Мария Артемьева – Темная сторона Сети (страница 26)

Несколько раз она ходила на свидания, но быстро поняла, что общаться в виртуале ей нравится больше. Будто у нее на сайте знакомств был собственный мирок из ухажеров. Принцы на белом коне, которые столпились вокруг и добиваются руки и сердца. Такие смешные…

Юля заварила кофе, подсыпала попугаю корм. За окном набирала силу осень — желтели листья, кутались в теплое люди, на сером асфальте расплывались лужи от короткого слабого дождя. В такую погоду, конечно, не шашлыков хочется, а смотреть мелодраму. Это Зоины родители, одичавшие от резкой смены стиля жизни, готовы были хоть в Москве-реке купаться, лишь бы отдохнуть. А ей, няне, хватит заглянуть на полчасика на сайт знакомств, проверить сообщения…

Она вернулась в комнату, проверила Зою. Малышка спала на спине, раскинув ручки. Отлично. Юля села в кресло, так, чтобы видеть краем глаза ребенка, открыла на коленях ноутбук, поставила чашку с кофе на мягкий подлокотник. Спокойные часы в тихой квартире.

Проверим почту.

«Вам пришло три сообщения».

Заглянем.

Первое сообщение от какого-то парня из Челябинска. Ага. Поедем мы из Москвы в Челябинск.

Второе от удаленного контакта. Видимо, какой-то спамер.

Третье анонимное. Бывает и такое. Анонимные сообщения Юля стирала, не читая. Нормальные люди анонимно не пишут.

Едва нажала на клавишу Delete, замигал значок приглашения в чат. В нем можно было пообщаться, как в «аське», с кем угодно. Обычно Юля не тратила время на такую вот бесполезную болтовню, но сейчас подумала — а почему бы и нет? В тихий уютный вечер можно потрепать языком с кем-нибудь случайным.

Или как там у молодежи это называется? «Початиться»?

В окошке чата кто-то под ником zolte написал: Привет! Поболтаем?

Юля пожала плечами, ответила: Ну давай.

Заглянула в его профиль, обнаружила пустую рамку для фотографии, какие-то кракозябры вместо шрифта в графах «Имя» и «Фамилия». Город тоже не указан, как и год рождения. Одним словом, непонятно кто. Виртуальный озабоченный, наверное.

А ты чего сообщения стираешь? — спросил zolte.

Юля не  любила оправдываться, но тут почему-то написала:

Не люблю анонимов. Чего скрываешь?

Я просто так зашел. Пообщаться. Люблю поговорить ни о чем с прекрасными дамами.

И как? Успешно?

Еще как. Вот, например, тебе сейчас пишу. Хочешь рассказать, как жизнь, что интересного?

Юля задумалась, набрала: Да как тебе сказать…

И вдруг поймала себя на мысли, что хочет написать что-нибудь еще. Поделиться с неизвестным какими-то своими мыслями. Переживаниями. О сыне рассказать. О двух замужествах. О том, как работала няней пятый год, хотя (если признаться) не сильно любила эту работу, но ничего лучшего найти попросту не могла. Да и куда соваться в тридцать-то девять?

Не отрывая взгляда от монитора, Юля начала выстукивать по клавишам: После того как Леня умотал с той курвой, я все никак не могу понять, как мне жить дальше…

Слова вырвались будто кто-то вытягивал их из Юли, хотел, чтобы она написала их в белом окошке чата. Мысли, мыслишки соскальзывали с кончиков пальцев под сухой цокот клавиш.

А собеседник время от времени вставлял: Не может быть! или Как же так? а еще Я бы на твоем месте…

Он умел внимательно слушать. Редкое качество для мужчины. Это Юле внезапно понравилось. Мало кто согласится так терпеливо читать чужие признания.

Она как раз писала о том, что собирается на следующий год купить какую-нибудь старенькую машину (скорее всего, в кредит), когда услышала краем уха Зоин плач.

Я на минутку, — отписалась Юля с легким сожалением. Не хотелось прерываться именно сейчас. Почему-то ей показалось, что невидимый собеседник может исчезнуть. Найти себе другую женщину и вникать в ее рассказ.

Оторвала взгляд от монитора. В комнате дрожала темнота, разрываемая бликами фонарей с улицы. Кофе остыл. Часы показывали одиннадцать ночи.

А за ноутбук Юля села в семь. Вот это время пролетело…

Она отложила ноутбук, встала, размяв затекшие ноги, подошла к кровати. Зоя вопила. Лицо ее раскраснелось, сжатые кулачки мелко тряслись, веки набухли, а из носа ползли по щекам густые струйки соплей. Судя по всему, девочка плакала очень давно. Юля растерянно пыталась вспомнить, когда родители кормили малышку в последний раз. Кажется, Валентина говорила что-то о шести вечера. В уши будто ваты натолкали. Даже детский плач казался далеким, приглушенным, нереальным.

Она включила крохотный ночник в виде божьей коровки, сходила на кухню сделать смесь. Взбалтывая в бутылочке теплую белую жидкость, Юля слышала Зоин плач, но думала о том, что не дописала какое-то предложение.

Что-то ведь важное хотела сообщить!

Вернулась, взяла ребенка на руки, дала соску. В мерцающем полумраке перед глазами, словно остаточное явление, плавало окошко чата. Юле нестерпимо, до дрожи, хотелось вернуться к ноутбуку и вспомнить, что это она хотела написать.

Едва Зоя задремала, Юля бросилась обратно к компьютеру.

В окошке чата мигало: Ты куда подевалась? Я соску-у-учился!

Мы болтали четыре часа! — ответила Юля, испытывая облегчение от того, что собеседник никуда не делся. — Ты еще не сошел с ума от моей писанины?

Ни капли. Вообще, я люблю слушать. Особенно красивых молодых девушек.

Ты ухлестываешь за ними по Интернету?

Я очень общительный. Могу флиртовать, могу просто слушать, могу чем-нибудь удивить.

Я тоже, знаешь ли, не лыком шита…

Легкий флирт на сайте знакомств — обычное явление. К тому же с человеком, который хотя бы грамотно пишет. Фото, что ли, попросить?

Написала: А о себе что-нибудь расскажешь?

Подумала вдруг, что не хочет, чтобы zolte уходил из чата, пока они не познакомятся поближе.

Расскажу. Обязательно расскажу.

И еще Зоя снова вопит. Мало ей, что ли, было молока?..

Юля оторвалась от экрана всего на минуту, бросила злобный взгляд на ребенка. Та лежала на кровати и плакала — до хрипа и красноты. Господи, ну почему нельзя было придумать так, чтобы детей один раз в день покормил, и все?

Вообще-то, — написал ее новый приятель, — бегать к ребенку по каждому его зову неправильно. Пусть учится самостоятельности. Жизнь такая штука, что лучше сразу привыкнуть, что ничего не дается просто так.

Золотые слова.

У тебя есть дети?.. — спросила Юля, погрузившись с головой в мерцание монитора.

Крики ребенка сделались как будто тише. Нереальнее.

Через несколько часов ей захотелось есть. В животе заурчало. Юля тряхнула головой, боясь упустить хотя бы слово. Новый приятель рассказывал увлекательную историю из своей жизни. История была про собак и даму с коляской. Смех, да и только.

Я на секунду, — написала она.

Уверена?

Знак вопроса хитро подмигивал. В этот момент Юля поняла, что не может оторвать взгляда. Она, будто мартышка перед удавом, ждет, что же за слова появятся следом за знаком вопроса. Должен же zolte хоть что-то написать. Пару букв. Бессмысленную фразу. Что-нибудь. Ее глаза замерли в ожидании новой информации из чата.

Напиши что-нибудь, — умоляла она движениями пальцев.

Наваждение рассыпалось. Юля обнаружила, что указательный палец ее правой руки застыл над кнопкой Enter. Знак вопроса мигал. А в кровати орала, вопила, надрывалась, хрипела Зоя.

Юля вскочила, бросилась к девочке, схватила ее в охапку и встряхнула.

— Ну сколько можно орать? — зашипела она, не обращая внимания, что на улице уже рассвет, что часы показывают половину седьмого утра. — Почему ты не можешь вести себя по-человечески, как нормальные дети?

Крохотная головка Зои откинулась назад, как у куклы. Девочка захлебнулась криком и затихла. Юля швырнула ее на кровать, взяла с подлокотника недопитую бутылочку с ночной смесью и запихнула латексную соску между крохотных губ.

— Ешь давай! Нормально ешь, чтобы не просить! Надумала тоже, постоянно орать!

Перед глазами подмигивал вопросительный знак.

Уверена ли она, что хочет отойти от монитора?

Когда Зоя, наевшись, затихла, Юля пошла в кухню и там уже поняла, что меж занавесками проскальзывают первые лучи солнца. Попугай, которого, по-хорошему, надо было укрыть на ночь, нахохлившись, сидел на жердочке. Юля подсыпала ему еще корма, набрала стакан холодной воды. В висках зародилась тонкая, противная боль. Будто голову проткнули спицей.

Господи. Она общалась в чате знакомств всю ночь! Вот это приключеньице!.. Хорошо, надо бы заглянуть на минутку, попрощаться и спать. Глаза слипались. Вдобавок затекла шея.