Марина Суржевская – Отражение не меня. Сердце Оххарона (страница 11)
Чер Лерой, Светлый магистр Искры и несчастный отец бросился к замковой стене, когда маленькая фигурка начала падать. Он бежал и не слышал собственного крика, бежал, отчаянно пытаясь дотянуться до силы, сотворить хоть что-то, способное замедлить это неотвратимое падение. Что-то, что подарит крылья маленькому тельцу, отчаянно размахивающему руками. Что-то, что повернет время вспять и остановит неизбежность.
Девочка упала на камни двора с ужасающим звуком.
Чер Лероя оттащила равнодушная стража и связала мага. Он смутно помнил, как пытался отбиться, вырваться, убить… Но его магия спала, а стражей было слишком много.
Связанного магистра кинули у арки, хорошенько приложив затылком о булыжники брусчатки. Шариссар наблюдал происходящее совершенно безучастно, его темные глаза смотрели на все беснования магистра спокойно и даже равнодушно. Он кивнул своим стражам и шагнул к дрожащей пелене перехода.
– Я убью тебя, – голос магистра прозвучал сипло, он сорвал голос от крика. И спокойно. Так, как звучит голос человека, который все потерял. – Клянусь, что убью.
– Попытайтесь, магистр, – холодно отозвался Шариссар.
Глава 5
Лиария была в золотом.
Хотя правильнее было бы сказать, что она была золотом. Ее лицо покрывала золотая краска – губы, веки, скулы. Ресницы блестели от золотой пыли. Белые волосы укрывала плотная сеть из тончайшей золотой нити. И платье – жидкое золото, струящееся по совершенному телу, стекающее на черные плиты пола и оставляющее на них мерцающие драгоценные капли.
Королева была само совершенство.
Совет в полном составе поднялся, когда темнейшая вошла в огромные арочные двери зала. Здесь не было ничего, кроме древнего куска первозданной скалы, поставленной вместо стола, высоких окон и двух каминов в противоположных концах зала. Тринадцать членов Совета склонились перед королевой, приветствуя, и темнейшая приблизилась к трону, стоящему у первозданного камня. Золотая пыль плыла за ней искрящимся шлейфом. Обвела взглядом присутствующих и остановила взгляд на Шариссаре.
– Рада видеть Совет в полном составе, – в ее голосе скользнула насмешка. – Надеюсь, ты вернулся с хорошими новостями, дарей-ран Шариссар Даметхар, Высший паладин Мрака?
– Думаю, мои новости понравятся вам, Ваше Темнейшее Величество, – паладин шагнул вперед. – Искра Пятиземелья уничтожена.
Ряд советников заволновался, задвигался.
– Светлой силы пока еще слишком много в Пятиземелье, – продолжил Шариссар, – но смещение реальности уже началось. Думаю, мы все чувствуем это. С каждым днем наши миры будут все ближе друг к другу. Приоритет силы и магии позволит нам укрепиться в мире Искры и завоевать Пятиземелье. Войска Мрака готовы к нападению в любой момент, Ваше Величество. Светлые не отдадут свой мир без боя, но без Искры их шансы на победу ничтожны. Их земли станут для нас источником ресурсов, крови и рабов на долгие века. При разумном их использовании Пятиземелья хватит на тысячелетие, – он сделал паузу, не отрывая взгляда от лица королевы. – Теперь, когда Искра уничтожена, Темным магам хватит Черной силы, чтобы удержать миры от полного слияния и установить односторонний пространственный переход в Пятиземелье. Переход, способный пропустить нашу армию. Но нам необходимо дождаться ослабления Светлой силы.
– Но разве давать Светлым фору – не чревато последствиями? – выступил вперед советник Вас Иор. – Ведь это время они используют для того, что укрепить свои рубежи и собраться с силами?
– Их армия не способна противостоять нам без боевых магов, – возразил Шариссар. – Без магии это будут лишь уязвимые человеческие тела, вооруженные арбалетами и клинками. Против нашей боевой формы и Черной силы они ничто. К тому же, боевые силы Светлых размещены на границах, а мы сделаем прорыв в Хандраш.
Советники заговорили разом, выдвигая предложения. Шариссар, напротив, замолчал, давая время Совету и королеве обдумать его слова. Лиария подняла ладонь, взметнув золотую пыль. Голоса спорящих смолкли.
– Подготовьте план нападения, дарей-ран – обратилась она к Высшему паладину. Тот склонил голову.
– Он готов, Ваше Величество.
– Рада, что ночь после возвращения вы потратили на мысли об Оххароне, – с насмешкой отозвалась Лиария, давая понять, что знала о появлении паладина еще вчера. – Я готова выслушать ваш план…
Через несколько часов Совет покинул зал. Шариссар остался, он знал, что разговор еще не закончен.
– А теперь я хочу знать подробности, дарей-ран, – королева встала с трона и подошла к нему. – Но продолжим мы не здесь.
Она протянула ему ладони, и паладин сжал их в своих руках. Тьма окутала их темным покрывалом, разрывая пространство и перенося обоих на самую высокую башню Оххарона. В глазах Шариссара сразу потемнело от разлитой здесь магии и сладкого запаха крови, он сделал глубокий вдох. Его нить все еще была оборвана и он ослаб.
– Наш провидец оказался прав, Ваше Величество, – голос Шариссара не выдавал ни одной эмоции. – Дочь темнейшей принцессы Сейны помогла возвеличиванию Оххарона. Отражение воплотилось в ее теле, и ее дух стал Искрой.
– Ты ее убил? – Лиария облизала губы.
– Искра мертва, Ваше Величество.
Глаза Лиарии вспыхнули золотым светом.
– Воистину, ты умеешь доставлять мне удовольствие, Шариссар, – с насмешкой потянула она. И подошла еще ближе, так что между ними осталось расстояние размером с ладонь. Ей пришлось закинуть голову, чтобы смотреть в лицо мужчины.
– Ты привел с собой Светлого магистра. Того, кто посмел сочетаться узами брака с Сейной. Мои слуги доложили, что Светлый находится в беспамятстве. Что с ним?
– Он увидел смерть своей младшей дочери. Очевидно, это заставило его скорбеть.
– Вот как? – губы королевы сложились в улыбке. – Как интересно… Твое сердце не ведает жалости, мой паладин.
– Возможно, – он склонил голову, безучастно глядя в лицо королевы. – Лишь сила и процветание моего мира имеют значение.
Лиария положила ладонь на черный камзол мужчины, отодвинув свисающие серебристые хвосты.
– Ты меня порадовал, Шариссар, – тихо сказала она. – Ты приведешь Оххарон к победе. Какую награду ты хочешь получить? Проси все, что хочешь…
Паладин чуть склонил голову, внимательно всматриваясь в глаза темнейшей.
– У меня две просьбы, моя королева.
– Какие? – она улыбалась.
– Подарите мне жизнь Чер Лероя, Ваше Величество.
– Что? – Лиария нахмурилась. – Этого червяка? Зачем он тебе?
– Можете считать моей прихотью. – Паладин заложил руки за спину, не реагируя на ладонь королевы, что по-прежнему лежала на его груди. – Вы ведь собирались его убить, не так ли? Теперь, когда он выполнил свою часть договора, вы собирались его убить.
– Конечно, – улыбнулась она.
– Поэтому я прошу его жизнь. В награду. Возможно, мне понравится Светлый магистр в качестве раба.
Лиария пристально всматривалась в темные глаза мужчины, пытаясь понять его мысли. Но лицо Шариссара было спокойным, в глазах застыла вежливая почтительность. Не более того.
Королева кивнула.
– Хорошо. Ты сможешь забрать его после того, как я с ним… поговорю. Думаю, попав в твои руки, Лерой еще сильнее возжелает смерти.
Она рассмеялась, Шариссар промолчал.
– Какова вторая просьба, дарей-ран?
– Позвольте посетить Вместилище Тысячи Душ.
Лиария убрала свою ладонь с его груди и нахмурилась.
– Зачем?
– Чтобы задать вопрос, Ваше Величество.
– Нет смысла спрашивать какой, не так ли? – в ее голосе насмешка сменилась злостью. Она отвернулась и отошла к краю площадки. – Ты ослаблен, Шариссар. А Вместилище требует силы. Значительной силы. Пока я не могу позволить тебе войти туда.
Паладин молчал, рассматривая спину королевы. И не позволяя своей злости вырваться наружу.
– В таком случае прошу позволения мне вернуться в свой замок, Ваше Величество, – холодно произнес он. – Мне необходимо заняться проверкой боеготовности наших войск.
Лиария посмотрела из-за плеча.
– Ты живешь войной Шариссар. Мой идеальный паладин Мрака… Но в мире существует не только война.
– Не для меня, Ваше Величество.
– Что ж, – она кивнула и вновь отвернулась. – Ты можешь вернуться в Острог. Но будь готов прийти по первому моему зову.
– Как всегда, Ваше Величество.
Она быстро взглянула в глаза дарей-рана, но насмешки в них не увидела. И указала рукой на чашу. – Иди. Я соединю твою нить. Ты ослаб, мой паладин.
Шариссар молча скинул черный камзол, серебряный мех в багровом свете тоже отливал красным. Паладин спокойно разделся, складывая одежду на каменный постамент. Его движения были четкими и скупыми. Привычными. Он сжал в ладони белый клинок и шагнул к чаше.
– Что это?! – голос Лиарии обжег, словно плеть, и холодные пальцы легли на его спину. Туда, где пульсировала метка избрания. Шариссар отстранился, прикосновение было ему неприятно. Посмотрел через плечо.
– Это метка избрания, Ваше Величество. Но, думаю, вы и так это знаете.
Ее ногти царапнули кожу паладина, словно Лиария с трудом сдерживалась, чтобы не вогнать их по самое основание. Синие глаза заволокло тьмой полностью, и над башней начал заворачиваться черный вихрь.