Марина Серова – Ритуал привлечения денег (страница 7)

«Хорошо, что хоть у кого-то из нас есть такая уверенность», – подумала я про себя.

К обеду предварительные материалы были собраны. И Наталья, и Нестеров потрудились на славу, и теперь я знала о привычках и контактах Дрона чуть ли не больше, чем сам Дрон. Только вот во всем изобилии информации не было ни одного стоящего факта, за который можно было бы зацепиться. Обыкновенный рядовой житель Тарасова. Отучившись в сельскохозяйственном техникуме, ушел в армию. Служил в морфлоте. Вернувшись, отработал пять лет в районном совхозе агрономом. Потом резко поменял профессию, устроившись на Тарасовский машиностроительный завод. Увлекается футболом и рыбалкой. В азартные игры не играет. После смерти жены постоянной женщиной не обзавелся. Короче, типичный бирюк-одиночка. И как только его угораздило перейти кому-то дорогу, ума не приложу!

Я решила начать с самого легкого: попытаться выяснить местонахождение телефона Дрона. Раз он сумел отправить сообщение своей дочери, вполне возможно, что аппарат находится у него. Связавшись с приятелем, который не раз выручал меня в этом вопросе, я продиктовала ему номер и стала ждать. Через некоторое время знакомый предоставил мне координаты мобильника с точностью до пятидесяти метров. Посмотрев по карте, я удостоверилась лишь в том, что телефон находится не в городе. В район, указанный приятелем, не входили ни адрес квартиры Дрона, ни место постоянной рыбалки. Там вообще не было ни одного жилого здания. Чистое поле. Значит, хозяина все же лишили сотового телефона. Что ж, будем отрабатывать контакты Дрона за последний месяц. И начать, пожалуй, стоит с соседей.

Созвонившись с Натальей, я заехала к ней забрать запасные ключи от квартиры отца. Дрон жил в пятиэтажном доме типовой застройки. Поднявшись на последний этаж, я нашла нужную мне квартиру. Замок был всего один. Ключ легко отомкнул его, и я оказалась в захламленной прихожей. Закрыв входную дверь, я прошла в единственную комнату. Состояние комнаты не намного отличалось от прихожей. Старая мебель, груды коробок, нагроможденные одна на другую, самодельный стол, на котором ютился крохотный телевизор. В углу располагалась узенькая кушетка, застеленная клетчатым пледом. «Хозяин явно не зацикливался на интерьере», – подумала я. Заглянув в шкаф, я полюбовалась скудным гардеробом хозяина квартиры. Изучила содержимое коробок. В основном они были забиты журналами и газетами определенной тематики. Рыбалка и футбол. Ничего, что помогло бы пролить свет на причину исчезновения Дрона. От безысходности я заглянула в ванную комнату, порылась в очередной коробке, в которой хранились банные принадлежности. И снова ничего.

Поняв, что понапрасну трачу время, я вышла на лестничную клетку и позвонила в квартиру напротив, в надежде, что там мне повезет больше. Но, увы, моим надеждам не суждено было сбыться. На мой звонок никто не отозвался. Тогда я стала звонить во все двери подряд. И каждый раз результат был одинаковый. Дойдя до второго этажа, я уже начала подумывать, что в доме совсем никто не живет. Ну, не бывает такого, чтобы ни в одной квартире не было жильцов. Хоть одна пенсионерка престарелая, хоть пара школьников или молодая мамочка, находящаяся в декретном отпуске. Хоть кто-нибудь. Но чтобы совсем никого, такого не бывает!

Проходя мимо подъездного окна, я увидела во дворе дома сухонького старичка. Задрав голову вверх, он стоял возле раскидистого вяза. Я решила попытать счастья у него. Выйдя во двор, я подошла к старичку поближе. Старичок вглядывался в полуголые ветки дерева и бормотал:

– Вот только спустись, скотина, только спустись! Я тебе устрою Халхин-Гол. Ты у меня почище япошек запоешь!

Проследив за взглядом старичка, я увидела пушистого рыжего кота, уютно устроившегося на ветках. На угрозы старичка он никак не реагировал. Видимо, животное прекрасно понимало, что добраться до него старичку не удастся.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась я. – Простите, не могли бы вы мне помочь?

– Самому бы кто помог, – оборачиваясь на звук моего голоса, проворчал старичок. – Видишь вот эту скотину? Второй день на дереве сидит, никак я его не подкараулю. У, зараза, одни беды через тебя!

Старичок угрожающе вскинул кулак, грозя коту. Рыжий фыркнул в ответ и демонстративно отвернулся.

– Это ваш кот? – поинтересовалась я.

– А то чей же? Стал бы я за чужой животиной охотиться, – продолжал ворчать старик.

– Из дома сбежал? – посочувствовала я.

– Сбежал, – подтвердил мою догадку старичок. – Нагадил в прихожей и улизнул. Теперь вот ждет, пока с меня пыл сойдет. Он, скотина такая, всегда так делает. Нашкодит, и на дерево. А я стою тут как дурак, уговариваю его.

– А вы не уговаривайте, – посоветовала я. – Посидит, посидит и назад вернется.

– Да как же не уговаривать? Один он у меня, родни почитай уж лет десять как нет. Старуха померла, сын в аварию попал, разбился насмерть. Внуков не дождался. Вдвоем с Рыцарем живем. А что, если его обидит кто? Человек дурной попадется или собаки загрызут, что тогда делать буду, а? – скорбно произнес старичок.

– Тогда его не угрозами, а лакомством приманивать нужно, – предложила я. – Что он у вас больше всего любит?

– Шоколад, – дал неожиданный ответ старичок.

– Шоколад? Что же, он рыбе и сметане сладкое предпочитает?

– Так и есть. Как услышит шелест фольги, так аж шерсть у него дыбом встает, – ответил старичок.

– Так купите шоколадку и выманите Рыцаря с дерева, – снова предложила я.

– Давно бы уж так и сделал, только до пенсии еще неделю жить, а денег шиш да маленько. А он, Рыцарь-то, после шоколада посытнее еду просить станет. Да и мне еще чем-то питаться надо будет, – жаловался старичок.

Я посмотрела на Рыцаря, на старичка и спросила:

– Магазин у вас далеко?

– За углом, – сообщил старичок. – А ты, никак, помочь решила?

Не пускаясь в длинные объяснения, я направилась в ближайший магазин. Вернулась я довольно быстро. Старичок продолжал стоять возле дерева и уговаривать Рыцаря спуститься.

– Идем домой, окаянный. Я тебе суп «килечный» сварганю. Вместе похлебаем, – вещал старик.

Рыцарь на компромисс идти не желал. Я сняла обертку с шоколада, купленного в магазине, и утрированно громко зашелестела фольгой. Рыцарь навострил уши и обернулся. Я продемонстрировала ему плитку шоколада.

– Спускайся, дружок. Угощение стынет, – позвала я.

Рыцарь опасливо покосился на хозяина. Старичок намеренно отошел от дерева на три шага. Рыцарь потянул воздух носом, приподнялся, выгнул спину и начал медленный спуск. Я подбадривала его шелестом фольги. Когда Рыцарь оказался на расстоянии вытянутой руки от меня, я положила кусочек шоколада на ладонь и протянула ему. Кот снова покосился на хозяина. Старичок, казалось, полностью утратил интерес к нам. Кот облизнулся и схватил угощение с ладони. Не успела я и глазом моргнуть, а мой новый знакомый подскочил к дереву, изловчился и схватил беглеца в охапку. Поняв, что хозяин обхитрил его, Рыцарь сердито мяукнул, дернулся пару раз и затих.

– Так-то лучше, – довольный собой, произнес старичок. – Пойдем домой, окаянец. У меня уж ноги затекли караулить тебя.

Я стояла и улыбалась. «Все-таки приятно людям помогать!» – думала я. Старик поплелся к подъезду, говоря на ходу:

– Пойдем, дочка, чаем тебя напою. Чай у меня отменный. На травах. Ты такой вкуснотищи больше нигде не отведаешь.

Я не возражала. Чай так чай. Заодно и побеседуем.

Мы расположились за кухонным столом. Рыцарь слопал половину плитки шоколада и принялся за обещанный «килечный» суп. Старичок заварил в пузатом чайнике ароматные листья черной смородины, добавил ягоды шиповника и разлил напиток по чашкам. Сделав пару глотков, я искренне похвалила:

– Вкусный у вас чай.

– Ну так! Это тебе не магазинные опилки, – радостно закивал головой старичок. – Пей, не стесняйся, я еще подолью. Тебя как звать-то?

– Татьяна, – представилась я.

– А я Егор Кузьмич, – назвал себя старичок. – Ты чего в нашем дворе забыла-то? Ищешь кого?

– Ищу, Егор Кузьмич, – призналась я. – К Дронову, с пятого этажа, пришла. А его дома нет. Соседям звонила, да не открыл никто.

– И не откроют. В нашем подъезде почти все квартиры пустуют, – сообщил старичок. – Прежние жильцы поумирали, а новые не завелись. Дом наш под снос готовят, жильцов расселяют. Во всем доме человек двадцать всего осталось. Да скоро и нас выселят.

– Так вот в чем дело, – протянула я. – А я-то голову ломаю, куда все жильцы подевались. И куда ж вас расселяют?

– В разные места. Кого в многоэтажки селят, кого в такие же старые хрущевки. А те, что еще живут, дома собственные просят. Только власти не торопятся наши запросы удовлетворять. Вот мне, например, предлагали домик в районном центре. Так я не согласился.

– Отчего же не согласились?

– А ты дом этот видела? – Я отрицательно покачала головой, старичок удовлетворенно кивнул. – Вот то-то и оно! Это ведь не дом, а развалина. Куда мне на старости лет такой? Ни крыльца, ни окон. Крыша течет, подсобных помещений никаких. И что я с ним делать буду? Они говорят «восстановишь». А на какие шиши? Нет, вы мне добротный дом предоставьте, тогда я и подпишу ваши бумажки!

Старичок распалился, будто беседу вел не со мной, а с воображаемыми представителями власти. Я сочувственно кивала, соглашаясь с доводами старичка. Вдруг он подозрительно прищурился и спросил: