Марио Золотой – Зверя страсти 4 (страница 1)

Зверя страсти 4

Глава первая

Москва вечерняя двадцать шестого сентября двадцать третьего года озарялась яркими бесчисленными огнями, которые красиво манили за собой. В воздухе повисал гул моторов. По дорогам и проспектам нескончаемым потоком неслись разные тачки. Но всё же уже не так многочисленно и плотно. В стороне громко заиграла свою мелодию знакомая сирена, а заодно ярко засияли мигалки. Гонки по вертикали плавно перенеслись на Кутузовский проспект, где уже стало весьма свободно. Здесь малиновую девятку гнали копы. Они уже как десять минут преследовали её на всех порах. Но подержанная «девятка» никак не сдавалась. Хотя пару раз уже копы на своем быстром служебном седане сближались на расстоянии руки. Они даже грезили открыть огонь по колёсам. Но во избежание аварии действовали разумно и прагматично. Малиновая девятка уже дымилась, но летела стремглав и на бешеной скорости обгоняла даже дорогие иномарки. Хотя по грохоту у неё уже давно отлетел глушитель, лысая резина блестела, а мотор странно ревел. Её тонированные стёкла скрывали того, кто сидел за рулём болида, у которого напрочь отказали тормоза. А сюжет закручивался прямо как в голливудском триллере. Даже, наверное, круче. Всё началось с того, что бездомный пенсионер Николай Рябовин решил отлить за кустами на одной из больших свалок, где он часто бывает. Он туда завсегда приезжал на той самой подержанной малиновой девятке, чтобы насобирать лома. За рулём завсегда находится его друг по разуму сухожильный пенсионер Сергей Цветарин. Он, в роковой момент неспешно бродя по большой куче мусора, собирал алюминиевые банки. Николай Рябовин, отливая за кустами, увидел на пустыре расправу. Он прямо остолбенел. Коля округлил мутные цвета ртути глаза, а рот искривил, который у него как будто порван. Его на самом деле рвали собаки одного барыги Кулина, у которого от хотел стащить бочку лунной ночью. Но дело не выгорело. Он нарвался на мощных питбулей-братиков Бекхемов. Ему тогда досталось крепко. Псы прямо вырвали ему большой кусок плоти на левой щеке вместе с частью нижней губы, а вдобавок оторвали левое ухо. Он свой рваный орган сумел подобрать, когда отбивался. Ему успешно пришили ухо в неотложке.

Николай Рябовин, стоя у кустов, прямо обомлел. Он своими глазами увидел жуткую сцену, которую видел лишь несколько раз по телику. У него в глазах отразились вспышки от выстрелов и падение на траву неказистого жилтреста Гаврюшина в дорогом плаще. Этот тип перешёл дорого самому мафиози Абрамкину, который держал в страхе чуть ли не полгорода. Он невысокий, упитанный в меру. У него лысая голова как небольшой недоспелый арбуз, а уши небольшие торчком. Его лик простой некрасивый, – глаза по цвету как кокос немного косые и всегда чем-то недовольны, нос как слива, а губы навыкате. Он кричал перед стрельбой, что, мол, зачем ты меня кинул на бабки… Ты тупой урод. Ты обокрал не меня, а этих парней. Ты просто моральный урод. Я платил тебе много денег. Но ты за моей спиной крал у меня, да ещё крутил шашни с моей бабой сука… Абрамкин был красноречив. Он, не сдержавшись, ударил ногой пять раз по лицу Гаврюшина, который сразу свалился на сырую траву. Он вывалился из рук громил. Они делали послушно всё, как и псы братики-Бекхемы по одному щелчку босса. Гаврюшина вновь приподняли бугаи. Он уже заметно истекал кровью. У него заметно рябило в глазах, нос прямо был вдавлен в плоть, а из ноздрей текла ручьём кровь. Влага прямо затекала в искривлённый рот. Он дрожал в судороге. В этот момент прозвучали выстрелы, которые всполохнули всю тихую окрестность. Мафиози Абрамкин не выдержал. Он сильно психанул, представив свою молодую пассию голой в руках смазливого жиртреста. Он подозревал измену, но не мог поверить, а правда всплыла не в самый нужный момент. Он терпел большие убытки по бизнесу. Его донимали залётные чинуши. Его тёмные дела грозили большим судом, штрафами и даже арестом. Он психовал в тот день много и сорвался, как бешеный пёс с цепи, когда схватили того, в кого он верил и даже не сомневался. Он разозлился жутко и легко надавил на курок своего мощного серебристого пугача, наведя ствол прямо на пленника. Воздух крепко всколыхнул всю округу. Гаврюшин получил «дулю» прямо в голову, а рана оказалась не совместимая с жизнью. Его массивное тело вздрогнуло крепко. Бугаи не смогли удержать тяжёлого жиртреста, который сразу полетел на сырую траву. Он уже по виду не дышал и рухнул тяжело.

Мафиози Абрамкин, казалось, ещё хотел стрелять. Он вытянул руку, чтобы ещё раз спустить курок. Он был просто безумно раздражён. Его даже немного лихорадило. Ему одной жуткой мести оказалось мало. В этот самый момент пенсионер Николай Рябовин стоял возле кустов. Он держался руками за своё вялое достоинство и ещё справлял нужду, а струя мочи дёрнулась резко в сторону и сразу перестала течь. Рябовин ощутил недоумение и страх, что естественно. Он обомлел, стоя неподалёку от лобного места. Но поджилки не тряслись. Он видел немало и всё же испугался. Он напряг своё старое морщинистое лицо, а слега пьяные глаза выпучил. Коля тогда напоминал буйного мерина, который уже крепко огрел пьяного хозяина задними копытами. Рябовин словно сглупил или просто на миг потерял страх. Он был незаметен для верзил, находясь в тонкой тени кустов. Но он лично себя выдал, ещё не отойдя от долгого запоя. А когда-то он отменно кузнечил. У него под рукой находилось хозяйство. Но он подсел на лотерею. Он скупал билеты пачками и всё своё нажитое долгими годами добро, незаметно спустил. Жена пышка Глаша, что естественно, его бросила. Дети уже выросли. Они послали нерадивого отца куда подальше.

Николай, увидев расправу, заявил как будто смело, что, мол, что вы тут творите-то изверги малодушные. Совсем сбендили что ли. Вы что замочили мужика что ли? Вы тут совсем мать вашу…

Мафиози Абрамкин не дал закончить мысль бродяге. Он ужаснулся, быстро осознав, что ему за это грозит. Абрам даже представил себя в наручниках и под конвоем. Он округлил буйные ледяные глаза, которые стали похожи на фары его мощного чёрного джипа. Он буйно глянул на своих огромных верзил, которые не дал маху. Абрам же тут же применил свою пушку. Он дал залп из револьвера, а воздух сотрясли громкие выстрелы и сразу мелькнули огоньки. Убойные пули гулко засвистели, где явно бы случилась беда. Но пенсионер Николай Рябовин первым делом схватился за чугунную ржавую сковородку, которая находилась при нём в мешке. Он нашёл кухонную утварь на свалке пять минут назад. Он сначала прикрыл утварью своё морщинистое порочное бородатое лицо. Убойная пуля ударила прямо в сковороду. В сторону отлетели яркие искры. Он машинально попятился и сразу закрыл сковородкой свой голый пах, а шальная «дуля» поразила металл, который сразу немного искривился. Николай не успел даже толком натянуть штаны. Он побежал неуклюже, спотыкаясь о всякий мусор. Он упал грузно, но сумел быстро подняться. Коля оглянулся бегло и испуганно. Он увидел подручных «псов» мафиози. Они уже метнулись быстро по пустырю и на деле походили на борзых псов, которых спустил с цепи хозяин, чтобы те порвали неугодного воришку.

Бездомный Рябовин нашёл силы подняться на ноги. Он себя не помнил. Верзилы же открыли огонь из всех пушек. Они теперь палили прицельно, а пули засвистели над головой шального мужика. Николай побежал по большой груде мусора. Он тяжело задышал. У него на бороде повисли слюнки. Он споткнулся, когда забрался на вершину мусора. Коля зацепился ногами за старое бревно. Он полетел вперёд головой, как будто хотел нырнуть в морскую пучину. Но упал мягко на всякий мусор и покатился на животе. Он успел опробовать грязь, одноразовую посуду и странный дешёвый парфюм. Он ободрал себе левую щеку ржавыми гвоздями, которые торчали от палки, но боли не ощутил. Его глаза стали ледяными. В них теперь жил лишь адреналин. Он спасал свою жизнь бегством и громко заорал, когда скатился с двадцатиметровой мусорной горки. Он завопил скорее, что, мол, Серёга валим отсюда. Здесь маньяки какие-то. Серёга где ты сука заводи тачку. Надо валить. Тут маньяки в меня палят. Уже кого-то замочили сука. АААААА… АААА… Серёга сука валим. ААААА… АААА…

Николай Рябовин сплюнул изо рта жуткую грязь, которой нахватался, когда его несло с мусорной горы. Он чуть не блеванул. Но ему стало некогда приводить себя в чувства. Его всё же немного пробрало, а тягучая слюна повисла на бороде. Он ощутил вонь от жутких нечистот, а страх дал вновь о себе знать. У него над самой головой засвистели убойные пули. Николай быстро осмотрелся. Он заметил на мусорных кучах бегущих типов, которые дурно махали пушками. Они вновь дали залп. Николай уже бежал по тропе. Он дышал тяжело. У него рябило в глазах, а изо рта вылетал парок. Он запнулся и немного заколесил. Он чуть не упал. У него сбилось дыхание и крепко запало в животе. Он миновал больше трёхсот метров и всё же блеванул прямо на водительскую дверку малиновой девятки. Странная желтоватая жижа потекла по стеклу и дверной ручке, которую Николай облюбовал. Он в тот момент ничем не брезговал. Он дышал тяжело и грузно завалился в салон тачки. Он сразу схватился за ключ зажигания, а стальная «малышка» на сей раз не подвела. Хотя «девятка» очень сильно капризная, а порой совсем не хочет заводиться и ехать. Но в тот критический момент тачка завелась, как родная. Её мотор загудел громко, когда Николай надавил на гашетку. Он ещё глянул в сторону, где неслись верзилы. Они кричали громко, что, мол, стой старый хрен. Мы тебя не тронем. Дадим денег. Стой сука бородатая. Вот же урод старый. У него тачка. Кто он такой? Он вонючий бродяга. Живёт здесь что ли… Босс нас прикончит. Его надо схватить. Стой старый хрыч. Вот же чурбак старый…