Марина Серова – Предают только свои (страница 4)

– Что ж, тогда вам точно к Жене. Она у нас по злым умыслам… главный специалист.

Тетушка взглянула на меня с укоризной, как будто похвала подобного рода ничего, кроме негатива, не могла в себе содержать по определению, и торжественно направилась вслед за гостями в кухню.

Кулинарные шедевры неподражаемой тети Милы, как всегда, были аппетитны и изумительны, но, несмотря на это, разговор «о боевых делах» начался уже за столом. Как-то незаметно с замечаний о погоде и последних новостей из жизни поп-звезд мы перешли на новости из жизни Аркадия и вскоре полностью сосредоточились на этой теме.

– Я журналист, пишу для газеты «Город», – рассказывал он. – Наверное, все слышали это название.

– Да, разумеется, – с готовностью подтвердила я.

Газета «Город» была нашим местным периодическим изданием. Основное содержание репортажей составляли последние новости из жизни Тарасова, а также громкие события федерального уровня или законодательные акты, которые могли отразиться на жизни горожан.

Издание это было довольно популярным, и, думаю, хотя бы раз в жизни газету «Город» читал каждый житель нашего города.

– Я специализируюсь на социальной тематике, – продолжал Аркадий. – Конкретные проблемы людей, их надежды и чаяния, а также удачи и неудачи в процессе осуществления этих чаяний и надежд – вот то, о чем я пишу.

– Значит, твоя специализация – статьи? А тетушка говорила, что ты занимаешься фотографией.

– Да, в основном статьи. Фотография – это для души. Иногда, конечно, фотографирую что-то и в процессе создания репортажа – такие попадаются случаи, что просто невозможно остаться равнодушным. Бывает, что эти снимки публикуют вместе со статьей, но это редко. Ведь в газете есть штатный фотограф, с какой стати я полезу в чужой, как говорится, монастырь? Поэтому снимаю больше для себя. Или для сайта. Я открыл сайт специально для этой цели. Называется «Социо». Там я выкладываю снимки о событиях, которые меня взволновали, произвели сильное впечатление. Иногда это даже не событие, а просто небольшой, но очень яркий, показательный эпизод из жизни города. И, судя по количеству откликов, которые появляются после каждой новой подборки, подобные вещи волнуют и впечатляют не только меня.

– Так, значит, у тебя тоже есть фотосайт, – сказала я. – Обязательно зайду. Я тут недавно побывала в гостях у одного фотохудожника, впечатление действительно очень сильное.

– Ты, наверное, имеешь в виду тех, кто фотографирует, так сказать, с эстетическими целями, – уточнил Аркадий. – Людей, которые относятся к снимкам, как художник относится к картине. Но я не ставлю перед собой подобных задач. Даже, в каком-то смысле, цели у меня противоположные. Я стремлюсь привлечь внимание зрителя к вопиющему факту и добиться того, чтобы он не просто заметил этот факт, но и захотел как-то отреагировать. Исправить ситуацию, помочь человеку, которого увидел на снимке, или передать информацию тем, кто может помочь. В общем, моя цель – сделать так, чтобы, увидев снимок, люди не оставались равнодушными, не проходили мимо.

– И это удается?

– Ты знаешь, да. Оказывается, в нашем городе масса отзывчивых людей, неравнодушных к чужому горю. Я могу назвать не один и не два случая, когда ко мне обращались за координатами тех, кто был запечатлен на снимках, и предлагали помощь. Несколько лет назад, когда я только начал выкладывать фотографии, посетителей было немного, но со временем сайт стал набирать популярность, и число посетителей постоянно растет. Многие говорят о том, что это очень полезное дело и привлекать внимание к подобным проблемам нужно обязательно. В общем, реакция на мою инициативу в основном положительная. Но в последнее время…

Тут Аркадий сделал паузу и с минуту о чем-то думал. Судя по выражению его лица и нахмуренным бровям, тема размышлений была не из приятных.

– В последнее время стало происходить что-то странное, – продолжил он. – Две моих недавних подборки были посвящены социальным учреждениям, призванным заботиться о наименее защищенных категориях граждан. В первой я выложил фотографии из дома престарелых, во второй – из интерната для детей с отклонениями в развитии. Сейчас существуют и частные заведения подобного рода, но те, в которых мне довелось побывать, находятся на государственном обеспечении. Неизвестно, то ли обеспечение это оставляет желать лучшего, то ли карманы у администрации этих учреждений слишком глубокие, но факт остается фактом – обитатели их содержатся в условиях далеко не идеальных. Меня тронуло положение этих несчастных, и я выложил снимки на сайт в надежде, что появятся спонсоры или просто неравнодушные люди, которые захотят чем-то помочь.

– Я бы хотела уточнить, – прервала я его повествование, – в эти учреждения ты пришел по собственной инициативе, специально для того, чтобы сделать снимки?

– Нет, конечно, – улыбнулся Аркадий. – Я был там по заданию газеты, причем беседовал с руководством именно о проблемах обеспечения. Все, разумеется, жалуются, что оно совершенно недостаточное, но так ведь всегда говорят. А финансовые проверки рядовой журналист проводить не уполномочен. Поэтому я постарался сделать максимум возможного в моем положении – запечатлел на снимках реальное положение вещей и выложил их на всеобщее обозрение.

– Если я правильно поняла, на этот раз реакция посетителей сайта была не такой, как ты ожидал?

– Да… то есть нет. В общем и целом отклики, как обычно, были положительные и сочувственные, но несколько отзывов просто поразили меня своей агрессивностью. Да, именно так. Агрессия – это самое подходящее слово. Казалось бы, что за проблема? Не понравилось тебе, так выскажись и иди себе дальше. Но нет. Заходили несколько раз под разными никами, хотя общее настроение и стиль настолько схожи, что угадать одного и того же автора совсем нетрудно. Агрессия так и пышет. Даже выражения повторяются.

– И в чем же суть претензий? – поинтересовалась я.

– В основном речь шла о том, что автор подборки, то есть я, преследует одну лишь цель – создать себе «дутый имидж». Якобы в действительности мне совершено наплевать на судьбы несчастных, о которых я делаю репортажи, а хочется лишь добиться известности, используя их как разменную монету. И все это в самых жестких, оскорбительных выражениях. Впрочем, можешь убедиться сама. Эти комментарии я не удалял, зайди, почитай.

– Очень хорошо сделал, что не удалил, – отметила я. – Если за этим действительно кроется целенаправленное стремление нанести вред, подобные выпады можно будет использовать как доказательство.

– Целенаправленное стремление? – оживился Аркадий. – Еще какое целенаправленное! В сущности, злобные отзывы – это пустяки. Есть примеры гораздо более показательные. В частности, сегодняшний случай.

– Думаешь, это было подстроено? – с интересом спросила я, вспомнив, что и меня посещали похожие соображения.

– Учитывая последние тенденции, даже не сомневаюсь, – уверенно ответил Аркадий. – Не знаю, что было на уме у этих «веселых ребят» и каким мог оказаться финал этой «нечаянной» встречи, но в ситуации, когда я сталкивался с реальной угрозой жизни, мне попадать уже приходилось.

– Вот как? Это интересно. – Я навострила уши.

– Да, именно так, – подтвердил Аркадий.

– Расскажи Евгении, как они подкараулили тебя, Аркаша, – подала голос Клара Карловна.

– Да, вот, кстати, совсем недавний случай, – с готовностью откликнулся племянник. – Я провожал Лику, это моя девушка…

– Анжелика – Аркашина невеста, – вновь вставила свое веское слово Клара Карловна.

Это было сказано с такой гордостью, что из глубин моей души сразу поднялся на поверхность сарказм.

«Не иначе, эта Анжелика – не кто иная, как Анжелина Джоли», – подумала я.

Впрочем, на мою едва заметную усмешку, к счастью, никто не обратил внимания.

– Да, мы с Ликой собираемся… впрочем, не об этом сейчас речь, – продолжал между тем Аркадий. – А речь о том, что все это случилось накануне дня рождения ее мамы. Вообще-то Лика с недавнего времени живет у меня, но на день рождения было приглашено много гостей, и вечером Лика собиралась к родителям, чтобы помочь с приготовлением блюд. Предполагалось, что она останется ночевать там, поскольку возни с этой готовкой было много.

– Да уж, приготовление блюд – это задача серьезная, – со знанием дела подтвердила тетя Мила.

– Вы правы. Там был целый список, и Ликина мама, конечно, не справилась бы одна. Я отвез ее к родителям и, припарковавшись во дворе, вышел, чтобы проводить до подъезда. К этому моменту я уже обратил внимание на то, что все происходящие со мной в последнее время «случайности» на самом деле далеко не случайны, поэтому хотел подстраховаться. Только зная наверняка, что Лика добралась до дома без приключений, я мог уехать со спокойной душой.

– А что, с твоей девушкой тоже происходили какие-то «случайности»? – спросила я.

– К счастью, пока нет. Но кто может знать, что на уме у этих людей? К тому же было уже довольно поздно, мало ли кто может шляться по улице в это время. В общем, как бы там ни было, я решил проводить Лику до подъезда. Подъехать поближе не получилось, у них весь двор заставлен машинами, так что пешком пришлось пройти довольно приличное расстояние. Когда я возвращался обратно, то заметил весьма живописную компанию, направлявшуюся прямиком ко мне. Ребята вели себя настолько недвусмысленно, что относительно их намерений сомнений быть не могло.