Марина Север – Бабай (страница 2)

Клавдия Петровна подошла к машине, где на переднем сиденье в детском кресле сидел еще один внук, которого назвали в честь прадедушки. Он улыбался и жевал свои пальцы.

Старушка открыла переднюю дверь. Вынув малыша и взяв его на руки, она несколько раз поцеловала того в щеки. Мальчик начал уворачиваться, а потом протянул ручки к матери.

– Привет, папа, – крикнула Екатерина и помахала мужчине рукой. – Андрей приедет чуть позже. Он еще на работе. Сегодня же пятница.

Потом она крикнула близнецам.

– Федя, Коля, ну-ка доставайте из багажника пакеты с продуктами и свои чемоданы и несите в дом.

Мальчики закатили глаза и направились выполнять просьбу матери. Екатерина подошла к отцу, поцеловала его в щеку и поставила Сашу на ноги. Мальчик сразу же вцепился в подол платья матери.

– Как доехали? – спросил Лаврентий Александрович.

– Нормально. Наконец, хоть отдохну несколько дней. А то устала в городе. Пыль, суета и шум. А здесь чистый воздух и тишина.

Она улыбнулась и потянулась, расставив руки в стороны. День только начался, но женщина чувствовала, что эти выходные она проведет с пользой для себя.

Разобрав пакеты, мальчишки побежали на улицу, а Катерина, уложив Сашу спать в комнате, в которой всегда останавливаются, когда приезжают на дачу, спустилась вниз, к матери.

– Наташа когда приедет? – спросила она мать, наливая себе чай и усаживаясь за стол.

Старушка, которая готовила обед, посмотрела на дочку.

– Обещала к вечеру приехать.

– А что Глеб?

Клавдия Петровна опустила глаза, разглядывая картошку, которую чистила.

– Не знаю. Наверное, позвонит, как всегда, поздравит с днем рождения – и все. Он никогда сюда не приезжает и своим запрещает. Я в последний раз видела Валюшу и внука Сережу год назад. Самой-то сильно не наездишься, вот, думала, хоть на юбилей приедут.

Катерина задумалась. Глеб, после того, как женился, прожил год с родителями и сестрами, а потом уехал на съемную квартиру. При продаже жилплощади в четыре комнаты забрал свою часть и купил отдельную квартиру. Он не любил эту дачу и никогда сюда не приезжал. Когда родители переехали в это место окончательно, он наотрез отказался их навещать. Их в гости звал, а вот к ним сам не приезжал и семье запрещал.

– Мне кажется, он все еще винит себя в смерти брата. Никак не отпустит ту историю. Столько лет прошло, а он все переживает. Даже мы с отцом уже позабыли, только ходим на пустую могилку. Надо же было хоть как-то похоронить память о сыночке, хоть его тогда и не нашли.

– Мы же с Наташкой совсем маленькими были, когда пропал Тимофей. Сколько ему было? Десять лет?

Клавдия Петровна перестала чистить картошку и печально посмотрела на дочь.

– Нет, восемь лет, а Глебу девять. Вы еще меньше. Тебе семь, а Наташе шесть лет.

Старушка задумалась, вспоминая события тридцатилетней давности. Они всей семьей приехали на дачу на каникулы. Клавдия Петровна ушла в отпуск, а вот Лаврентий Александрович не мог. У него были дела в институте, и он обещал присоединиться к ним позже. Тогда на даче можно было оставаться с ночевкой только летом, потому что газ провели намного позже, лет через десять.

Многие, кто приобрел здесь участки и построил себе дома, оставались на все лето. Приезжали с детьми, привозили животных. В общем, дружили всем дачным поселком «Наука».

Рядом с ними проживала чета Звягинцевых, у которых была дочка Полина. Они часто ходили в гости друг к другу. С другой стороны жила семья летчика Константина Васильевича Быстрова. У него был сын Станислав.

Когда все эти семьи встречались, их дети были еще школьниками, а кто-то еще ходил в детский сад. Ребята часто собирались вместе, гуляли и шалили.

Ребята иногда оставались ночевать друг у друга, рассказывая страшилки на ночь. В основном это происходило в доме Комаровых. Клавдия Петровна была не против, комнаты были большие, все помещались. В свое время Лаврентий Александрович постарался на славу и построил двухэтажный дом, чтобы их семье с четырьмя детьми хватало места.

В доме напротив Комаровых проживала семья академика Арсения Петровича Причалова: сам академик, его молодая жена и единственный сын Прохор. Мальчику было девять лет, как и Глебу. Они были хорошими друзьями и каждый раз, когда приезжали на дачу, дразнили остальных детей, которые были младше их. В общем, еще те забияки и сорванцы. Баловались и никого не слушали.

В тот год и случилась беда: два мальчика пропали бесследно, – Прохор Причалова и Тимофей Комаров, брат Глеба. Как это произошло, никто не знал. Искали всем дачным поселком. Вызывали милицию, прочесывали лес, но так никого и не нашли. После того случая Глеб наотрез отказался приезжать на дачу и оставался в городе либо с отцом, либо с бабушкой.

Первым пропал Тимофей. Утром, когда старший брат проснулся, Тимы не было в кровати. Глеб подумал, что он уже спустился вниз, но его и там не оказалось. Они еще с вечера поменялись спальными местами. Тимофей попросился лечь возле окна. Глеб сначала отказывался, но потом сдался, и мальчик лег на его место.

Когда Тимофей не пришел на обед, все заволновались. Начались поиски ребенка, которые ни к чему не привели. Никто мальчика не видел. Глеб сказал, что он крепко спал и ничего не слышал.

Глеб с Прохором сами искали Тимофея, но безрезультатно. А через три дня пропал и Прохор, и тогда Глеб сильно заволновался. Он кричал, что во всем виноват он. Тимофея и Прохора утащил Бабай. Но Клавдия Петровна подумала, что у мальчика на фоне стресса разыгралось воображение. Она отвезла его в город к бабушке. Поиски пропавших детей продолжались три месяца, но так и не принесли результата. Все решили, что дети, скорее всего, утонули. Каким образом это произошло, никто не знал. Тела так и не нашли. Мальчиков объявили без вести пропавшими. Родители, чтобы как-то увековечить память о детях, через год похоронили пустые гробы в могилы. Здесь, недалеко от дачного поселка, уже было свое небольшое кладбище.

Через год умерла мать Прохора, Вера Геннадьевна Причалова. Её сердце не выдержало горя, и Арсений Петрович, похоронив жену рядом с сыном, остался один, так больше и не женившись. Он продал в городе квартиру и остался жить на даче. Тут похоронены его жена и сын, которого так и не нашли. Арсений Петрович замкнулся в себе, ни с кем не общался, в общем, жил отшельником.

Комаровы, перенеся ужас потери ребенка, не стали продавать дачу. Наоборот, стали чаще приезжать сюда в надежде, что Тимофей все же не умер, а когда-нибудь вернется и постучит в окно со словами: «Здравствуй, мама, я вернулся». Но это была лишь пустая надежда.

– Жаль, конечно, что Глеб не приедет на твой юбилей. И Валю, жену свою, не привозит, и Сергея, сына, тоже. В городе мы иногда видимся, но не так часто, как с Наташей. Ведь Сергею сейчас двенадцать лет. Он на год младше моих близнецов.

Клавдия Петровна улыбнулась.

– Да. Вы в один год все разом постарались и подарили нам внуков. Это хорошо, когда большая семья.

Тут сверху послышался детский плач.

– Сашенька встал.

Екатерина поднялась с места и побежала на второй этаж. В этот самый момент в дом забежал Ваня.

– Бабушка, а можно мне булочку?

Старушка улыбнулась и вытерла руки о фартук.

– Конечно, мой хороший, сейчас дам. Только много не ешь, скоро обедать будем.

Мальчик кивнул головой и, взяв плюшку, выбежал на улицу. В окно послышался его голос.

– А мне вон что бабушка дала! Бе-бе-бе….

Женщина тихонько засмеялась и продолжила готовить обед.

Когда наступил вечер, приехали Андрей, муж Екатерины, и Наташа с семьей. Её детям, Алисе и Алене, было тринадцать и двенадцать лет, мужу Алексею – тридцать семь.

Все обнялись, всплакнули и, поужинав, сели в гостиной пить чай. Дети бегали на улице, а годовалый Саша сидел с ними на диване.

Неожиданно с улицы послышался звук подъезжающей машины, которая два раза посигналила возле ворот. Все поднялись и в удивлении вышли на улицу. Гостей никто больше не ждал.

Через минуту открылась калитка, и во двор вошел… Глеб. Позади него маячили Валентина и двенадцатилетний Сережа.

Клавдия Петровна схватилась за грудь и, не сдержав эмоций, заплакала и побежала на встречу к старшему сыну, которого не видела уже очень давно. Остальные медленно спускались со ступенек крыльца.

Глава 2

Утро началось с того, что Саша поднял всех домашних своим криком. Он плакал, и его никто не мог успокоить. Дача Комаровых была большой. Её изначально построили в два этажа. На первом сделали большую кухню, как хотела Клавдия Петровна, гостиную и одну спальню. На втором этаже было четыре комнаты, одна большая и три поменьше.

Когда начали появляться внуки (а они были почти все одного возраста), Лаврентий Александрович объединил одну спальню с гардеробной, и получилась большая комната. Здесь стояли три двухъярусные кровати, большой шкаф-купе, письменный стол и два кресла. Туалет и ванная были на этаже.

Еще три спальни сейчас заняли взрослые дети. Глеб с женой, Наталья с мужем, Екатерина с Андреем и маленьким Сашенькой.

Всех детей поселили в одной комнате. Близнецы сразу же заняли кровати на верхнем ярусе. Семилетний Ваня пытался возразить, но те лишь посмеялись над ним.

– Вдруг ты ночью описаешься и меня намочишь сверху, – смеялся Федя.

Девочки заняли свободную двухъярусную кровать. Сергей был необщительным и скромным мальчиком. Он был отличником в школе, посещал секцию по разработке компьютерных технологий, занимался шахматами и очень любил читать книги, особенно ужасы. Валентина считала, что в этом возрасте ребенку рано такое изучать, и запрещала, а то и прятала такие издания. Но Сергей умудрялся читать в электронной библиотеке. Почему его тянуло к потустороннему, он и сам не понимал. Просто нравилось. В детстве он мечтал стать охотником за привидениями, но с возрастом отмел эту мысль.