Марина Ясинская – Русская фантастика – 2019. Том 1 (страница 98)
Только воздух – какой-то кисловатый, неприятный. И солнце – так далеко…
Ничего. И здесь живут.
Далит брезгливо поморщилась, зацепившись рукавом за створку двери бара. Было что-то нелепое, опереточное в таком выборе места встречи. Но – а где еще?
Ногти впились в ладонь. Поздно уже рефлексировать. Иди. Покупай…
Вот он. О да, этот подойдет. Светлые волосы, серые глаза вполлица, подтянутая, мускулистая фигура.
Хороший самец.
Далит присела рядом, упершись взглядом в запыленный пол.
– Что ж, будем знакомы, Марк. – Губы искривились в жалкой, неестественной усмешке. – Ну в общем… все, как условились. Вот документы на обмен. Восьмидесятый ярус, восточный сектор. Очень хороший модуль, действительно, там минут десять до солнечной зоны. Я очень долго выбирала, думала, дочке на свадьбу…
Она прикусила губу.
Господи,
Парень, аккуратно разложив документы на грязной, изрезанной перочинными ножами столешнице, принялся водить пальцем по строчкам. Далит затаила дыхание.
– Крохотная конурка-то, – проговорил он наконец. – Десять квадратов.
Сердце ухнуло куда-то вниз.
– Но ведь…
– Да нормально все, эт я так… – Марк смущенно улыбнулся. – Я ж не для себя. Сестренка у меня умненькая, не то что я. Нечего ей здесь гнить, на восемнадцатом.
Далит рассеянно кивнула. Хотелось вскочить из-за стола, выхватить документы из рук мальчишки и бежать, бежать, не разбирая дороги, ломая каблуки о выщербленные ржавые стыки пола. Потому что – ну ведь невозможно так! Нельзя!
Руки все делали сами. Руки расстегнули сумку, достали фотографию Яэль, протянули ее Марку.
– Симпатичная. – Парень удивленно поднял глаза. – Я бы и так…
– Так – не надо, – сухо сказала Далит. – С меня – модуль. С тебя…
– Знаю. – Марк залился краской.
– Что – знаешь? – зло выкрикнула Далит – и голос сорвался в невнятный шепот. – Она должна быть счастливой, ясно? Самой счастливой дурой на свете. Ты ведь сможешь, а? Так, чтобы она обо всем забыла, кроме твоей рожи?
Он медленно побрел к выходу. Высокий, широкоплечий. И вроде бы не совсем сволочь.
– Марк!
Он обернулся, каким-то чудом уловив ее шепот в гуле пьяных голосов.
– Не обижай ее. Пожалуйста.
…Яэль вернулась чуть позже обычного. Бросила у порога сумку со снаряжением. Замерла перед зеркалом, не замечая тяжелого, ждущего взгляда матери. За ужином вскользь, невзначай, отводя глаза, спросила – а нельзя ли на эти выходные к знакомой, с ночевкой… Можно. Конечно, можно.
Руки все делали сами. Разливали чай. Разглаживали идеально ровную скатерть. Украдкой смахивали злые, кипучие слезы.
Да, она потом узнает. Да, конечно, не простит. Но будет жить.
Только бы получилось.
Нет, грязь к ней не приставала.
Они стояли у порога, держась за руки. Почти неотличимые друг от друга – стройные, сероглазые, в одинаковых черных комбинезонах с эмблемой добровольческой группы на рукаве…
И – неприлично счастливые.
– Мам, ну почему ты плачешь? Я ведь ни капельки не сержусь! Марк мне все рассказал. Если бы не ты, мы бы не встретились.
– Вы уж извините, геверет Харэль, – смущенно пробурчал Марк. – Неправильно это все было. Что я, сам не смогу на жилье заработать? Поедем на Шаммору. Отслужим там сколько надо. Кто-то ведь должен, правильно Эля говорит.
– Да, мам, – подхватила Яэль. – Будешь к нам в гости приезжать? Нас ведь уже в июне отправляют.
– Как это – отправляют? – Комната поплыла перед глазами.
В свете аварийной лампочки лица Яэль и Марка казались бронзовыми. Уже – не люди. Не от мира сего.
– Элька, у тебя же день рождения в марте. Еще почти год…
– А мы поженились! – Яэль хитро улыбнулась. – А супруги военнослужащих по закону могут их сопровождать, вот как. Мам, ну ты чего? Ведь мы, может, и не умрем. Да даже если и так, Санкторий…
Красный свет заливал комнату. Бил в глаза. Далит молчала.
Они ушли. Она так и осталась стоять – с недомытой тарелкой в руке, с криком, застывшим на губах.
Потом было лето. Бесконечные часы ожидания. Усталый голос диктора в наушниках.
– Совсем вы исхудали, геверет Харэль, – сочувственный шепот соседки. – Вы бы съездили наверх, воздухом бы подышали. Вам же выплаты солдатской матери приходят? Нормально все рассчитали, по полуторной ставке? А то, если что, я разберусь. У меня же младшенькая в финансовом отделе…
Кивнуть. Улыбнуться. Поблагодарить. Это ведь не настоящая жизнь. Жизнь – там, в бусинке наушников.
Приготовить ужин. Помыть посуду. В сотый раз перебрать вещи в ящиках, отряхнуть от пыли, разложить аккуратными стопками.
Короткий писк сигнала электронной почты. Ровные строчки таблицы. Рядовая Яэль Леви, 17 лет. В/ч 2319. Награждена Орденом Отваги. Посмертно.
Откинуться на подушки. Задержать дыхание – так, чтобы перед глазами поплыли красные круги. И – провалиться в тяжелый, мутный сон без сновидений на шесть часов. Впервые за три месяца.
Потом – наверное, что-то было в этом красном мареве. Тихий, растерянный голос Лиама. Его торопливые звонки кому-то. Металлическая обшивка трюма транспортника – пассажирский рейс на Шаммору должен был отправиться только через десять дней. Случайно увиденное в зеркале лицо – незнакомое, словно из камня высеченное, окруженное свалявшимися белыми прядями…
…Только на Шамморе мир снова стал осязаемым. Прорвался сквозь мутную пелену безразличия – запахом гари, бьющими в глаза лучами солнца, черной бахромой копоти на оплавленной обшивке стен медблока. И раздраженным голосом сутулого верзилы в штабной форме:
– …нет, Лиам, ты, конечно, очень вовремя. Сорок три года здесь был курорт. Сорок три! И вот, пожалуйста, в мое дежурство… Да я сам не знаю, что здесь творится! У какого-то урода из обслуги крышу сорвало. Спалил весь старый медблок к чертям вместе с моргом… Ты чего хотел-то? Девчонку похоронить? Друг, там полторы сотни копченых трупов. И без экспертизы хрен разберешь, кто где.
Лиам что-то тихо сказал ему.
– Нет, я соболезную, и все такое, – раздраженно повысил голос штабист. – Но чего ты от меня-то хочешь? Чтобы я тебе выкинул первого попавшегося жмура? Так это пожалуйста!
– Ее здесь нет. – Далит напряженно вглядывалась в черные проемы окон.
– Геверет, как вас там, у нас на опознании сто пятьдесят шесть…
– Ее. Здесь. Нет.
Опять неразборчивый шепот Лиама.
– Ну да, в принципе, кого-то могли увезти на Объект, – нехотя протянул штабист. – Машина вчера ушла. Но связи с ними нет. Списки? Ты издеваешься? Лиам, я не Господь Бог. Максимум, что я могу, – выделить вам койку в казарме. Подождете пару дней, пока тут все уляжется. Вам, извиняюсь, в любом случае спешить уже некуда…
– Нет, внутри я, ясное дело, не был. Но дорогу знаю, как не знать. – Водитель настороженно оглянулся. – Только тут вот какое дело. Машин нормальных нет, все в разъездах. Лишь одна и осталась, кабриолет хренов. Ну грузовая, с открытым кузовом. Мы на ней жрачку по казармам развозим. Вдруг что случится по дороге – нас всех одной очередью скосят… Не, вы не подумайте. Я не отказываюсь. – Он беспокойно переминался с ноги на ногу. – Отвезу, без проблем. Деньги-то нужны. Только, может, до завтра подождем? У меня друг в мехколонне, броневик подгонит – поедем, как генералы…
– Нет. Сейчас, – отрезал Лиам, глядя на лицо Далит.
Она улыбнулась.
Ехали молча.
Джунгли начались как-то вдруг. Еще минуту назад машина мчалась по пыльной бетонке пригорода – и вдруг с обеих сторон потянулись извилистые, словно смятые исполинской рукой, стволы деревьев. С каждой минутой становилось все темнее – солнечный свет с трудом пробивался сквозь перекрестья ветвей.