Марина Цветаева – Мне нравится, что Вы больны не мной… (сборник) (страница 40)

Шрифт

Уже прозвеневший смех… Я так и застыла взглядом: Волос рыжеватый мех, И кто-то высокий – рядом! Вы были уже с другой, С ней путь открывали санный, С желанной и дорогой, – Сильнее, чем я – желанной. – Oh, je n’en puis plus, j’étouffe![14] – Вы крикнули во весь голос, Размашисто запахнув На ней меховую полость. Мир – весел и вечер лих! Из муфты летят покупки… Так мчались Вы в снежный вихрь, Взор к взору и шубка к шубке. И был жесточайший бунт, И снег осыпался бело. Я около двух секунд – Не более – вслед глядела. И гладила длинный ворс На шубке своей – без гнева. Ваш маленький Кай замерз, О Снежная Королева. Ночью над кофейной гущей Плачет, глядя на Восток. Рот невинен и распущен, Как чудовищный цветок. Скоро месяц – юн и тонок – Сменит алую зарю. Сколько я тебе гребенок И колечек подарю! Юный месяц между веток Никого не устерег. Сколько подарю браслеток, И цепочек, и серег! Как из-под тяжелой гривы Блещут яркие зрачки! Спутники твои ревнивы? – Кони кровные легки! Как весело сиял снежинками Ваш – серый, мой – соболий мех, Как по рождественскому рынку мы Искали ленты ярче всех. Как розовыми и несладкими Я вафлями объелась – шесть! Как всеми рыжими лошадками Я умилялась в Вашу честь. Как рыжие поддевки – парусом, Божась, сбывали нам тряпье, Как на чудных московских барышень Дивилось глупое бабье. Как в час, когда народ расходится, Мы нехотя вошли в собор, Как на старинной Богородице Вы приостановили взор. Как этот лик с очами хмурыми Был благостен и изможден В киоте с круглыми амурами Елисаветинских времен. Как руку Вы мою оставили, Сказав: «О, я ее хочу!» С какою бережностью вставили В подсвечник – желтую свечу… – О, светская, с кольцом опаловым

39 40 41 42 Вперед