращаться, потому что Айриния была задета и унижена. Мало того, что Рийар раскусил её хитрые планы, — он ещё и посмеялся над ней, обозначив, что прекрасно знает место в магическом мире таких, как она.
О да, разумеется, ему в жизни не приходилось задумываться о том, где раздобыть еды или что делать, если единственные ботинки уже разваливаются на ногах. Благополучный мальчик, который просто играет в магию забавы ради! Его, должно быть, будоражат все эти всплески адреналина: ах, и каким же будет откат теперь? А справлюсь ли я и с ним? Он ради пустого развлечения играет с тем, что Айринию однажды просто убьёт.
Страх сжал её сердце ледяным спазмом. Она боялась, неистово боялась — боли, болезни, смерти, — которые так или иначе могли однажды настигнуть её в качестве отката. И у неё, в отличие от Рийара, не было выбора, магичить или нет!
Тонкие нитки выпали из её обмёрзших пальцев, путая узор. Зачаровываешь артефакт для обогрева — изволь замерзать даже жарким летом! А Айриния ведь нарочно дождалась полудня и села на самый солнцепёк, завернувшись, притом, в три кофты! Но озноб не желал утихать…
Выругавшись, она перехватила нити, снова возвращаясь к своим нерадостным мыслям.
Да что вообще они, эти благополучные детки, знают о настоящей жизни! Живут в своём выдуманном сказочном мире, где родители охраняют их от любых напастей! Как дорого бы Айриния отдала за право жить, просто жить так, как ей хочется!
«Мне ведь многого не надо, — думала она, затягивая крепкий узелок на артефакте, — свой домик да безопасная работа, чего б ещё?» Она бы всю жизнь так и создавала бы такие вот относительно простые артефакты — ей бы хватило! И риски минимальные…
Ах, как же она завидовала этой розоволосой принцесске, с которой всегда сдували пылинки и защищали от любых неприятностей!
Айринию в жизни никто ни от чего не охранял. Она каждый раз должна была позаботиться о себе сама — потому что никто не позаботился бы о ней. Им её не понять. Они в другом мире живут. И смеют ещё носы воротить!
«Ну уж нет, я ему покажу маленькую артефакторку!» — зло припомнила она особенно задевшие её слова, борясь с запутавшимися нитками. Этот сильномогучий маг, значит, возомнил, что она — расходник от мира магии — ничего не сможет сделать против его величия?
«Я тебе покажу, на что я способна!» — пообещала себе она, непослушными замёрзшими пальцами втискивая на место выбившуюяся из узора нить.
Пальцы не слушались, да и мысли тоже. Со вздохом отложив артефакт, Айриния достала заранее подготовленную фляжку с горячим чаем — несколько глотков помогли ей немного ослабить озноб. Погрев пальцы о бока фляжки, Айриния подумала, что в следующий раз будет заниматься артефактами такого рода только у костра. Окочуриться же можно, пока сплетёшь!
Она вернулась к плетению и к своим мыслям. В этот раз ей было нужно, чтобы план мести сработал без осечек. Она хотела убить разом двух зайцев, отомстить и зазнайке-Илии, которая считает, что ей должно доставаться всё лучшее просто потому, что она тут принцесска, и зарвавшемуся колдуну, который ошалел от своей безнаказанности и возомнил себя пупом вселенной.
Первым делом ей пришла в голову мысль подменить какой-нибудь полезный артефакт другим, созданным ею и доставляющим неприятности своим владельцам. Например, можно было сделать внешний дубликат пропуска в управление, который, скажем, заставляет человека всё время мёрзнуть… ах, нет, она же не сможет создать настоящий допуск в управление, а значит, её подделку сразу обнаружат…
Можно было не особо заморачиваться и просто запустить слухи о романе Илии и Рийара… должно быть, родители Илии разозлились бы, узнав, что дочь скрывает от них своих шашни, но…
Айриния вздохнула, завершая хитрый узор на артефакте. Так она, чего доброго, добьётся лишь того, что ненавистная парочка поженится, к вящей радости соперницы.
Развести их было гораздо соблазнительнее — если бы только удалось сладить с Рийаром!
Тут Айриния вспомнила, что там, где не сработало обаяние, вполне могла сработать магия. Одно заклинание — и Рийар сделает всё, что она запросит! Скажем, он мог бы поцеловать её прямо на глазах у Илии…
Айриния блаженно прижмурилась от этой мечты. Да, это была бы победа! Победа абсолютная, и над Илией, и над Рийаром, но…
Во-первых, она не представляла себе, какой откат можно получить за магию такого рода. Во-вторых, магия, которая подавляла чужую волю, была запрещена законом, и Айриния влипла бы в крайне скверное положение, если бы использовала её.
Нужно было действовать тоньше…
Поразглядывав готовый артефакт, Айриния тяжело вздохнула. План мести не шёл на ум — и по всему выходило, что ей, как и всегда, придётся всё это проглотить и смириться.
Тоскливая безнадёжность волнами окутала её душу, проникая в самые укромные уголки шёпотом: «У тебя всё равно никогда ничего не выйдет».
Всегда, всегда ей оставалось только смириться. Где она — и где Илия? Их уровни несопоставимы, и Айринии оставалось утешаться только злым языком и совершенно нереальными планами отмщения. С Рийаром, видимо, всё будет так же: она действительно лишь маленькая артефакторица, которая ничего не может ему сделать.
«Смирись, и помни о цели, — строго сказала самой себе Айриния. — У тебя есть шанс зацепиться в управлении, и ничего важнее этого нет». Не стоило тратить время и силы на сведение личных счётов — нужно было приложить все, буквально все усилия и возможности для того, чтобы произвести хорошее впечатление и застолбить за собой место мага-поисковика. Это был её шанс. Лучший шанс из тех, что ей когда-либо выпадал, и она не должна была позволить обиде и ненависти разрушить её будущее.
Укрепившись этими мыслями, она и впрямь сосредоточилась на своей основной цели. Благо, поскольку Илия перестала заниматься магическим поиском, а штатный маг всё ещё находился под откатом, управление вызывало Айринию почти каждый день, и у неё были все шансы проявить себя с лучшей стороны, чем она и пользовалась.
В какой-то момент она даже почти перестала бояться магичить — откаты от поисковой магии и близко не напоминали тот страшный откат от создания экспериментального артефакта — но всё же и они доставляли неудобство.
Однажды вечером она словила совершенно неожиданный откат: она всё прекрасно видела и воспринимала, но, каждый раз, как она пыталась сделать шаг, у неё было такое чувство, что она шагает в пустоту. Она видела пол глазами и понимала умом, что стоит на твёрдой поверхности; но всё же на каждом новому шагу сердце её мучительно ёкало, как если бы под ногой неожиданно оказалась пустота.