Мария Андрес – На грани ночи (страница 9)
Воспоминания о минувшей ночи вновь нахлынули волной, утягивая на дно мрачных размышлений.
Лишь бы Кристофер оказался дома.
– Спасибо, что подвез, Зейн, но я тебя почти не знаю, чтобы так легко бросать жениха одного в непростой ситуации, – Лана неловко пожала плечами, надеясь на его понимание.
Зейн протянул Лане ладонь, и та охотно ее сжала.
– Нам работать вместе очень долго. Доверие между нами должно быть абсолютным, с такой-то степенью ответственности, так что, если будет нужна помощь или почувствуешь себя… Брошенной… – Зейн достал из бардачка за сидением блокнот, ручку быстро записал ряд цифр и протянул ей листок, – Звони, я всегда найду для тебя время, Лана.
То, как Зейн произнес ее имя, в голове все взбудоражило и картинками проплыли обрывки воспоминания о нападении…
Девушка вздрогнула.
– А я думал, что очень возбуждаю девушек, но уж точно не вызываю отвращение, – оскорбленно произнес Зейн, и Лане стало стыдно, что не сдержала эмоций.
– Нет, я просто кое-что вспомнила… Точно мы с тобой уже общались, только я никак не могу вспомнить.
– Милая, если бы мы общались раньше, ты бы никогда не смогла меня забыть, – самонадеянно произнес парень и, надев кожаные перчатки, умчался на своем мотоцикле вдаль.
А Лане ничего не оставалось, как вернуться в темный пустой дом.
Глава 7.
Дом встретил Лану темнотой и тишиной, которую едва было слышно и нарушало только тиканье часов, а также капли, что методично ударялись о дно раковины на кухне.
Шумно вздохнув, девушка закрыла лицо руками. Простояв несколько секунд во мгле коридора и надеясь привести спутанный клубок из тревожных мыслей в норму, она зажгла свет в прихожей и гостиной.
Сердце мгновенно замерло в груди, стоило Лане встретиться взглядом с Кристофером.
Парень сидел на диване, перед ним на стеклянном журнальном столике красовалась начатая бутылка коньяка и пустой хрустальный стакан. Любимый и родной Крис смотрел на Лану с такой злобой, что слезы наворачивались сами собой.
– Крис… – жалостливо вздохнула девушка, переступив порог гостиной, в надежде скорее обнять дорогого человека.
Однако тело резко прошибло вспышкой боли, как если бы она преодолела электрический барьер.
Больнее было то, что Крис никак не среагировал насостояние девушки, хотя еще пару дней назад, крепко обнял бы и не отпускал ее.
Кристофер печально усмехнулся и налил себе еще янтарной жидкости в стакан.
– Что происходит? – прошипела Лана, уже совсем не понимая,что происходит. Да, смерть родителей – это ужасно, но она не оправдывает столь резкого безразличия в ее сторону и ловушки…
Медленно сглотнув, подступивший к горлу ком, Лана увидела над порогом гостиной мутный камень бирюзы в золотой обойме. Тот постепенно становился ярче.
– Думаю, ты уже догадываешься… – надломленным голосом проговорил Кристофер, покрутив стакан в руке, будто взбалтывая жидкость внутри.
– О чем? Крис? Я ничего не понимаю… – Лана уже была готова взвыть от бессилия. – Где тебя носило всю ночь и весь день? Я искала тебя, звонила…
– С тем самым мотоциклистом, который до двери тебя довез? – с упреком бросил Кристофер, слегка повысив тон. Девушка вздрогнула.
– Крис… Ты чего? – дорожки слез стекали по щекам, точно он предал ее этими словами. Она всегда была ему верна, всегда выбирала его, жертвуя всем, что было и могло быть, потому что сильно любила.
Он шумно выдохнул, сделал маленький глоток из стакана и поставил его на стол.
– Прости… – прошептал юноша почти беззвучно, и, наконец, соизволил встать и обнять ее. – Прости… – повторил снова на ухо, нежно прижав к себе.
Одежда Криса пропахла дымом и потом. Лана чувствовала, насколько любимый вымотался за сегодня, и насколько ему тяжело из-за смерти родителей.
– Сегодня весь день с Ником занимались похоронами. Родителей отвезли в морг. После всей медицинской экспертизы, мы сможем похоронить их в семейном склепе. Оказывается, отец приобрел его на кладбище для всех Хейлов, – Кристофер горько усмехнулся, а по его щекам поползли слезы.
Девушка и сама не заметила, как облегченно выдохнула, услышав от него оправдания, однако поведение парня в самом начале посеяли внутри зерно сомнения. И бирюза…
Терпеливо дождавшись, когда Кристофер отстранится, Лана серьезно посмотрела на него, обдумывая, как грамотно поставить вопрос, чтобы не оттолкнуть от себя любимого, но в то же время узнать о том, что витает между ними с момента их воссоединения.
– Нам нужно с тобой серьезно поговорить… – первым начал Крис, по взгляду прочитав ее намерения.
Лана медленно кивнула, не решаясь своими репликами, нарушить его откровение.
– Должно быть ты уже заметила, что на тебя воздействует бирюза? – девушка кивнула, а Крис, тяжело вздохнув, задергал ногой, как при нервном тике. – Там, на цветочной аллее, в тебе едва ли осталась жизнь, и зажглась искра. Всего на краткий миг, слабо пульсируя.
– Подожди, – опешила Лана, округлив глаза. Ей отчетливо вспомнились слова Зейна о старой вере и прочем, и как он отреагировал на изображение бирюзового клинка с выставки экспонатов. – Искры, те самые, которые навсегда угасли после падения пяти Царей?
Теперь уже закивал Кристофер.
– Но это ведь не более, чем сказки! – возмутилась Лана. – Красивые мифы старой Веры.
– Это реальность, Лана! – ощетинился Крис, глядя на нее, как на глупую девчонку. – Монстры существуют, и ты одна из них!
Лана медленно замотала головой. Девушка не хотела верить в эти бредни.
– Пожиратели… – медленно произнесла она, еще не понимая, расплакаться ей и сбежать из дома от него. Или же, совсем наоборот, остаться и молча слушать дальше.
– Они существуют, Лана. Они – монстры, которые питаются жизнями людей. И на тебя напал один из таких, – Крис медленно подошел к девушке, осторожно сжав ее руку. – Но тебе успели вернуть жизнь. В общем, сейчас ты в пограничном состоянии между тем, чтобы стать Пожирателем или Охотником…
– Откуда ты все это знаешь? – опасливо произнесла Лана.
– Семья Хейлов потомственные Охотники на Пожирателей. Мы смогли зажечь искру и не ступить за грань смерти.
– То есть, я как вы сейчас? – с неясной для себя надеждой спросила Лана, крепче сжав его руку.
– Нет, – коротко отрезал он нить, за которую Лана так отчаянно хотела зацепиться.
– Почему? Я ведь еще жива, и искра зажглась… – затараторила она быстро, хватаясь за бегущую мысль.
Кристофер молча показал рубин на пальце, который искрился светом внутри.
– Именно он держит в тебе те крохи жизни, но процесс запущен изначально… Скажи ты действительно ничего не помнишь, из того вечера?
Девушка помотала головой. Теперь предложение Кристофера в больнице выглядело смешным. Конечно, как еще он бы смог надеть на нее кольцо, которое Лана ни за что бы не сняла?
– Только смутные образы, даже описать их не могу… Желание и страх… – пожала девушка плечами. Она и не копалась в воспоминаниях того злосчастного вечера. Выжила и спасибо. По крайней мере, Лана так думала, до всего сказанного.
Кристофер прикрыл веки, затаив дыхание. Он явно знал больше, и это напрягало.
– И у меня последний вопрос… – проговорил Кристофер, медленно отстраняясь. Дистанция между ними разрослась, словно бездна. Лане захотелось прыгнуть в нее без оглядки, чтобы не ощущать этот холод во взгляде.
– Это ведь ты сняла бирюзу в доме моих родителей? – вопрос граничил с неопровержимым утверждением, но Крис терпеливо ждал ее ответ.
Лана перестала дышать, ощущая шум сердца в висках и мелкую дрожь, подбирающуюся к рукам.
– Я.. – признала Лана уже очевидный факт.
– Ник был прав… – проговорил с горечью, осевшей в комнате, точно пыль.
Девушка и сама не заметила, как бесконтрольно начала вытирать слезы с глаз, а следующие его слова добили ее окончательно:
– Это из-за тебя их убили!
Фраза, прозвучавшая точно приговор для нее. Стальная и холодная, как та самая пропасть, в которую девушка летела и ждала, что любимый ее поймает.
Но этого не случилось.
– Я не знала… – хрипло пыталась оправдываться Лана.
– Ты целенаправленно сорвала бирюзу и выбросила ее из дома! – сорвался Кристофер на обвинения.
Лана отступила к выходу.
– Ты убьешь меня? – прошептала вопрос, смотря куда угодно, только не на Криса.