Марина Ушакова – Покажи свою Истину (страница 4)

– Никого. Чисто, – последовал ответ.

– И ты снова не улавливаешь никакой вибрации? Ты не видел, когда и кто его нам вернул?!

Некоторое время робот молчал. Затем заскрипел и выдал:

– Есть вероятность, что мои программы дали сбой. А у вас галлюцинации. Рекомендую…

– Заткнись уже, – внезапно разозлилась Лана и, подойдя к кузовку, проверила его содержимое. Всё на месте. Скорость КИСПа во время побега была более ста восьмидесяти километров в час. Получается, что эти существа двигаются с такой же скоростью? Как они сумели так быстро догнать её и ещё и с грузом? Кузовок с батареями весит больше двухсот килограмм!

«Мельтешение» внезапно исчезло. Это было столь резко, что Лану оглушила тишина. Она аккуратно осмотрелась по сторонам, пытаясь понять причину столь внезапной тишины. Лес тоже словно онемел. Из кратера не доносилось ни звука. И исчезла упаковка от вчерашнего ужина.

– Стайл, включи свои чёртовы сканеры на все возможные частоты, или что там у тебя есть. Что-то не так.

– Принял. Всё живое в пределах сорока километров покидает зону предстоящего удара отряда зачистки. Через несколько минут через наш лагерь пройдёт огромное стадо местной фауны. Нас может настигнуть эхо ударной волны. Нужно найти укрытие. Срочно.

– Ищи, – махнула рукой Лана и присела на край кузовка, оглядываясь на тёмную полосу леса на фоне тяжёлых, тёмно-синих туч, заслоняющих светило. Эхо ударной волны будет погашено плотной стеной джунглей. Стайл по неизвестным причинам больше придавал значение событиям, которые в действительности не способны нанести реальный вред человеку. А вот стадо животных является серьёзной угрозой. Теперь Лана была уверена, что аколит пострадал во время падения. Он не исправен: неверно расставляет приоритеты и не увидел тех, кто вернул кузовок.

Здесь нет места для укрытия. А робот ничего пока не нашёл.

Стайл в гарнитуре скрипел, лихорадочно отыскивая возможное убежище. Но всё было напрасно. Бежать некуда. КИСП не наберёт достаточную скорость, чтобы уйти с пути следования стада. Но имеет ли он право сообщать о безнадёжной ситуации своей протеже?

Лана медленно поднялась. Она смотрела в кратер, через дно которого на неё стремительно надвигалась чёрная гигантская волна неведомых существ плохо изученной планеты. Она растекалась, словно пролитое кофе, становясь чуть более разреженным. Но плотность всё равно была сокрушительной. Масса в сумеречном свете наступающей ночи выглядела настолько ужасающей, что женщина начала задыхаться от страха, глядя на явление немигающим взглядом. От стада доносились жуткие звуки грохота, словно друг о друга бились гигантские и крепкие пластиковые панели.

– Боже, что это?! Кто это?! Ты нашёл убежище?

– Его нет, Лана. Сожалею. Готовьтесь к обороне. Используйте КИСП для укрытия и упора во время стрельбы.

Какое оружие кроме пулемёта-костореза справится с тем, что на неё надвигается?! С этой живой, шевелящейся чернотой в сумраке назревающей непогоды, надвигалось и «мельтешение», пропитанное страхом! Они боятся! Они чувствуют, что там, откуда они бегут, скоро будет ад. Их гонит только желание выжить!

Только пулёмёт… Но им тоже страшно. Нельзя стрелять по живым созданиям… Рука не поднимется… Но если не поднять пулемёты, её сметут, затопчут.

– Стайл, я видела в оборудовании КИСПа два навеса с пулемётами. Активируй их для моей защиты!

– Нет патронов, – отрезал аколит.

– Как это нет патронов?

Лана осталась стоять на месте в полной растерянности и больше не реагировала на призыв Стайла занять оборону и поднять дуло автомата на ревущую массу ужаса, надвигающуюся на лагерь с неимоверной скоростью. И, вот, лавина теней, лавина «мельтешения» сравнялась с женщиной, обтекая её со всех сторон, касаясь её своим изумлением и растерянностью.

«Мама, а мы домой вернёмся?», «Да, конечно, сразу же», «Они сожгут все наши запасы!», «Ничего страшного, наберём ещё. Время есть», «Они разрушат границы!», «Терпите. Разрушенные границы недолго будут болеть», «А-а! Границы! Они их жгут!!! Мне больно!», «Смотрите, промежуточное создание! Оно живое! Шевелится, дышит, смотрит на нас!».

Лана продолжала стоять и захлёбывалась чужой болью. Там, вдалеке поднялись грибы взрывов, а лавина тел, обтекающая её, но настойчиво продолжающая углубляться в лес, корчилась от боли и выла «мельтешением».

Не выдержав боли неизвестных существ, Лана сделала шаг навстречу одной из тени и обняла её, разворачиваясь и закрывая собой от взрывной волны, слабо, но ощутимо настигшей отступающих. Вместе с кем-то она упала на колени, продолжая бережно обнимать холодное, покрытое мягкой чешуёй дрожащее от боли и страха крупное тело. Но со стороны это выглядело так, словно это она искала защиты и утешения у гигантского инопланетного монстра, который в недоумении застыл, позволив развернуть себя.

– Не бойся. Я рядом.

Вокруг поднялась стена удивления. Эта стена замерла, изучая женщину.

«Мама, что это такое?»

«Не знаю. Но оно не ведает границ. Оно не из нашей семьи. Чужое. Оно похоже на тех, кто убивает наши границы. Внешне похоже. А Истина у неё другая, почти как у нас. Это промежуточное создание, ищущее развитие и не находящее его. Идём, не стоит смешивать своё слово с этим существом. Оно маленькое и глупое».

«И правда, глупое! Оно коснулось проклятого! Оно теперь умрёт? Да?»

«Здесь ведь много лекарств. Оно сможет вылечиться самостоятельно, без нашей помощи. А если оно неразумно, то погибнет».

За краем горизонта поднимались огненные столбы огня. Земля стонала от взрывов. Горел где-то далеко лес, из которого продолжали бежать представители местной фауны. Как их много!

И сквозь голову, сквозь мысли женщины рвалась волна боли, страдания, ужаса; волна беспросветного отчаяния, щемящего ощущения потери дома. Да, это всё исходит от этих странных существ, которых Лана никак не могла рассмотреть в сером и густом, туманном сумраке. Но боль потери родных и дома её задела за живое. Лана заплакала, сопереживая и сострадая. И некто огромный наблюдал её слёзы, внимал им с изумлением, стоя рядом.

– Лана! Лана!!!

Женщина вздрогнула и медленно подняла голову, сощурилась от яркого света. Утро?

Она стояла на коленях у края кратера.

– Стайл, что произошло?

Лана начала с трудом подниматься. Затёкшие ноги не слушались.

– Пока ты спала, мимо лагеря прошло стадо местных существ. Идентифицировать их не удалось. Позже ты вышла из убежища и встала на колени. Я несколько часов пытался разбудить тебя.

Лана кивнула, тяжело поднялась и, разминая конечности и потягиваясь, как после длительного сна; рассеянно поинтересовалась о зачистке, размышляя о поломке Стайла.

– Да, была. Войскам удалось эвакуировать всех, кто уцелел и был в зоне флагмана. Они не удосужились проверить данные главного аколита на наличие связи с оставшимися и, возможно, выжившими членами экипажа, хотя главный аколит подавал сигнал, способный отыскать и сбросить войскам поддержки координаты выживших, где бы они ни находились на этой планете. Он не способен видеть только те сигналы, что могли попасть в условия электромагнитных возмущений. Войска поддержки могли найти, эвакуировать тебя и остальных, не попавших в нейронную сеть флагмана, но не сделали этого. Не понимаю, что произошло. Мне жаль, Лана. Флагман уничтожен.

– Что же мне делать?

Лана настороженно оглядывалась по сторонам, покосилась на «Молот», где пряталась монетка голосового помощника. Никак в голове не укладывалась выданная роботом информация о том, что она спала в домике. Она же не спала! Она встречала отступающих существ, и даже обняла одного из них. Это точно был не сон. Тогда зачем Стайл лжёт?! Что с ней случилось? Почему она очнулась, стоящей на коленях, будто её одним нажатием кнопки отключили от сети местной природы, от её собственного организма?

– Для начала нужно провести диагностику твоего состояния. Ты вела себя нетипично. Это может быть результатом стресса или недостатка воды…

– Позже, Стайл. Мне любопытно понять, зачем ты солгал мне. Объяснись, Стайл. Это ведь ты ведёшь себя нетипично. Согласен?

– Нет. Я не лгу. Ты простояла ночь на коленях, пропуская мимо себя местных существ…

Лана застонала и с силой ударила кулаком по панели мотоцикла, заставив задрожать изображение на мониторе.

– Хватит лгать, Стайл! Зачем? Ты видел, что я прикасалась к местному обитателю, но молчишь об этом, приписывая мне неадекватное поведение! Я не вышла из ума!

Стайл промолчал. Минута, две. Тишина. Точно солгал. Но с какой целью?

– Ладно. Лучше расскажи, сумел ли ты что-нибудь услышать, когда мимо лагеря проходила волна аборигенов?

– Нет, Лана. Ни звука. Не обнаружена даже вибрация шагов по поверхности почвы.

– Вот как? А как же грохот их хитиновых или что там у них на телах гремело? И видел что-нибудь? Использовал встроенные в шлем скафандра фильтры?

Стайл снова не ответил, подозрительно поскрипывая в гарнитуре.

– Стайл? Ты слышишь меня? Эй, ты оглох?

Похоже, аколиту конец. Лана огляделась по сторонам, бросила на землю капор с кузовка и села на него, открывая банку с едой. Теперь она начала понимать, что на Альпине вряд ли есть реальная угроза жизни. Её могут создать только земляне. У аборигенов нет цели уничтожать прибывших людей. Они больше озабочены сохранением своих странных границ. Для них границы – приоритетный, вероятно, жизненно важный фактор, напрямую связанный с выживанием вида. Если Стайл не сообразит, как собрать информацию, проанализировать её и сделать верные выводы, то до прибытия следующей экспедиции он бесполезен.