Марина Ясинская – Чужой Дозор (страница 58)

– А потом, когда мы получим его сигнал, привезти ее в условленное место, – добавил первый.

– Но зачем?

– Когда бабалао просит что-то сделать, ты это делаешь – и не задаешь лишних вопросов, – развел руками кубинец.

Ясины друзья, услышав такое обьяснение, согласно кивнули.

Тем временем Яся, не понимавшая ни слова по-испански, переводила взгляд с одного на другого, пытаясь по выражениям лиц догадаться, что происходит.

– А что это за условленное место, куда вам надо было привезти девочку? – спросил Гектор.

Кубинцы смущенно переглянулись.

– Вообще-то мы должны были привезти ее на эту площадь, именно к этому самому времени. А она взяла и пришла сюда сама, – удивленно покачал головой один из них.

– А еще бабалао велел нам обязательно захватить вот это, – добавил второй, ныряя на заднее сиденье «Москвича». Когда несколько секунд спустя он вылез обратно, в руках он держал Ясину скрипку.

Вике не было никакого дела до разыгрывающейся у нее перед глазами драмы. Во-первых, куда больше решавшихся сейчас судеб мира ее беспокоил пусть и нашедшийся живым и здоровым, но очень странно себя ведущий муж. Во-вторых, она по-прежнему безумно переживала за пропавшую дочь, боясь что с ней случилось нечто подобное, и сейчас ее Яся находится непонятно где и непонятно с кем. В-третьих, она все равно не понимала по-испански и поэтому не в полной мере осознавала всю серьезность происходящего. Это пусть Дозоры, как обычно, спасают мир от глобальных катастроф – а ее сейчас волновали сугубо личные проблемы.

– Миша! – Дождавшись, когда американцы демонстративно удалились и всеобщее напряжение несколько спало, она робко подошла к мужу. – Миша, как ты?

Небритый и осунувшийся, тот посмотрел на Вику каким-то странным взглядом и медленно ответил:

– No te entiendo.[28]

Небо вдали вновь заворчало утихнувшим было громом.

– Миша, ты что? – воскликнула Вика и схватила мужа за руки. Тот осторожно высвободился и сделал шаг назад; в его глазах не было ни проблеска узнавания.

Вика в ярости обернулась к Алехандро:

– Что вы с ним сделали?

– Ничего, – вяло пробормотал сантеро. Он выглядел потеряным и раздавленным неудачей – вернуть Че не получилось.

– Да неужели? Посмотрите на него, Миша сам не свой, никого не узнает! А ведь это вы его похитили, чтобы использовать в этом своем ритуале.

– Мы не похищали его, – устало ответил сантеро. – И для ритуала он нам был абсолютно не нужен.

– Тогда как он оказался среди вас?

Поняв, что эта маленькая разьяренная женщина так просто не отстанет, Алехандро вздохнул и с трудом сосредоточился на вопросе Вики.

– Какое-то время назад мы собрались, чтобы попросить благословение духов-ориш перед очередной попыткой вернуть к жизни Че. Ритуал был успешным, и в результате этот человек – как я понимаю, ваш муж, – сам появился на пороге нашей хижины. Для нас было большой неожданностью, что Избранным ориши стал не один из нас, а пришлый белый человек. Но с волей духов не спорят.

– Избранный? – нахмурилась Вика. – Избранный для чего?

Она не успела получить ответ – именно в этот момент Инквизитор вновь обратился к Пабло:

– Я требую, чтобы вы передали мне амулет!

– Нет, амулета ты не получишь! – практически хором воскликнули старые guerrilleros, всем своим видом показывая, что если Инквизитор не перестанет настаивать на своем, то они готовы хоть сейчас ввязаться в еще одну схватку.

Бабалао же только улыбнулся и продолжил невозмутимо курить.

– Я требую, чтобы вы передали нам амулет, – повторил Инквизитор, так и не дождавшись ответа. Может, старый индеец понимает только по-испански? – В соотвествии с Боливийским соглашением вы обязяны…

– Боливийское соглашение заключали между собой Иные, – перебил бабалао, ответив на очень хорошем английском. – Сантеро не имеют к нему никакого отношения. Единственное соглашение, которое меня к чему-то обязывает, – это то, которое я заключил с Че.

– Че нет в живых, – нахмурился Инквизитор.

– Тогда почему ты так беспокоишься о том, кого нет в живых? Пусть Че уже не с нами, но его аше по-прежнему жива, – заметил Пабло. – Че дал мне обещание и сдержал его. И я тоже дал ему обещание. А бабалао никогда не лгут, это должно быть тебе известно.

– Не заставляйте меня применять силу. – У Инквизитора явно заканчивалось терпение.

– Ты думаешь, ты первый, кто хочет забрать у меня амулет? – по-прежнему безмятежно усмехнулся бабалао. – За эти годы кто только ко мне не подходил; меня пробовали и подкупить, и запугать, и обмануть, и обворовать… Зачем ты настаиваешь на невозможном, что отличает тебя от других, ушедших ни с чем?

– Ты знаешь, кто я и кого представляю. Ты также знаешь, что Че представлял – и по-прежнему представляет собой огромную угрозу равновесию Сил, – ответил упрямому старику Инквизитор.

– Че было суждено стать величайшим Светлым в истории! – перебил его Пабло. – Стань он им, как было предначертано, – и он мог бы повлиять на исход извечной битвы Света и Тьмы! Вот это точно нарушило бы ваш драгоценный баланс. Но вмешалась судьба и все уравновесила без вашего суетливого вмешательства: он стал Темным. Высшие силы мудры, они сами приводят все в равновесие.

– Что ж, я предупреждал, – оборвал монолог Пабло Инквизитор и сделал едва заметный пасс рукой. Ярко вспыхнула «радужная сфера», возводя вокруг них с Олегом и бабалао универсальную защиту. Оставшиеся в живых солдаты и оперативники-Иные Чужого Дозора моментально вскинули автоматы и приготовили заклинания, недвусмысленно показывая, чем может окончиться дело, если сантеро или местные Иные опять решат вмешаться.

Пабло тем не менее не казался ни в малейшей степени обеспокоенным. Через мгновение рядом с ним встал Михаил, пройдя через «радужную сферу» так легко, будто это был обычный мыльный пузырь; в ладонях он перекатывал выглядевший довольно опасным сгусток багрового пламени. А еще через миг, невзирая на дула автоматов, вновь развучал гипнотизирующий ритм барабанов бата.

Вика, наблюдающая за происходящим со стороны, не могла поверить своим глазам. Откуда у ее Миши магические способности?

– Оставьте Пабло и амулет в покое! – громко потребовал Карлос. Мимоходом воздвигнув защиту от вооруженных солдат, неугомонный старик схватил Лусию и Альваро за руки, снова образовывая Круг Силы.

Еще мгновение – и, ко всеобщему удивлению, к ним присоединился Эстебан.

– Лучше поздно, чем никогда, – пряча улыбку, хмыкнула Люсия и тактично вложила свою ладонь в руку главы Ночного Дозора.

Один за другим, следуя примеру своего главы, остальные дозорные, наплевав на нейтралитет, тоже присоединились к Кругу Силы. Ни у кого не вызывало сомнений, что, если потребуется, они отдадут все до последнего.

Инквизитор смерил взглядом решительно настроенных Иных и сантеро, затем быстро оценил поредевшую цепочку солдат и Иных Чужого Дозора за своей спиной. Несколько минут назад он был уверен в превосходстве своих сил, но сейчас…

– Последняя возможность разрешить дело мирно, – произнес он. – Иначе мне придется пойти на крайние меры.

– Как же вы любите громкие слова, – усмехнулся Пабло. – Крайние меры, последняя возможность… Человек, очень сильно к чему-то стремящийся и имеющий реальную возможность это получить, не станет тратить время на предупреждения. У тебя нет ничего, что могло бы меня напугать.

– Ты действительно так думаешь, старик? – загремел в ответ голос Инквизитора. – Ты считаешь что Инквизиция не в состоянии справиться с одним упрямым колдуном? Тогда ответь мне – ты знаешь, что такое Саркофаг Времен?

Бабалао нахмурился.

В напряженной, настороженной тишине Инквизитор продолжил:

– Саркофаг создает капсулу вне пространства и времени, так что заключенные в ней останутся там навечно. Вот он, амулет активации, – в моей руке. Я устал с тобой спорить, старик. Если ты продолжишь упорствовать, я применю его, и вы с вашим амулетом и аше Че навсегда исчезнете из этого мира. Это касается и всех твоих сторонников – по крайней мере тех, кто настолько глуп, что готов провести следующие несколько десятков тысяч лет в компании с тобой и столь горячо любимым вами Че. Посмотри мне в глаза, старик, и скажи, пустая ли это угроза…

Тишину нарушил тяжелый вздох Пабло, в руках которого непонятно откуда появился амулет – половинка самого обычного на вид камня, на месте скола которого вспыхивали сотни серебристых звезд. Несмотря на угрозу навеки оказаться изолированным от этого мира, бабалао по-прежнему не казался напуганным.

– Я всегда знал, что раньше или позже вы все добьетесь своего, – спокойно заговорил Пабло, оглядывая собравшихся у здания Ночного Дозора сантеро, Иных и людей. – Я знал, что раньше или позже у сантеро получится успешно провести ритуал возрождения Че. Я знал, что Инквизиция и Чужой Дозор не оставят меня в покое и раньше или позже сделают последнюю попытку забрать амулет. В прошлый раз у них уже получилось забрать у меня моего сына… Значит, ты так жаждешь заполучить эту вещицу, что действительно готов запереть всех этих людей, беззаветно преданных Че, в вечной темнице? – спросил он и, получив в ответ безмолвный кивок, как-то просто и буднично бросил камень в подставленную Инквизитором ладонь.

Все – и сантеро, и Иные, собравшиеся под зданием Ночного Дозора, в унисон выдохнули, не веря своим глазам. Лусия даже бросилась было вслед за амулетом, но ее удержал Карлос.