Марина Весенняя – Обещанная (страница 12)

Поразмыслив, Версалирион принял решение, что, пока женщина гость в его доме, пусть и незваный, в рамках приличия стоит вести беседу на ее родном наречии.

– Пока хозяин разговаривает, ты не должна перебивать. Жди, пока тебе разрешат молвить.

– Какой хозяин? Еще раз – я не чья-либо собственность!

– Душу продала, значит, собственность, – ответил ей демон, пока еще спокойно, но раздражение уже начало закипать в недрах его сердца. Человеческая женщина постоянно отвлекала его, не давая сосредоточиться на ее крови.

– Никому я ничего не продавала, – возмущенно произнесла человеческая девушка, а Алек протянул ей чистый платок, чтобы перевязать рану.

– Алексалион, пусть она замолчит, – тихо предупредил Верс, обращаясь к инкубу на хаосском языке. Может быть, начал думать демон про себя, за долгие годы он все же успел позабыть русский и девушка его не поняла?

Инкуб, недолго думая, просто закрыл девушке рот своей ладонью. Человечка начала возмущенно что-то мычать, но это мелочь. Сейчас Версалирион сосредоточился на воспоминаниях. Когда он успел купить эту душу?

– Конечно, не продавала, – согласился инкуб с девушкой, шепча ей слова на ухо, стараясь не отвлекать Высшего. – Продажа души уже лет триста как из моды вышла. Мы нашли более эффективные способы пополнять свои силы.

И то правда. Прогресс в Хаосе не стоял на месте. Раньше, по молодости, демоны отправлялись на Землю, соблазняли людские умы, чтобы получить разрешение забрать их душу себе. Ведь что есть душа? В первую очередь – чистейшая энергия, заставляющая физическую оболочку жить. А без оболочки эта энергия остается бесхозной. Почти всегда души возвращаются в Нижний мир, куда их забирают Жнецы. Иногда души достаются демонам по контракту. Тогда их яркий свет поглощают. Новый хозяин разрушает оболочку, делая частью себя, становясь при этом сильнее. В отдельных ситуациях можно забрать эту энергию себе без спроса, например, используя ритуалы с жертвоприношением. Если все сделать правильно и быстро, оболочка души разрушится до смерти физического тела. Тогда Жнецам забирать уже нечего, а высвободившуюся энергию удается использовать.

В памяти Верса начали проявляться моменты давно ушедших лет. Сколько уже прошло времени с тех пор? Лет триста – четыреста? Не меньше.

– Мм, теперь я вспомнил, – протянул довольно демон. – Дочь священника. Родная кровь…

– У меня папа автомеханик. И он точно не мог продать мою душу. – Алек не усмотрел за своей спутницей, опустив руку с ее рта.

Видимо, решил, что она успокоилась и не будет больше говорить. Ошибся. Версалирион по его глазам понял, насколько инкуб растерялся. Снова тянет ладонь к девушке, чтобы ее заткнуть. Но в этот раз Верс подал знак, чтобы инкуб остановился, решив снизойти до разговора с девушкой.

– Нет, не твой отец, кто-то старше. Я заключал эту сделку давно. Священник обещал отдать мне душу первой крови женского пола, что появится в его роду. Хитрый был. Попросил у меня силы в обмен на твою душу и использовал ее, чтобы у него в роду девочки не рождались. Какая напрасная трата моего дара. Вместо того чтобы что-то полезное сотворить, почти на четыреста лет испортил здоровье всему роду. И ради чего? Можно же было самому себя в руках держать и единственному ребенку не дать потомства завести. Для этого и магия не нужна, а он на грех пошел. Глупые люди…

– И что вы теперь будете со мной делать? – В воздухе запахло отчаянием и страхом.

Наконец-то Версалирион дождался адекватной реакции от человека. Ему захотелось еще попугать девочку, чтобы она знала, с кем разговаривает. Да и интерес разыгрался не на шутку, что там, на Земле, про демонов думают?

– А что, по-твоему, делают демоны со своей собственностью?

– Любят? – неуверенно произнесла Кенна, тщательно перебрав в голове всякие варианты, которые ей попадались в последнее время в книжках. А вариантов-то нашлось не так много. В отечественной литературе бытовало только две точки зрения по поводу поведения демонов. Тут или пытки с издевательствами, или гарем, а затем большая и светлая любовь. Но не озвучивать же вслух версию про адские муки? «Вдруг еще идей подкину», – здраво рассудила девушка. А вот умудренный жизнью Верс поперхнулся от неожиданности.

– Прости, что ты сказала?

– Ну, я имею в виду, вы же именно женщину себе для сделки просили… А вы, очевидно, мужчина вроде… И значит, будете меня… то есть со мной…

Слова так и застряли у девушки в горле. Темнокожий демон расхохотался.

«Ничего в человеческом мире не меняется, все так же мнят себя центром Вселенной», – с грустью подумал Версалирион. Все-таки он ничуть не жалел, что не покидал Хаос последние полтора века.

– Девочка, мне больше шести сотен лет, я Высший демон с практически безграничными возможностями. А ты простой человек, пусть и приятной наружности, но тем не менее всего лишь человек. Со стандартным набором, кхм, отверстий и скудным количеством конечностей. У тебя нет ни должного опыта, ни выносливости, ни фантазии, чтобы суметь удовлетворить мои потребности как мужчины. Я не какой-нибудь инкуб – прости, Алек – или мальчик, чтобы тратить свое время на таких, как ты.

«Пусть знает свое место», – строго решил Версалирион, не собираясь и дальше продолжать беседу с девочкой. Лучше узнать, чего хотел добиться Алексалион своим «подарком». А человеческая женщина со своей глупостью не вызывала в демоне ничего, кроме жалости к ее безграничной наивности. Это низшим демонам простительно связываться с подобным отребьем. Им питаться чем-то надо, опыт нарабатывать. Хотя все равно есть гораздо более совершенные расы, наделенные хотя бы даром, не говоря уже о культуре. «А люди? Фу… Тупой, тщеславный скот». – Верс с отвращением поморщился, не понимая, что инкуб нашел в этих убогих. Сам себе демон не позволял даже по молодости вступать в подобные связи.

– То есть любви не будет? – с неким облегчением спросила Кенна.

– Любви? Вы, люди, даже не знаете, что такое любовь. Ваше тело слишком слабо, чтобы суметь осознать и ощутить всю полноту этих эмоций. Для вас любовь – набор химических реакций в организме. Добавил гормон – есть чувство, убрал – нету. Мы стоим на другой ступени эволюции и умеем любить. Один раз и на всю жизнь. Мы тратим сотни лет, чтобы найти свои половинки, и остаемся им верны до конца жизни. Для вас, людей, секс и любовь почти не имеют разницы. Так что не стоит говорить о том, чего не знаешь.

– Но раз я вам не нужна, может, отпустите меня? Вы сами сказали, что душами больше не подпитываетесь, а как женщина я вас тоже не устраиваю. Может, расторгнем сделку?

«Какой наглый человек», – еще раз недовольно отметил про себя Верс. Раздражение в груди только больше разгоралось. Беседа ему не нравилась с самого начала. И необходимость и дальше тратить свое время на это…

– Почему не нужна? Душа все равно несет силу, которую я могу поглотить, – прошипел он сквозь плотно сжатые зубы. Радуясь, что человечка все-таки начала чувствовать себя некомфортно, а в малом зале наконец разносился аромат страха, которого достоин по отношению к себе Высший демон.

– Версалирион, отдай ее мне, – попросил Алек, перебивая Высшего демона. – Из-за твоей печати на нее не действуют мои чары. По своей воле она не согласна. На время – все равно, пока она жива, ты не заберешь ее душу. А я через неделю-другую наиграюсь и верну.

– Вы в своем уме? – возмутилась девушка, вырываясь из объятий инкуба и делая несколько шагов в сторону, пока Алек не остановил ее своим хвостом. Видимо, для человека этого оказалось достаточно, чтобы переступить грань между обычным испугом и панической истерикой. Но откуда Высший демон мог это знать? Человеческая психика такая хрупкая и неустойчивая. – Я не вещь, чтобы меня дарить или одалживать. Я живой человек! – сказала она, будто этот факт имел какую-то ценность для обитателей Хаоса. – Один древний старик свою постельную беспомощность скрывает историями про истинную любовь, еще и меня с грязью смешал. Второй похоть никак унять не может. Версали… Тьфу, язык сломаешь, пока выговоришь. Верс! Если я для вас просто вещь со стандартным набором отверстий, что ж вот этот рогатый от меня никак не отлипнет? Читала я про демонов, вам бы только человеческую девушку трахнуть! Так что нечего про меня тут наговаривать, что я в постели бревно, если у самого ни на что сил нет!

– Ты что, бессмертная, что ли? – гневно прорычал Версалирион, ушам не веря, что эта женщина сейчас осмелилась не просто подумать такое о детях Хаоса, но и высказать вслух. Инстинкт самосохранения у этой идиотки определенно отсутствовал. Судя по тягучему аромату отчаяния, девушка успешно переступила грань нервного истощения. Но это не повод Высшего демона оскорблять или тем более повышать на него голос. В Хаосе и за меньшее убивают.

– Вообще-то да! – воскликнула Кенна, гордо скрещивая руки на груди. Подозрительно, но место страха моментально заняло ощущение спокойствия и удовлетворения.

Версалирион перевел взгляд на инкуба, вопросительно поднимая брови вверх.

– Это правда. Я сам пытался один раз ее убить. – Инкуб бросил короткий взгляд на свою спутницу и добавил: – Случайно. А она жива.

Человечка продолжала что-то возмущенно тараторить, все больше вызывая гнев Высшего демона.