Марина Ясинская – Крушение небес (страница 8)
Ансель понимал, что вопросы риторические и Мия не ждет на них ответов, но тем не менее пояснил:
– Мадам лин Монро говорила, ее назначили отвечать за мораль и боевой дух личного состава.
– Вот нелепица! – фыркнула Мия.
Ансель не сводил глаз с девушки. Наваждение не рассеивалось, авионера выглядела точной копией Мии. Те же жесты, та же мимика, те же интонации…
Авионера перехватила взгляд Анселя, но неправильно его истолковала.
– Чтобы избежать недоразумений, сразу скажу – у меня отношения с рей Дором. Так что не трать время зря.
– Извини, – ответил Ансель, и не думая смущаться. – Дело не в этом. Просто ты мне очень напоминаешь одну мою знакомую.
– О, – откликнулась авионера. – Тогда понятно. Должно быть, она куда больше, чем просто знакомая, – с улыбкой продолжила девушка, – потому что у тебя такой взгляд…
– Ансель, – перебил ее юноша. – Рад познакомиться.
– Мия, – ответила авионера, протягивая ему руку для формального поцелуя.
Ансель, как полагается, символически приложился губами к ладони. Значит, Мия? Все его силы ушли на то, чтобы не схватить девушку за плечи и не встряхнуть. В какие игры она с ним играет? И зачем?
Авионера смотрела на юношу ровно и спокойно, словно не происходило ничего необычного. То ли она научилась так хорошо владеть собой, то ли и впрямь это
– Случайно не эр Валла? – спросил Ансель, отпуская руку.
– Нет, – качнула головой Мия. – Рей Воль… Погоди, неужели эту твою знакомую тоже зовут Мия?
– Представляешь? – холодно усмехнулся Ансель, не сводя взгляда с ее лица. Хотел уловить малейшее изменение, поймать самый намек на фальшь. Надеялся, что девушка как-то себя выдаст.
И ничего не заметил.
– А откуда ты родом?
Если она скажет, что из Кибири, то…
Ансель не знал, что делает. Но ему отчаянно хотелось обрести хоть какую-то почву под ногами. Раз и навсегда убедиться, что эта Мия – не его Мия, а другая. Или, наоборот, выяснить, что это она, и понять, почему она делает вид, что не знает его…
– Из Сириона, откуда же еще берутся авионеры? – немного напряженно отозвалась Мия и слегка нахмурилась.
Это был не тот ответ, которого ждал Ансель.
– Что ж, не буду тебя отвлекать, – сказала Мия и торопливо зашагала прочь, засунув руки глубоко в карманы теплой куртки.
Ансель долго смотрел ей вслед. Из задумчивости его вывело пыхтение мобиля, в кузове которого лежало новое акриловое лобовое стекло для авиона.
Общая столовая находилась прямо на стыке секторов Борей и Эвр. Как и все остальные постройки летной базы, снаружи она представляла собой приземистое, невзрачное на вид здание. Зато внутри абсолютно все было сделано из темного дерева: деревянные полы, деревянные стены, столы из досок, лавки из бревен и массивные деревянные балки на потолке. С первого взгляда было ясно, почему это место называют «деревяшкой».
А если присмотреться повнимательнее, становилось понятно, что «деревяшка» была не просто помещением, где едят, но и местом для отдыха и общения. Повсюду сидели авионеры, механикеры и другие служащие базы, кто-то ужинал, кто-то читал книгу или газету возле камина, кто-то азартно играл в карты, кто-то громко о чем-то спорил…
– А вот и мои мальчики! – воскликнула Берта и указала на двух рослых юношей, сидящих за одним из столов. Первый что-то писал на листе бумаги, сосредоточенно наморщив лоб, а второй считал про себя, по очереди загибая пальцы.
«И вот эти верзилы – ее сыновья?» – поразилась Ника, идя за невысокой, сухощавой авионерой через зал.
– Время! – вскочив на скамью, выкрикнула на весь зал какая-то авионера. – Ну, у кого сколько?
Со всех сторон посыпались ответы:
– Двадцать девять!
– Тридцать два!
– Тридцать три!
– Тридцать шесть! – выкрикнул кто-то, и остальные одобрительно загудели.
– Что происходит? – тихо спросила Ника у Берты.
– Похоже, они играют в игру «Назови больше княжеств Третьего континента за две минуты», – ответила та.
Ника постаралась не выказать удивления. Она даже и не знала, что на Третьем континенте есть княжества, его не обсуждали в приличном обществе. А на мысе Горн, оказывается, знают не только об этом, но и о том, сколько их и как они называются!
Похоже, Берта по выражению лица девушки догадалась, что все это для нее в новинку, и пояснила:
– Княжеств на Третьем континенте тридцать восемь, хотя… С их вечными междоусобицами и месяца не проходит, чтобы какой-то город или какой-то удел не попытался отколоться и объявить о своей независимости. Впрочем, долго их самопровозглашенная независимость обычно не длится. Вот уже почти век официально признанных княжеств все-таки именно тридцать восемь. И за все время игры еще никто ни разу по памяти не перечислил их все…
– Ну что, похоже, у нас есть победитель? – осведомилась тем временем стоявшая на скамье авионера.
– Есть! – неожиданно заявил один из сыновей Берты, поднимаясь из-за стола. – Я – новый победитель!
– Ого! И сколько же княжеств у тебя?
Юноша торжественно вскинул в воздух руку с зажатым в ней листком бумаги.
– Сорок шесть!
Разом грохнул смех.
– Что такое? – непонимающе заозирался претендент на победу.
– Княжеств всего тридцать восемь, дубина, – пояснил ему брат и дернул его за рукав, чтобы тот сел обратно.
– Знакомься, это мои мальчики, Рик и Рейк, – представила юношей Нике Берта.
Верзилы кивнули, а Ника едва сдержала смешок. «Мальчики» по отношению к этим великанам звучало очень забавно.
– А это Ника, новая авионера нашей эскадрильи.
– Ученица авионеры, – поправила девушка.
– Здравствуйте, Ника! – почти хором сказали Рик с Рейком.
– Очень приятно познакомиться, – вежливо улыбнулась девушка и по привычке протянула руку одному из братьев в общепринятом жесте приветствия.
Юноша растерянно уставился на Нику, затем перевел взгляд на брата и наконец на мать.
– Остолоп, – вздохнула Берта, мягко похлопала Нику по руке, предлагая ее опустить, и опустилась на скамью рядом с сыном. – Сколько я тебя учила хорошим манерам! Их растили не в Арамантиде, – пояснила она Нике, – а когда мы перебрались сюда, они были уже довольно взрослыми, и вбить им правила этикета оказалось крайне непросто.
«Если они росли не в Арамантиде, то где?» – не на шутку заинтересовалась Ника, но постеснялась спросить об этом своих новых знакомых.
– Расстроился? – спросила Берта, потрепав поникшего сына по плечу. Кажется, это был Рик. А может, Рейк; Ника еще не запомнила.
Юноша грустно кивнул; выражение лица у него было совершенно детское, что смотрелось довольно комично в сочетании с внушительной комплекцией.
– Победитель мог получить пинту пива, – пояснил второй сын.
– Тогда хорошо, что не выиграли, – тут же заявила Берта. – Рано вам еще пиво хлестать. И хватит киснуть, идите-ка принесите нам с Никой поесть. Мне как обычно.
– Да, мама, – тут же послушно отозвались юноши и ушли.
А Ника, снова оглядевшись, заметила неподалеку Анселя с полной тарелкой в руке, он оглядывался в поисках места, куда можно присесть.
– Ансель! – окликнула она. – Присоединяйся к нам! Берта, это Ансель, ученик механикера, он работает с «Грозой», – представила Ника юношу, когда тот подошел поближе. – А это Берта, авионера нашей эскадрильи.
– Расскажи-ка мне, Ансель, как тебе удалось пробиться в механикеры? – сразу спросила Берта.
Руки для обычного поцелуя вежливости авионера не протянула, и почему-то было сразу понятно, что сделала она это вовсе не для того, чтобы продемонстрировать свое пренебрежение, а просто потому, что это не входило в ее привычки.
– Я сумел убедить мадам рей Брик дать мне шанс, – сдержанно ответил Ансель.