Марина Серова – Звезды правду говорят (страница 3)

Так вот, мужчин – тех, что приставали к нам в кафе, – мы быстренько отшили. Обнаружилось, что у нас с Маргаритой очень много общего в подходе к представителям противоположного пола, – а это, как подтвердит любая женщина, является залогом крепкой и долгой дружбы.

Так мы и подружились. С тех пор прошел уже не один месяц, и, сказать по правде, в данный момент я уже не представляла себе существования без Маргариты, как и она без меня. За время нашего знакомства я вполне убедилась, что Маргарита, во-первых, не экстрасенс какой-нибудь, как я опасалась вначале, а во-вторых, не обманщица. Кстати, Наташка действительно не была беременна. Не знаю, как уж она вывернулась перед мужем, но через пару недель эта коварная особа стала направо и налево распространяться о том, что у нее была «ложная беременность». А впрочем, нам с Маргаритой уже было не до Наташки. Как-то так вышло, что мы с этой странной девушкой на удивление быстро нашли общий язык. Больше всего меня в Маргарите подкупало то, что эта девушка почти никогда ничему не удивлялась. О каком бы потрясающем событии она ни услышала, Маргарита всегда реагировала примерно одинаково, говорила что-то вроде: «Этого и следовало ожидать» или «Я предполагала, что все сложится именно таким образом». Первое время я еще пыталась выяснить, почему она так «предполагала», но очень скоро поняла, что такие вопросы не приведут ни к чему хорошему. Моя подруга начинала пускаться в пространные объяснения, из которых я, как ни напрягала свой бедный мозг, не могла извлечь ничего существенного. А кому приятно убеждаться в слабости своих умственных способностей? Думаю, каждый нормальный человек поймет, почему я предпочла оставить попытки выяснить для себя, как именно моя Маргарита умудряется прозревать будущее. Одно могу сказать определенно: у нее это получалось – вне всякого сомнения.

Пожалуй, я могла бы начать комплексовать рядом с такой незаурядной личностью, но, как оказалось, я обладала целым рядом бесспорных преимуществ перед Маргаритой, и эти преимущества с лихвой компенсировали мои слабые стороны. Это признавала и сама Маргарита. Все всплыло, когда она пригласила меня к себе в гости. Посещение трехкомнатной квартиры, расположенной на третьем этаже дома сталинской эпохи и доставшейся ей в наследство от бабушки, произвело на меня двойственное впечатление. Я, разумеется, не могла не восхититься и по-доброму не позавидовать подруге, обладающей таким сокровищем – громадной квартирой в центральном районе города, но, с другой стороны, я едва сдерживалась от нелестных замечаний в адрес хозяйки – более запущенного жилья мне еще не доводилось видеть. Обшарпанные стены, скрипучие полы с облупившейся краской, очевидно, нечасто соприкасающиеся с пылесосом и тем более мокрой тряпкой. Сто лет не мытые окна с тусклыми стеклами и так далее и тому подобное. Но больше всего меня поразило состояние сантехники. В голове не укладывалось, как это, живя в квартире со всеми удобствами, можно сделать свое существование настолько неудобным. Мне не удалось обнаружить ни одного нормально функционирующего крана. Слив в кухне был безнадежно испорчен, и хозяйке приходилось мыть посуду в ванной. В общем, увиденное меня прямо-таки шокировало. Образ красивой и романтичной Маргариты не вязался с таким безобразием. Не то чтобы я сама была какая-нибудь там Золушка, но все же никогда не допускаю подобного беспорядка в своем жилище.

Все горизонтальные поверхности, включая стулья, табуреты, диваны и кресла, оказались заваленными какими-то бумагами. Как пояснила Маргарита, это были карты эфемерид.

– До того как у меня появился компьютер, – говорила она, – мне постоянно приходилось пользоваться этими картами. Я и сейчас частенько в них заглядываю. А так как никогда не знаешь, какая именно карта может понадобиться, то приходится держать наготове все, какие у меня есть.

Я окинула Маргариту изучающим взглядом. Мне вдруг стало интересно, замечает ли она сама, что живет в жутком беспорядке. Оказалось, что моя подруга прекрасно все это видит.

– Я сама ужасно страдаю от всего этого, – Маргарита обвела рукой комнату, – но я совершенно не умею наводить чистоту, – виновато улыбнулась она.

– Это не такая уж большая проблема, – ободряюще проговорила я, стараясь не демонстрировать своей реакции, – если ты не против, я могла бы заняться уборкой.

– Да я совсем даже не против, – сказала Маргарита, отводя глаза, – но мне как-то неудобно…

– Ерунда, – отрезала я, – ничего страшного, я, конечно, не Золушка, но мне совсем не трудно навести у тебя порядок.

Маргарита больше не сопротивлялась. Я, не откладывая, принялась за дело. Признаюсь, мне пришлось изрядно попыхтеть, прежде чем я смогла привести квартиру в более или менее божеский вид. Несколько раз Маргарита пыталась вмешаться в процесс, но, честно говоря, помощи от нее было гораздо меньше, чем вреда; так что я попросила ее посидеть в сторонке и позволить мне довести дело до конца самостоятельно. Через пару-тройку часов я навела относительный порядок, но до идеального состояния было еще очень и очень далеко. Я сказала Маргарите, что ей нужно вызвать сантехников, чтобы они починили трубы на кухне и в ванной.

– Идти в ЖЭУ? – переспросила она таким тоном, словно я предложила ей сняться в порнографическом фильме, и твердо произнесла, энергично покачав головой: – Никогда.

– Хорошо, – ответила я, пожав плечами, – схожу сама. Не вижу в этом ничего страшного.

– Ты такая замечательная! – восхищенно воскликнула моя новая подруга. – Я всю жизнь мечтала, чтобы со мной жил такой человек, как ты.

С этого все и началось. Как-то так вышло, что я стала проводить в Маргаритиной квартире больше времени, чем в своем собственном частном доме, тем более что от нее было рукой подать до фитнес-клуба, где я работала. Уже через неделю-другую я настолько привыкла жить у Маргариты, что мысль о ночевке в моем доме, находящемся в отдаленном районе нашего города, наводила на меня откровенную тоску. Трубы нам благополучно починили, да и вообще жилище Маргариты приобрело вполне пристойный вид. Однажды вечером, примерно через пятнадцать дней после моего первого визита к ней, Маргарита торжественно и немного взволнованно обратилась ко мне со следующей речью:

– Послушай, Лиль, ты не могла бы переехать ко мне совсем?

– Да я и так у тебя часто бываю, – ответила я, не совсем понимая, к чему она клонит.

– Да, это так, – согласилась Маргарита, – но я говорю о другом. Ты не находишь, что вдвоем нам гораздо удобнее?

– Разумеется, нахожу, иначе я не торчала бы тут целыми днями.

– Так почему бы тебе, – немедленно подхватила она, – не переехать ко мне насовсем? Выбирай себе любую комнату, – поспешно добавила она, – перевози сюда свои вещи и поселяйся насовсем.

– Это выглядит так, – не удержалась я от смеха, забавляясь Маргаритиным смущением, – будто ты предлагаешь мне руку и сердце.

– Не смейся, пожалуйста, – слегка обиделась Маргарита, – я понимаю, что выгляжу глупо, но мне казалось, что и тебе нравится со мной жить…

– Конечно, нравится! – Я мигом посерьезнела. – И я с радостью приму твое приглашение.

– В таком случае нам с тобой следовало бы сделать это в самое ближайшее время, не позже начала следующей недели.

– Запросто, – ответила я, – займемся этим завтра же. Придется взять пару дней отгулов, думаю, за три-четыре дня мы вполне успеем.

– Это было бы прекрасно, – просияв, сказала Маргарита.

На том мы и порешили. Я действительно с превеликим удовольствием согласилась на переезд, благо по всем статьям получала от этого одни лишь плюсы. Прежде всего дело касалось местоположения квартиры. Житье в центре совсем не то, что жалкое существование у черта на куличках. Да и с удобствами, особенно после ремонта сантехники, у Маргариты было на порядок лучше, чем в моем домишке, доставшемся мне по наследству от бабушки. Маргарита даже предложила продать мой домик или хотя бы сдать его внаем, однако я рассудила, что еще одна штаб-квартира мне не помешает – сказалась моя авантюрная натура.

Надо сказать, к тому времени я уже начала понемногу привыкать к странностям своей подруги, а таковых было не так уж и мало. Прежде всего, воспылав ко мне безмерной благодарностью, Маргарита засела за составление моего гороскопа, она называла это натальной картой. Несмотря на то что у нее имелся довольно приличный компьютер и куча дисков со всякими астрологическими штучками, а также необъятных размеров книжный шкаф, сплошь заставленный толстенными томами, Маргарита прокорпела над моей картой целые сутки – уж так ей хотелось, чтобы работа была проведена как можно более качественно. Я, естественно, не сопротивлялась, но и особенно не увлекалась этой затеей, показавшейся мне довольно пустой тратой времени. Но каково же было мое удивление, когда по истечении суток Маргарита объявила, что готова сообщить результаты своих изысканий. Если бы я не видела, что она безвылазно находилась в своей квартире, уткнувшись в экран монитора или роясь в книгах, то решила бы, что она успела съездить на мою, так сказать, малую родину и выведать у моих родных всю подноготную нашего семейства – настолько точны были данные, которые она мне поведала. Когда же Маргарита начала сообщать мне факты из моей биографии, которые я тщательно скрывала от всех и вся, я поняла, что астрология – вовсе не хухры-мухры. Окончательно я потеряла терпение, когда она заявила: