Марина Север – Потерянная (страница 5)

Ждала, когда тот, кто бежал за ней, схватит, поставит на ноги, и она увидит ужасного монстра, который преследует ее уже давно, который не отпускает из кошмарных снов.

Она никогда не видела его лица, но почему-то знала, что он не человек. Во снах он приходил к ней еще в городе, и в этих снах ей всегда было холодно, пальцы леденели, кровь стыла, а страх окутывал все тело. Она чувствовала его зловонное дыхание, но никогда не могла разглядеть. Она чувствовала, что эта омерзительная нечисть что-то хочет от нее. Эта нечисть не показывается, никогда не показывалась, таится где-то в ее подсознании, в самых глубоких недрах ее мозга. Марина не видит это чудовище, но знает, что оно ужасно.

Ей давно уже не снился этот кошмар. Но она всегда о нем помнила.

Марина лежала на земле, сердце бешеным галопом скакало в груди, пытаясь выскочить наружу. Было тихо. Она слышала только свое дыхание, которое потихоньку успокаивалось, становилось равномерным.

Марина убрала руки с головы и оторвала лицо от мокрых листьев. Некоторые из них прилипли к щеке и лбу. Даже в рот попало вместе с землей. Она прислушалась – тишина, даже птицы молчали.

Приподнявшись, Марина приняла сидячее положение и осмотрелась вокруг. Местность была все та же. Вокруг деревья и кустарники, но уже стояли не так плотно друг к другу. Никого не было. Никто за ней не бежал. Она была одна, окруженная все той же картиной. «Что это было? Может, показалось? А может, все-таки мне удалось оторваться от преследователя?»

Встав на ноги, девушка попробовала отряхнуться, но штаны были перепачканы грязью, а на рукаве куртки болтался оторванный клок. Марина вздохнула, красивая вещь была испорчена.

Девушка посмотрела по сторонам и, решив, что лучше идти дальше, возможно, все-таки выйдет хотя бы к дороге, пошла вперед. Марина прислушивалась к звукам, но лес молчал, не выдавал свои тайны, которые мог хранить много веков. Она читала, что иногда грибники, уходя далеко от дороги, часто не возвращались. Плутали, терялись, а потом их находили. Либо растерзанными зверями, либо истощенными и умершими без еды и воды.

Она вспомнила, как бабушка об этом рассказывала в детстве. Если люди собирают в лесу грибы, ягоды, то нужно знать меру и оставлять хоть немного братьям нашим меньшим. Но есть такие, кто меры не знает. Тогда на защиту своих лесных владений приходит Леший. Он наводит на людей морок. Им кажется, что они идут по лесу на выход, а на самом деле по кругу ходят. Так могут и день, и два ходить, и неделю, пока силы их не покинут. Человек в лесу остается навсегда, и выбраться больше не может.

Если зверь какой водится, то он может растерзать, а то и полакомиться грибником.

Марина не хотела об этом думать. Она никогда не слышала, что в этом лесу водятся дикие животные. Максимум – птицы и белки. А вот альтернатива умереть без еды и воды ей светила.

Пробираясь сквозь кустарники и деревья, Марина всматривалась в навалившуюся на лес темноту. «Интересно, сколько времени? Наверное, Вика меня уже ищет, может, позвала кого-нибудь из деревни, и они прочесывают лес в поисках». Она хотела закричать, позвать подругу по имени, но что-то ее остановило. Возможно, страх, что на голос откликнется не подруга, а прибежит какой-нибудь зверь или того хуже. Кто именно, она подумать не успела, впереди за деревьями что-то промелькнуло. Какое-то маленькое строение.

Марина прибавила шаг и вышла к тому месту, где, как ей показалось, был домик. Но она ошиблась. Между двух старых дубов стоял шалаш, сделанный из веток деревьев. Он был небольшим, но в меру плотным, под ним можно было спрятаться от дождя и ветра.

Неожиданно Марина почувствовала, как кончики пальцев начало покалывать, как было тогда, когда она надела сережки. Вот и сейчас это чувство снова появилось. Ей было не больно, но очень ощутимо. Решив не обращать на это внимания, она собралась осмотреть находку.

Марина подошла поближе и заглянула внутрь. На земле лежали сухие, потрескавшиеся со временем, прутья. Они были прикрыты сгнившими листьями. Шалаш был нежилым, следов, что здесь останавливался кто-то – охотник или лесник – не было. Возможно, его построили дети, когда играли, но очень давно, об этом говорил вид строения.

Девушка вспомнила, как в классе пятом с девчонками во дворе устроили из одеял и веток что-то типа домика. У них росли полукругом деревья, и они между ними наверх наваливали большие ветки и покрывали их стареньким одеялом. Одно стелили внутри и играли в дочки-матери. Девочкам очень нравилось.

Здесь все выглядело по-другому. Но это не исключает того, что именно дети играли здесь когда-то, а потом просто перестали сюда приходить.

Марина заметила в углу шалаша какой-то предмет. Он был грязным, поэтому разглядеть, что это, она не смогла. Нагнувшись, аккуратно ступая на сухие ветки, она вошла в шалаш, дотянулась до лежащего предмета в углу и, схватив его, быстро вылезла наружу.

Это было что-то мягкое и влажное. Марина попробовала стряхнуть с него грязь и потерла в некоторых местах рукой.

Сверху показался глаз, ниже черный нос. Марина повертела его еще раз, и ей стало понятно, это игрушка, мишка. Только он был очень грязным, пролежавшим здесь довольно долго.

На маленькой голове было два круглых ушка, на мордочке один глаз, пластмассовый черный носик и рот из ниток в виде улыбки. Дальше шло тощее тело с висящими на нем тоненькими лапками, одна из которых оторвалась и болталась на оставшихся нитках.

Скорее всего, когда-то эта игрушка была коричневого цвета, кое-где остался ее натуральный, но грязный цвет. В остальных местах медведь был весь в земле.

«Интересная находка. С такой игрушкой мог играть только маленький ребенок, но точно не подросток. И, судя по затасканности, этот медведь явно неновый».

Марина смотрела на игрушку, когда позади послышался едва уловимый звук, это даже был не звук, а голос, такой тихий, тоненький, едва различимый.

Что-то до боли знакомое шевельнулось в голове. Где-то подобное она уже слышала.

Марина медленно повернулась, но позади никого не было.

С каждым разом звук становился все четче и громче. Марина почувствовала холодок в груди, когда до нее начали доноситься знакомые слова. Она их слышала раньше. Марина была уверена, что слова этой песенки звучали совсем недавно, и пела его маленькая девочка.

Держа игрушку в одной руке, Марина повернулась в ту сторону, откуда слышался тихий тоненький голосок. Сердце бешено заколотилось, дыхание стало частым и глубоким, как будто она бежала, а сейчас остановилась, чтобы передохнуть.

Голос становился все ближе, слова песни звучали все отчетливей, и теперь было понятно, что ее поет ребенок.

Марина, наконец, вспомнила, где она уже это слышала. Во сне. Только там не было этого шалашика и игрушки. Что будет дальше, она уже знала. Сейчас из зарослей леса выйдет девочка лет шести. Только это совсем не ребенок, а монстр с блеклыми глазами и большой пастью.

Чем ближе и четче звучал голос, тем сильнее нарастала паника внутри Марины. Кричать не было смысла, а бежать? Успеет ли она, да и куда, если сама не знает, где она находится? «И зачем только согласилась пойти в лес!»

Недалеко зашевелились кусты, и Марина, закричав, кинула игрушку на землю и побежала в сторону.

Она кричала так сильно, что легкие обожгло холодным воздухом, начало болеть горло. Не разбирая дороги, девушка бежала, пока ее кто-то резко не схватил. Марина упала и закрыла лицо руками. Неизвестный начал ее тормошить за плечи, но она отказывалась открывать глаза и продолжала кричать.

Где-то на краю сознания послышался до боли знакомый голос:

– Марин! Марина, да чтоб тебя, открой глаза!

Кто-то попытался убрать ее руки от лица, но она не поддавалась.

– Да перестань ты орать! Всех ежей перепугала, они вон даже грибы все побросали, ходи только подбирай за ними.

Услышав подобное, да еще и голосом подруги, Марина перестала кричать, убрала руки от лица и открыла глаза. На нее большими глазами смотрела Вика.

– Это ты? – Марина приподнялась и села на попу.

– Здрасти, приехали, а кто еще? Принцев на белом коне в нашем лесу еще не было. Но, судя по тому, как ты орала на весь лес, еще сто лет не появятся.

Маринка обняла подругу, и слезы покатились из глаз.

– Слава богу, нашлась.

Вика оторвала Марину от себя и посмотрела ей в глаза.

– Ты чего? Что-то случилось? Ты почему плачешь-то?

Рассказывать, что она видела и слышала в лесу, Марина не решалась, подумает опять, что свихнулась, как в прошлый раз, поэтому сказала сквозь слезы:

– Я, кажется, потерялась. Испугалась сильно, а еще мне показалось, что там кто-то был, поэтому побежала и начала кричать.

Вика поднялась с четверенек и подала руку.

– Вставай, горе ты мое луковое. Как тут можно потеряться? Лес небольшой, да и я была неподалеку.

Марина поднялась и замотала головой.

– Нет, я тебя звала, звала, но ты не откликалась. Я испугалась и решила просто идти, чтобы хоть куда-нибудь выйти. Потом я увидела маленький ш… – Марина запнулась на секунду, но тут же продолжила – тихий шелест кустов, позвала тебя, думала, это ты неподалеку ходишь, но никто не отозвался. Тогда я от испуга побежала и начала кричать.

Вика слушала ее, нахмурив лоб, как бы взвешивая все ее слова. Потом подняла корзинку с земли и сказала: