Мария Беляева – Руководство по GDPR (страница 3)
Регуляторы на уровне Совета Европы и ЕС приложили все усилия для обеспечения последовательности и совместимости между двумя правовыми системами. Модернизация позволила сохранить общий и гибкий характер Конвенции 108, и усилила ее потенциал как универсального инструмента в области законодательства о защите данных. Модернизированная Конвенция поддерживает важные принципы и предоставляет новые права субъектам данных, нацелена на повышение уровня ответственности организаций, обрабатывающих персональные данные и поднадзорность таких действий. Лица, чьи персональные данные обрабатываются, имеют право на получение информации о причинах такой обработки и право на возражение против такой обработки. В целях соблюдения прав субъектов данных Конвенция устанавливает право физического лица возражать против принятия решения на основе исключительно автоматизированной обработки без учета мнения субъекта данных. Одним из ключевых аспектов Конвенции 108 является эффективное соблюдение правил защиты данных независимыми надзорными органами ратифицировавших ее сторон. Статьи Конвенции 108 прямо указывают на эффективность полномочий, функций и независимость надзорных органов при осуществлении свой деятельности.
Ограничение права на защиту персональных данных
Право на защиту персональных данных, в соответствии со статьей 8 Хартии основных прав ЕС, не является абсолютным правом, «но оно должно рассматриваться с точки зрения его применения в обществе». В статье 52 (1) Хартии говорится, что ограничения на права, аналогичные изложенным в статьях 7 и 8 Хартии основных прав ЕС, могут налагаться при условии, что:
– подобные ограничения предусмотрены законом;
– уважают суть этих прав и свобод;
– связаны с соблюдением принципа соразмерности;
– соответствуют целям, представляющим общий интерес, признанный в ЕС;
– существует необходимость защищать такие права.
Аналогичным образом Европейская конвенция о правах человека гарантирует защиту данных физических лиц при обработке. Осуществление данного права может быть ограничено для достижения законных целей.
Требования к обоснованному вмешательству в соответствии с Европейской Конвенцией о правах человека
Обработка персональных данных может представлять собой вмешательство в право субъекта данных на неприкосновенность частной жизни. Вопреки правовому порядку ЕС Европейская конвенция о правах человека не признает защиту персональных данных как фундаментальное право.
Действие статьи 8 Европейской конвенции о правах человека не распространяется на операции по обработке персональных данных, если не установлено, что частная жизнь человека была скомпрометирована.
В прецедентном праве Европейского суда по правам человека понятие «частная жизнь» охватывает также аспекты профессиональной деятельности и общественного поведения. Несмотря на широкое толкование понятия «частная жизнь», не все виды обработки сами по себе могут поставить под угрозу права, защищаемые статьей 8 Европейской конвенции о правах человека.
При рассмотрении дел о несоблюдении права на неприкосновенность частной жизни Европейскому суду по правам человека необходимо, установить являлось ли вмешательство оправданным. Право на неприкосновенность частной жизни не является абсолютным, но коррелирует с другими законными интересами и правами, будь то права других лиц (частные интересы) или общества в целом (общественные интересы).
Вмешательство может быть оправдано, если оно:
• осуществлено в соответствии с законом.
Согласно прецедентному праву, Европейский суд по правам человека осуществляет вмешательство на основании положений национального законодательства, которое определяет такое вмешательство. Закон должен быть «доступен для заинтересованных лиц и предсказуем в отношении его последствий». Прецедентным правом предусмотрено, что «правило сформулировано с достаточной точностью, для того чтобы дать возможность любому лицу определить свое поведение в той или иной ситуации». Кроме того, применение нормы закона в данном контексте будет зависеть от конкретного случая;
• преследовало законные цели.
Законные цели, которые могли бы оправдать вмешательство, в соответствии со статьей 8 (2) Европейской Конвенции о правах человека:
– интересы национальной безопасности;
– интересы общественной безопасности;
– интересы экономического благосостояния государства;
– предотвращение беспорядков и преступлений;
– охрана здоровья или нравственных устоев;
– защита прав и свобод других лиц;
• необходимо в демократическом обществе.
Европейский суд по правам человека заявил, что «понятие необходимости подразумевает, что вмешательство соответствует насущной социальной необходимости и соразмерно преследуемой законной цели».
При оценке необходимости вмешательства Европейский суд по правам человека изучает необходимость такого вмешательства и соответствие преследуемой цели. Также принимается во внимание, пытается ли вмешательство решить проблему, которая в случае бездействия может иметь негативные последствия для общества; есть ли доказательство того, что вмешательство может смягчить пагубный эффект и наличие общественного интереса.
Для определения соразмерности решения Европейский суд по правам человека всесторонне рассматривает необходимость и последствия подобного вмешательства. В прецедентном праве Европейского суда по правам человека пропорциональность рассматривается в рамках понятия необходимости. Соразмерность требует, чтобы вмешательство в права было пропорционально достижению законной цели.
Важными факторами, которые учитываются при определении соразмерности, являются:
– оценка масштаба вмешательства (количество затронутых лиц);
– меры предосторожности, введенные ограничения негативных последствий для физических лиц.
Условия для законных ограничений в соответствии с Хартией основных прав ЕС
Структура и формулировки Хартии основных прав ЕС отличаются от выводов прецедентного права Европейского суда по правам человека. Хартия не использует понятие вмешательства в гарантированные права, но содержит положения об ограничении при осуществлении прав и свобод, признанных Хартией.
Согласно статье 52 (1) ограничения на осуществление прав и свобод, признанных в Хартии, и, соответственно, права на защиту персональных данных, допустимы только в том случае, если они:
– предусмотрены законом;
– уважают суть права на защиту (в контексте закона);
– соответствуют принципам необходимости и пропорциональности;
– соответствуют целям, представляющим общий интерес, признанный Союзом, или;
– существует необходимость защищать права и свободы других лиц.
Поскольку защита персональных данных является отдельным фундаментальным правом в правовом порядке ЕС, защищенным в соответствии со статьей 8 Хартии, любая обработка сама по себе представляет собой вмешательство в это право.
Неважно, относятся ли рассматриваемые персональные данные к личной жизни человека, специальным категориями данных или нет. Чтобы вмешательство было законным, оно должно соответствовать всем условиям, перечисленным в статье 52 (1) Хартии:
• предусмотрено законом.
Ограничение прав на защиту персональных данных должно быть предусмотрено законом. Законодательство четко определяет объем и способ осуществления полномочий компетентными органами по защите физических лиц от произвольного вмешательства, аналогично «законному вмешательству» прецедентного права Европейского суда по правам человека. Формулировка «предусмотрено законом», используемая в Хартии, должна интерпретироваться в соответствии с прецедентным правом Европейского суда по правам человека;
• уважение сути права.
В правопорядке ЕС любое ограничение основных прав, защищаемых Хартией, должно уважать суть этих прав. Это означает, что масштабные и навязчивые ограничения не могут быть оправданы, если лишают человека фундаментального права на защиту. Если сущность права скомпрометирована, ограничения признаются незаконными, без необходимости дополнительной оценки того, служит ли такое ограничение целям общего интереса и удовлетворяют ли они критериям необходимости и соразмерности;
• необходимость и пропорциональность.
Статья 52 (1) Хартии предусматривает, что при условии соблюдения принципа пропорциональности, ограничения на осуществление основных прав и свобод, признанных Хартией, могут устанавливаться только в случае необходимости.
В случае ограничения прав на уважение частной жизни и защиту личных данных, требуется оценка их соразмерности в отношении целей налагаемых ограничений. Суд Европейского Союза определяет применение «отступлений и ограничений в той степени, в которой они необходимы».
Соразмерность означает, что преимущества, вытекающие из ограничения, должны перевешивать недостатки, которые последние создают для осуществления основных прав, о которых идет речь. Чтобы уменьшить издержки и риски для осуществления прав на неприкосновенность частной жизни и защиту данных важно, чтобы ограничения содержали соответствующие гарантии.
Аналогичный подход в отношении принципа необходимости используется Европейским супервизором по защите данных. С помощью набора правовых инструментов (специально разработанных чек-листов) производится оценка соответствия предлагаемых мер законодательству ЕС в части защиты данных. Государственные деятели и законодатели ЕС, ответственные за подготовку и тщательное изучение законодательных мер, используют данные инструменты с целью унификации подхода в вопросах обработки персональных данных, а также соотношения с другими правами и свободами, закрепленными в Хартии;