– Я приказал отправить к Лютейному полю двоих наших стражей.
– Всего двоих! – процедил я. – Вы в своем уме? Немедленно вышлите туда подкрепление! Весь Неварбург в опасности!
– Но, комендант, мы оставим Благой Дом без должного наблюдения…
– Немедленно! Деструкты за решётками, куда они денутся? В то время как у ямы скверны нужна вся мощь инквизиторов!
– Но доктрина запрещает нам ослаблять защиту…
Договорить он не успел, потому что в холл влетел молодой страж, за ним еще трое инквизиторов.
– Комендант Хорк! Инквизитор Лармитт! Срочное сообщение!
– Да говори же, Ален! Что еще случилось?
– Небо, инквизитор Лармитт! Небо над площадью святого Луки, у самого дворца. Небо загорелось!
Я уловил вдох Нейла, но не позволил себе посмотреть на деструкта, стоящего с низко опущенной головой.
– Загорелось небо? Что ты несешь?
– Ну то есть… не само небо, конечно. А бумажные фонарики, которые там запускали. Вспыхнули факелами, разбрызгивая горящую смолу и бумагу! Там все полыхает! Миротворцы не справляются с паникой и низкими вибрациями, на площади слишком много людей! Запрашивают подкрепление!
– Император в опасности! – рявкнул я. Нейл от неожиданности подпрыгнул и едва не выпустил Брэдди. – Приказываю всем инквизиторам Благого Дома немедленно выдвинуться на помощь его императорскому величеству и принцу Юстису!
– Всем? – опешил Лармитт.
– Ален останется, – ткнул я в ошеломленного гонца. – И постовые у ворот. Остальным – устремиться на помощь монаршей семье и горожанам! Я присоединюсь к вам, как только запру в клетке этого ренегата. – И видя, что инквизиторы колеблются, посмотрел каждому в глаза и добавил с яростью: – Выполнять! Или ждете, когда вам прикажет сам император Константин?
– Слушаюсь, комендант Хорк!
Ален вытянулся в струнку, Лармитт коротко кивнул и вышел. За дверью тут же раздались выкрики, приказы и топот инквизиторских сапог. Я едва сдержал дрожь радостного возбуждения и увидел, как заблестели глаза Нейла. Неужели наши уловки сработали? Неужели получилось? Хотя радоваться было рано, я все еще не нашел ни Ирму, ни сестру.
– Ален, – кивнул я застывшему парню. На его правом рукаве краснела лишь одна полоса, а значит, этот инквизитор лишь недавно получил красный аксельбант и перестал быть адептом. – Проводи меня к заключенным. Поторопись!
За окнами выли сирены отъезжающих инквизиторских машин, лязгали ворота. Вслед за Аленом мы с Нейлом прошли широким коридором, свернули раз, другой. Благой Дом внутри казался притаившимся зверем.
Словно в ответ на мои мысли, где-то раздался жуткий, нечеловеческий вой – и Нейл дернулся.
– Что это такое?
Ален нахмурился и пожал плечами.
– Сейчас же проверю, комендант, – сказал он, доставая тонкую пластинку-ключ и отпирая ею дверь. – Допросная. Вы ведь хотели привести деструкта сюда, ведь так, инквизитор Хорк?
– Точно, – хрипло ответил я. – Думаю, этот ренегат повинен в поджоге сотни бумажных фонариков и именно из-за него небо над площадью загорелось. Этот ключ отпирает все двери, так?
– Ну да… Почему вы спрашиваете? У вас ведь есть ваш собственный…
Нейл поднял руки и огрел Алена по голове железными браслетами. Но вопреки ожиданиям, тот не упал, а лишь качнулся и удивленно заморгал. А потом открыл рот и… Мой кулак врезался ему под дых, второй – в скулу. Ален треснулся головой о стену и затих.
– Отличный удар, – проворчал Нейл, снимая кандалы. – Где научился?
– У меня всестороннее образование. – Я торопливо ткнул ключом-пластиной, открывая ближайшую дверь.
Нейл одобрительно присвистнул и ввалился в открытую комнату-камеру. Я окинул быстрым взглядом узкие койки, заправленные темными одеялами. Находящиеся внутри деструкты испуганно вскочили.
– Я ищу двух девушек. Одна высокая и худая, с черной косой и шрамами на лице. Возможно, она носит костяную маску. Вторая седая и в вуали. Вы их видели? Знаете, где они? Говорите!
Но деструкты лишь испуганно жались к стене, не отвечая. Ближайший шарахнулся в сторону и торопливо покачал головой.
– Нас привезли лишь вчера, мы никого не видели, господин инквизитор…
Я с досадой выхватил ключ и начал открывать все двери на этаже. Парни, девушки, подростки… В Благом Доме держали несколько десятков деструктов! Но где же мои родные?
– Надо проверить следующий этаж! – крикнул я, бросаясь к лестнице. Где-то внутри здания снова завыло, кто-то заорал. – Скорее!
Несколько деструктов сообразили, что их дверь осталась открытой и несмело вышли в коридор. А потом понеслись к выходу, топая и толкаясь. Под потолком замигали желтые светильники и заверещали низкочастотные датчики.
Снова завыло…
Я взлетел на второй этаж. Коридор здесь вился кирпичной змеей. Сунул ключ в замок и… ничего. Я с недоумением посмотрел на пластинку. Сломалась она, что ли?
– Это особое отделение. – Негромкий голос инквизитора Лармитта заставил меня обернуться. – Здесь нужен другой ключ. У настоящего коменданта он был. А вот у фальшивого, похоже, нет.
Я смерил мужчину высокомерным взглядом.
– Что вы несете, инквизитор Лармитт? И почему вы еще здесь? Императору нужна помощь Святого Воинства. Немедленно покиньте Благой Дом и выполните приказ!
– Как только вы назовете мое имя, комендант, – сказал страж. – Вы ведь помните его, не так ли?
Я сжал в кулаке тонкую платину ключа, понимая, что попался. Каким-то образом этот человек догадался о подделке.
– Вижу, что не ошибся… Ведь с настоящим комендантом мы служили бок о бок десяток лет. Похоже, стоит представиться. Секратор Святого Воинства, инквизитор Андрэ Лармитт.
Я сжал зубы. Секратор? Проклятие…
Лармитт усмехнулся, делая ко мне шаг.
– А знаешь, я ведь ушел, как и все. Поверил. Даже выехал за ворота. Но так торопился выполнить твой приказ, что даже не закрыл их. А ведь со мной никогда подобного не случалось. Удивительная сила буквально гнала меня прочь, заставляя покинуть Благой Дом и убраться как можно дальше. И лишь удивление от своей забывчивости вынудило остановиться и вернуться к воротам. Через силу. Словно все во мне противилось этому… Но я вернулся. И начал думать. Знаешь, я привык доверять своему чутью…. Два отвлекающих фактора: люди, бредущие к яме скверны, и загоревшиеся фонари на празднике. Два места, удаленные от Благого дома и требующие внимания инквизиции. Умно. Но не для того, кто служил на границе с Равилоном и уже двадцать лет ловит деструктов. Так кто ты такой? И за кем пришел сюда?
Инквизитор склонил голову, внимательно всматриваясь в мое лицо. Нахмурился.
– Неужели? Неужели – он? Тот самый разрушитель? Неужели мне так повезло?
Я сделал шаг и ударил. И снова. И еще. Быстро и сильно, не давая Лармитту опомниться. Но третий удар попал в пустоту, секратор просто испарился. И возник уже за моей спиной. Его удар отбросил меня к стене с такой силой, что я услышал хруст своих ребер.
Страж ухмыльнулся.
– Думал, все будет так просто? Что можно прийти в Благой Дом и забрать отсюда деструктов? Ладно, признаю, план был неплох. И твоя Маска – тоже. С фонариками все понятно – жидкие парафины, смолы, спирт… Не знаю, что ты там намешал, но загорелось здорово. Но как ты заставил десяток людей отправиться к яме скверны, на проклятую Безголовую Площадь? Вот это действительно интересно.
Его кулак впечатался в мою голову. Почти. Потому что я успел откатиться и вскочить, не обращая внимания на ноющие ребра. Запястье с браслетом обожгло…
– Я их попросил, – сказал я, копируя ухмылку инквизитора.
– И они послушались?
– Да.
– Значит, попросил, – взлетели вверх косматые брови секратора. Он снова ударил, и я упал, больно врезавшись коленями в доски пола. Фигура инквизитора заслонила свет. А когда он наклонился добить, я схватил его за руку. Вскинул голову и посмотрел в водянистые блеклые глаза.
– Просто попросил. Как и тебя. Не дыши, Андрэ Лармитт.
Мужчина замер. Его блеклые глаза расширились, руки потянулись к горлу, дергая жесткий воротник мундира и царапая кожу. Под манжетой блеснула белая нейропанель. Вряд ли у меня много времени. Значит, надо обезвредить секратора раньше, чем он сбросит мой приказ. Но у меня не было эфира, не было веревки… Ничего, что могло остановить инквизитора, который сделает все, чтобы остановить меня.
Хотя у меня был нож. И пистолет. И способ навсегда избавиться от Андрэ Лармитта. Оставить его на полу Благого Дома и успеть найти пленниц прежде, чем сюда нагрянут остальные. Что-то внутри твердило, что так и надо сделать. Что это лучший способ избежать неприятностей. Что нельзя оставлять за спиной такого противника… Секраторы – особая часть Святого Воинства: бывалые вояки, опытные инквизиторы, обладающие впечатляющими способностями и боевыми заслугами. Я уже видел, как быстро Лармитт двигается, а каждый его удар дробил мои кости. Запястье с браслетом жгло, когда панель пыталась восстановить мое тело.
И все же я медлил.
Неприятие насилия вбивалось в меня годами. Догмы семинарии вплавлены в мой разум и в кости, а убийство – самый страшный, самый непростительный грех.
Я не мог убить инквизитора. Я не мог пойти на убийство. Все внутри протестовало против этого.
Я не мог убить.
В отличие от самого Лармитта.
Потому что пока я сомневался, секратор выхватил из кобуры пистолет и выстрелил. Раз, другой!
