Марина Серова – Внимание, смертельный номер! (страница 4)

Я уже приготовилась ехать, но вдруг вспомнила, что не погадала на своих магических «костях». Это ведь стало уже традицией: перед каждым расследованием я непременно обращаюсь за советом к своим додекаэдрам.

Вынув из черного мешочка из бархата двенадцатигранники, сосредоточившись и мысленно задав вопрос, чего мне ждать в ходе моего расследования, я метнула «кости» на сиденье машины.

Образовалась комбинация из следующих чисел: 12+36+17. Мне не пришлось лезть в листок за расшифровкой, потому что я помню все толкования наизусть. В данном случае додекаэдры предсказывают мне неприятности. Ну, что же. Это в общем-то ожидаемо. Еще ни одно мое расследование не обходилось без этих самых неприятностей, поскольку преступники, как правило, очень хорошо умеют их доставлять. Однако один бросок еще ничего не решает. Брошу-ка я «кости» еще раз. На этот раз выпало 4+20+25. А это означает, что для человека с интеллектом нет ничего невозможного. Ну, вот, так-то лучше. Значит, у меня все получится. Впрочем, по-другому и быть не может.

Окрыленная оптимистическим предсказанием, я сверилась по бумажке с адресом, который написал Георгий Елизарьев, и отправилась в путь.

Городская квартира Елизарьевых находилась в доме улучшенной планировки на тихой улочке имени Яблочкова. Это был практически самый центр города. Я позвонила по домофону, и вскоре женский голос спросил: «Кто»?

– Я Татьяна Александровна Иванова, частный детектив, – представилась я и спросила: – Вы Элина Георгиевна Елизарьева?

– Нет. Что вы хотите? – спросила женщина.

– Мне необходимо поговорить с Элиной Георгиевной. Меня нанял ее отец, он же дал этот адрес. Элина Георгиевна сейчас дома? – спросила я.

– Да, Элина Георгиевна дома, но я сначала узнаю, сможет ли она вас принять, – ответила мне женщина.

Вероятно, это была или экономка, или домработница. Минуты через две женщина сообщила мне, что Элина Елизарьева согласилась меня принять. Домофон пропищал, и я вошла в чистый подъезд. На пороге квартиры меня встретила невысокая и полноватая женщина лет пятидесяти. Она была одета в темное платье. Так, на обратном пути, пожалуй, перекинусь с ней парой слов. Домработницы, между прочим, многое знают о своих работодателях.

Елизарьевы жили в двухуровневой квартире. Сначала я попала в просторный холл. Из него по широкой лестнице можно было попасть на второй этаж. Очевидно, там находились спальни, потому что прислуга не стала подниматься по лестнице, а провела меня в большую и светлую гостиную на первом этаже. Там находились три женщины. Одна из них – маленького роста, худая крашеная брюнетка, с длинной челкой и стрижкой каре, в черных брюках и шелковой блузке – встала со стула, на котором сидела, и, опираясь на палку, сделала несколько шагов мне навстречу. Молодая женщина заметно хромала. «Стало быть, это и есть дочь Георгия Елизарьева», – подумала я. Следом за ней ко мне подбежала белая лохматая болонка и почти уткнулась мне в туфли. Тут же около меня оказалась еще одна собака неизвестной мне породы, ростом немного побольше болонки, но с гладкой шерстью.

– Адам, иди ко мне!

– Асти, на место!

Элина и еще одна женщина, в пестром платье, на вид лет шестидесяти с чем-то, почти одновременно подозвали своих псинок. И это было очень кстати, потому что и Асти тоже облюбовала мои туфли. Я инстинктивно отпрянула назад.

– Да они не кусаются, – тоже почти синхронно заметили женщины.

«Не бойтесь, она не укусит, она так играет» – любимая присказка всех собачников! Коронная фраза! Прямо к награде орденом можно представить таких милых собаченек! И при чем тут «не укусит»? Да мне просто неприятно, когда псины так бесцеремонно лезут, куда их не просят.

Собачки вернулись к своим хозяйкам, а Элина спросила:

– Это вы частный детектив?

– Да, я. Поскольку Георгий Борисович нанял меня расследовать убийство вашего жениха, то мне необходимо задать вам ряд вопросов, Элина Георгиевна.

– Я что, по-вашему, такая старая, что ко мне надо обращаться по имени-отчеству? – раздраженно спросила Элина Елизарьева.

– А разве по отчеству обращаются только к пожилым людям? – в свою очередь задала я вопрос.

Ничего себе начало разговора! Она что, будет учить меня правилам хорошего тона? Только этого еще не хватало! Я, конечно, помню, что Георгий Елизарьев говорил о трудном характере своей дочери, но здесь налицо элементарная невоспитанность.

– Так мы можем поговорить? – спросила я.

– Присаживайтесь, – вроде бы нехотя проговорила Элина Елизарьева и кивнула в сторону глубокого кресла. Подумав, я села на стул, стоявший рядом. Не люблю выбираться из таких вот утопленных сидений.

– Что будете: чай или кофе? – спросила меня Елизарьева.

– Кофе без сахара, если вас не затруднит, – ответила я.

– Конечно, не затруднит, ведь не я же буду его готовить, – в своей бесцеремонной манере ответила Елизарьева. Вот это характер! Удивительно, как ее только выдерживал Владислав.

– Анна Петровна! – крикнула она.

Не дождавшись ответа, Елизарьева обратилась к еще одной женщине, находившейся в гостиной. Она сидела на широком кожаном диване темно-коричневого цвета.

– Наташ, пойди найди Анну и попроси приготовить нам кофе. Вечно она где-то шляется, никогда ее не дозовешься, – проворчала Элина.

Наташа – тоже брюнетка с копной волнистых волос примерно одного с Элиной возраста – поднялась с дивана и вышла. Вскоре она вернулась с пожилой, маленькой и тщедушной женщиной с пегими волосами, которая толкала перед собой сервировочный столик, на котором стояли кофейник, чашки и коробка конфет.

– Лина, нам пора, – сказала Наташа, – Римма, – обратилась она к хозяйке Асти, – собирайся, пойдем.

– Наташа, Римма, спасибо, что пришли, – откликнулась Елизарьева.

– Лина, еще раз наши соболезнования, держись, дорогая, – сказала Римма.

Женщины ушли. Я сделала глоток кофе. На вкус он был просто отвратительный. То ли зерна пережарили, то ли просто переварили. Я решительно поставила чашку на стол.

– Элина, – в который раз я обратилась к Елизарьевой, намереваясь наконец-то приступить к основной цели своего визита, – поскольку я занимаюсь поисками убийцы Владислава Расстрельникова, то…

– Владислава Владимировича, – перебила меня Элина.

Мне стало смешно. Значит, ее, двадцатидевятилетнюю особу, назвать по имени-отчеству означало подчеркнуть ее возраст. А вот молодого мужчину, четырьмя годами старше нее, следует величать только полностью, непременно с отчеством. Ладно.

– Скажите, сколько времени вы были знакомы с Владиславом Владимировичем? И где вы познакомились? – спросила я.

Женщина передернула плечами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.