Марина Ушакова – Воины Игры 4. Сын Императрицы (страница 10)

– Мы идём дальше. Мы даровали им свою смерть. Пусть примут Жизнь. – Соприаны переглянулись и, едва передвигая старческие ложноноги, направились на север, время от времени снимая адаптивные маски и выдыхая своё опасное дыхание на растения, камни и просто в ветер, наслаждаясь расползающимся за ними шлейфом бесформенных и быстро растущих фантасмагорических фигур. Они ощущали счастье от выполненного долга. Их мир будет ими гордиться. Их имена впишут в камни славы. Они несут Жизнь на полупустой Войор. Они не пожалели своего драгоценного дыхания для нищих движением войори.

– Мы нашли Сердце Войора.

– О, прекрасно.

– Оно мертво.

– О, прекрасно. Мы вдохнем в него Жизнь!

– Мы вдохнем в него Жизнь!

Соприаны окружили хрустальную гору. Сквозь её чистые прозрачные стены просвечивалось ложе синего цветка Сердца. Соприан не волновало, что они стоят на пороге параллельного пространства. Один шаг, и они замерли над давно остывшей и погасшей глубиной Сердца с умиленными улыбками. Их искусственные руки, пристёгнутые к влажным и скользким телам, потянулись к маскам. Глаза сверкали счастьем и безграничной радостью, а тела заволновались звездчатыми мурашками удовольствия.

Сиффира приготовилась к прыжку. Шише отвернулся, разглядывая отвлекающего его гирда с противоположной стороны. Ещё мгновение и волчица бесшумно прыгнула вперёд, вцепилась острыми когтями в шею зверя. Её клыки с наслаждением пробили мягкую кожу. По губам и шее потекла тёплая кровь. Шише рванулся в сторону, но тут же рухнул, прижатый лапой оголодавшего гирда. Сиффира быстро насытилась и отошла в сторону, давая возможность гирду доесть добычу. Некоторое время волчица смаковала вкус крови. Внезапно её глаза остановились на стволе урханцириуса. Урханцириусы не двигались с тех пор, как застыло Сердце планеты, и лишь изредка прибивали неосторожного свифта корнями. Дерево вздрогнуло. Под его полупрозрачной корой шевельнулись светящиеся синие огоньки.

– Теха, ко мне! – Сиффира начала отступать, призывая гирда и настороженно наблюдая за хищным деревом.

Внезапно корни дерева взмыли вверх и с оглушительным свистом врезались в спину гирда, разрубив его тело пополам. Сиффира едва успела увернуться от мощных ударов со всех сторон и бросилась прочь из леса. Прыгнув одним рывком на пески пустыни, волчица быстро поползла дальше, оглядываясь на взрывающийся песок за её спиной. Миновав границы леса, мохванка осталась неподвижно лежать, чтобы отдышаться; смотрела в изумлении на взбесившиеся деревья. Неожиданно прямо на неё выскочило стадо свифтов и шише. Звери, оглашая пустыню испуганными криками и рёвом, выбрасывались в пески, как только что сделала волчица. Лес наполнился оглушительными свистом, ударами и предсмертными криками животных.

Закрыв голову руками, волчица включила связь с мужем, передавая всю информацию.

– Маджрай, ты видишь это?

– Да. Скоро буду. Две минуты. Выдержишь? Отойди подальше от леса. На сканерах видны тысячи животных, движущихся в твою сторону. Ты находишься у границы леса, это опасно. Испуганные звери могут покалечить тебя. Кстати, пробудившиеся урханцириусы, поедая животных в очень скором будущем начнут плодоносить. Я приведу воинов, возможно, удастся вернуть для войори необходимую численность урханов и восстановить контакт, потерянный за две сотни лет назад.

– Маджрай, я не могу подняться. Они сметут меня. Ты хоть понимаешь, что это значит?! – волчица едва увернулась от когтистой лапы свифта.

– Не совсем.

– Сердце Войора ожило! Я чувствую его биение! Только бьётся нездорово, как у бегущего человека. Биение ускоряется, дробится и частит!

– Я тоже теперь чувствую. Сейчас передам данные в лабораторию. Учёные проведут мониторинг биения и определят состояние. Я уже рядом. Тринадцать секунд. Ты не покинула опасную зону. Пригни и закрой голову и спину щитом. Пять секунд.

Сиффира вжалась в песок и, чуть приподняв голову, увидела прыгающие песчинки. Дробь Сердца и топот бегущих зверей разносился низкочастотными волнами, вызывая неконтролируемые приступы ужаса и паники. Ближайшие урханцириусы поднялись, вырванные с корнем в воздух – это испуганные свифты в панике сносили молодую поросль, затаптывали своих более слабых сородичей и неслись сплошной стеной на волчицу. В следующее мгновение некая сила вырвала мохванку из песка и подняла над проносящимся обезумевшим стадом. Императрица не могла оторвать расширенных глаз от сплошной, ревущей серой массы под собой. Никакой щит не защитил бы её от травм.

Маджрай крепко прижал к себе жену и развернул гравимодуль.

– Успел, – в его голосе Сиффира услышала облегчение, нежность и радость. Сиффира, скрывая счастливую улыбку, прижалась к широкой груди мужа. Она больше не одна.

3. Иззоди, боясь пошевелиться, стоял и смотрел вверх. Ветви ллояра двигались слишком активно, не позволяя главному жрецу пройти по тропе к храму. Роща исполинских ллояров, выросшая на храмовой территории, ранее не мешала людям и каменным скирам передвигаться по тропам. Рассматривая лохматые чёрные ветви, жрец разглядел небольшие образования на концах. В летописях сказано, что во времена Огли ллояры роняли с ветвей каменные, эллипсоидной формы зёрна, пробивая песок и оставляя глубокие кратеры. Несколько таких зерен до сих пор хранятся в библиотеке. Многие исследователи пытались разгадать загадку ллоярских семян. Они не прорастают и не раскалываются. Деревья плодятся корневой системой. Возможно, жрецы что-то недоглядели. Зачем этим исполинам семена?

Заметив возникший просвет, жрец кинулся к храму, уворачиваясь от мечущихся ветвей. Он бегом спустился в подземелье и направился в библиотеку, хранящую зёрна ллояров. Очень тяжёлое зерно нироскир, привыкший передвигать огромные камни с трудом сдвинул с места, чтобы подогнать его к аппаратуре. Мохванские программы тестирования, недавно обновлённые Сиффирой и Маджраем, сейчас придутся очень кстати.

Иззоди положил на поверхность зерна считывающий щуп и включил компьютер. Голограммные экраны загорелись. Жрец сел в кресло, наблюдая за процессом инициации сканеров. Первые данные озадачили жреца: кажущийся весьма прочным, эллипсоид ллояра оказался заполнен газом под колоссальным давлением. Именно сочетание этого плотного газа и внутренней оболочки зерна делало его столь тяжёлым. Для того чтобы изучить состав газа нужно вскрыть зерно. Как это сделать? Иззоди задал директиву на поиск безопасного способа вскрытия зерна. Реанимационная капсула может сдержать взрыв, последующий за вскрытием. Итак, облучение гамма-лучами откроет зерно. Отлично.

Жрец вызвал команду мохванских учёных и с их помощью перенёс зерно в реанимационную капсулу. Пока он обкладывал тяжёлый эллипсоид щупами, датчиками и химическими сверхскоростными адсорбентами, чтобы снизить давление на внутренние стенки капсулы при вскрытии, в лабораторию вошла Леффия и остановилась позади, с любопытством наблюдая работу учёных.

Иззоди закрыл купол капсулы, выпроводил свою команду из лаборатории и включил все адсорбенты и анализаторы. Операция продлится по расчётам программы всего две секунды. Взрыв, погашенный адсорбентами, заполнит все ёмкости считывающих щупов. Далее сработает аннигиляция газа, и капсула будет полностью очищена от следов зерна.

Жрец ещё раз проверил готовность компьютеров, не замечая стоящую за его спиной королеву. Леффия в момент включения гамма-излучателя склонилась над капсулой, разглядывая сквозь купол процесс вскрытия зерна. Мощнейший взрыв сотряс здание храма, вспугнув стаи птиц, поселившихся на его шпилях. Реанимационная капсула, заполненная адсорбентами, не выдержала давления. Её купол разлетелся острыми осколками во все стороны, выбивая глубокие трещины и рваные борозды на каменных стенах зала. Остаточный газ зерна мгновенно заполнил помещение. Продолжающий работать излучатель спустя несколько секунд надрывно вскипел и взорвался, мгновенно покрывшись плёнкой окислов. По стенам густо потекли вязкие жидкометаллические капли, просачиваясь в каждую щель и растворяя камни и металлы.

Иззоди вскрикнул от боли, ощутив, как несколько ядовитых каплей попали на кожу ног. Подняв голову, жрец увидел край каласириса и рассыпанные бусины ускха. Кто здесь был кроме него?! Жрец с трудом поднялся на ноги, чувствуя, как его кремниевые ноги хрустят под воздействием испаряющихся окислов газа. Кожа на конечностях с хрустом отваливалась тонкими пластами, обнажая розоватую плоть, ставшую мягкой и болезненной. Не обращая внимания на нестерпимую боль от ядовитого газа, разъедающего его тело, жрец обогнул разрушенную капсулу и испуганно застыл над окровавленным телом королевы Леффии. Нет времени предаваться эмоциям! Иззоди подхватил тело женщины, сочащееся каплями жидкого металла и льющейся кровью из глубоких ран, быстро положил в соседнюю, чудом уцелевшую капсулу. Захлопнул купол и включил все программы реанимации, поддержания жизни и лечения. Жрец попытался покинуть ставшую опасной лабораторию, включая на ходу автономные адсорбенты, систему очистки воздуха и сирену химического заражения. Но дойдя до полотна весей замертво рухнул. Спустя несколько минут в лабораторию ворвались мохванские учёные в костюмах защиты. Исследовав последствия взрыва, мохваны вынесли в соседнюю лабораторию капсулу с Леффией и тело погибшего нироскира. В лаборатории остался Маджрай. Его руки тряслись, когда он последовательно запускал все дополнительные системы очистки. Костюм химической защиты расползался на глазах от воздействия газа. Волк схватил информноситель, на который записывался весь процесс вскрытия зерна ллояра и, сбрасывая на ходу костюм, пропитавшийся ядовитыми жидкометаллическими испарениями, выскочил в коридоры и включил консервацию зала, в котором произошла трагедия.