Марина Ясинская – Мистерия мести (страница 4)

Для начала Алексей решил прикинуться полным деревом:

– Чего?

– Ты помнишь Тину? – Я пошевелил пальцами. – Брюнетка, примерно тридцати пяти лет, красивая, жена твоего хозяина. Тина Александровна Мальцева. Она тебе приказы отдавала весь последний год.

Да, я умею быть противным.

Торопов не совершил убийство только потому, что меня прислал директор. Но если бы взгляды могли резать, я покинул бы кафе изрядно исполосованным.

– Госпожа Мальцева была лёгким объектом для работы или тяжёлым?

Ещё один плюс телохранителю: он быстро понял, что со мной лучше не связываться, и принял условия конструктивного разговора.

– Средним. Как все.

– Приходилось носить её домой пьяную? Выполнять поручения, не связанные с твоими прямыми обязанностями?

– Я не обсуждаю хозяев.

Я ждал этого ответа, а потому выдал очень внятно и достаточно медленно, чтобы слова гарантированно вошли в повреждённые уши бывшего кикбоксера и застряли в каком-нибудь полушарии того органа, что заменяет ему мозг:

– Директор Мальцев хочет, чтобы я выяснил правду, а значит – ты обсуждаешь. Обсуждаешь всё, до последней детали. Отвечаешь на любые мои вопросы. Потом, если хочешь, можешь наябедничать директору, что я копался в его грязном белье. Но это – потом, а сейчас ты отвечаешь. Всё понятно?

При этом поставил зарубку в памяти: Торопов знал, что отвечать придётся, но всё равно попытался сыграть верного молчаливого работника.

Это могло означать, что телохранитель не хочет говорить о Тине.

– С ней было трудно?

– Нет.

– Даже сумки не заставляла носить?

Алексей достал сигарету, раскурил её и пыхнул дымом. Совсем рядом с моим лицом.

– Она меня не замечала.

Я не курю, но не обиделся, дым – это самое безобидное из того, чем мне тыкали в лицо за время моей блестящей детективной карьеры. Я откинулся назад – диванчики в этой кафешке оказались весьма удобными – и подытожил:

– То есть знала, что ты рядом и решишь любую возникшую проблему? Сколько раз тебе приходилось вступаться?

– У Тины Александровны не было проблем, – помолчав, ответил Торопов. – Ни разу за тот год, что я был её телохранителем.

– Даже с отморозками из ночных клубов?

– Тина Александровна умела ладить с людьми. – Алексей понял, что какую-то информацию выдать всё равно придётся, и сделал ставку на преданное восхваление погибшей хозяйки: – Умная женщина. Босс другую не выбрал бы.

– Молодая, умная и красивая, – протянул я.

– А зачем директору другая?

– Вам нравилась хозяйка?

Он, очевидно, ждал этого вопроса, – раз полицейские и люди из охраны директора старательно вынюхивали возможность интрижки молодой женщины с мускулистым телохранителем, так почему бы и знаменитому частному детективу не спросить о том же?

– Директор меня кастрировал бы, – ровно ответил Торопов.

– Все так говорят.

– Все директора?

– Все телохранители.

– Многих видели?

– Я специализируюсь на раскрытии семейных тайн и встречал бесчисленное множество телохранителей, тренеров, инструкторов, одноклассников… Я знаю, как говорят люди, которым есть что скрывать.

– Я не такой умный, как вы, – развёл руками Алексей. И закурил следующую сигарету. – Я не смог бы нормально общаться с директором, и он всё понял бы.

– Часто общались?

– Докладывал о передвижениях Тины Александровны раз в неделю. Лично.

Об этом Мальцев умолчал.

И это, между прочим, всё меняло: бывший кикбоксёр ни за что не устоял бы перед силой бесцветного взгляда главного в нашем расследовании человека. Полицейские и коллеги зря мучили несчастного Торопова.

– Почему вы не были с хозяйкой в ночь убийства?

– Там написано, – Алексей кивнул на планшет, в который я загнал основные материалы по делу и которым пользовался во время разговора.

– Там написаны все показания, но я не люблю записи, – улыбнулся я. Без обаяния улыбнулся, не как горожанке Изельшприц. – Хочу слышать ответ.

Торопов смял сигарету в пепельнице. Я его бесил. Хорошо.

– Директор уезжал на три дня в командировку. В последний день перед его возвращением Тина Александровна решила остаться в городе – назавтра они должны были обедать с какой-то крупной шишкой.

Об этом Мальцев тоже не упомянул, но для расследования их несостоявшийся распорядок особой роли не играл.

– С утра Тина Александровна ходила в бассейн, затем пообедала с Еленой Марковной… – Торопов выдержал паузу и уточнил: – Изельшприц.

– Я понял, о ком вы.

– Затем они съездили к ювелиру – через месяц будет большой приём там… – телохранитель выразительно ткнул указательным пальцем в направлении потолка. – И Тина Александровна с Еленой Марковной заказали драгоценности. У ювелира они пробыли до шести вечера, затем поужинали, и в двадцать один восемнадцать я доставил хозяйку в квартиру. В смысле – в пентхаус. Тина Александровна сказала, что ляжет спать.

– Так рано?

– Фраза означала, что Тина Александровна не собирается покидать пентхаус. Я проводил её до дверей, затем спустился в подземный гараж и уехал.

– Вы всегда уезжали, доставив хозяйку домой?

– Как правило, – не стал скрывать Торопов.

– Вы ведь личный телохранитель.

– Здание хорошо охраняется и снаружи, и изнутри. В пентхаус ведет отдельный лифт, который просматривается и видеокамерами, и охранниками, подняться незамеченным невозможно. – Алексей пожал могучими плечами: – У меня было право уехать.

– А если хозяйка вас не отпускала?

– Для охраны предусмотрены два изолированных помещения: спальня и кухня. Туда выведена тревожная кнопка. В случае необходимости мы врываемся в пентхаус за несколько секунд. Если бы Тина Александровна велела остаться, я провёл бы ночь в этой комнате.

Все его слова полностью согласовывались с показаниями начальника охраны.

– Как часто госпожа Мальцева оставалась ночевать одна?

– Не реже двух раз в неделю.

– Даже когда директор находился в Москве и ночевал в загородном доме?

– Да.

Тине удивительно повезло с мужем: любит до обожания и отпускает ночевать одну.

Я бездумно провёл пальцем по монитору планшета.

– Не реже… Но могло быть чаще?

– Могло, – подтвердил Алексей. – Однажды Тина Александровна ночевала в городе четыре дня подряд.