Так меж собою они говорят.
Музыка льется рекою, маня
В светлую, звонкую даль сентября.
Чудо здесь есть: танец ветра и звёзд.
Где же он есть этот маленький плес?
Где за собою неслышно маня,
Светлые дали звенят сентября.
«Как властно надо мной играет случай…»
Как властно надо мной играет случай
Смятеньем встреч, непролитостью слез.
Неужто мне случайный мой попутчик
Таким цветком нетленным в сердце врос?
Таким цветком благоуханным, нежным,
Что мне как в яви этот странный сон.
И грусть моя так кротка и безбрежна,
Что я забыть не тороплюсь его.
«Сердца глухие удары…»
Сердца глухие удары,
Как взрывы, хлопки двери.
Секунды слева и справа.
Кто левый и правый, смотри.
И в медленной пытке тая,
Секунды текут, стучат.
Все смешано. Отворяю
Я сердце, никто….
Не стучал.
«Опять открыта всем ветрам…»
Опять открыта всем ветрам
Стою одна, и сердце стынет.
Оставлена в который раз
Без слов, одна под этой синью.
Но мне для горечи моей
Уж, видно, нет на сердце места.
И если так, то уж скорей
Забыть, что были где-то вместе.
В. С.
Купая голос в прядях листопада
И в светлой предвечерней тишине,
Поешь, и чудно – тихая отрада
Вливается из песен в сердце мне.
И снятся мне любовь, замшелость тайны,
Неясные пророчества о нем.
И снится близость к ясной, светлой дали
И к счастью, и к любви, где я и он.
Сумерки
Сумерки падают вместе со снегом.
С каждой минутой темно.
Синее-синее темное небо.
Сосны совсем замело.
Падает снег, и проходят минуты,
И все темней и темней.
Чуть вдалеке то светлее, то смутно
В окнах мерцанье огней.
Белых сугробов большие равнины,
Бледный фонарь, телеграфа столбы.
И на небесной широкой долине
Свет одинокой звезды.
«Еще зима в календаре…»
Еще зима в календаре,
Но в городе весенний воздух.
Вот так бывает в феврале,
С утра, когда погасли звезды.
Проталины крадет асфальт,
Морозом все же чуть отмечен.
И бело-голубую шаль, 
