Марина Серова – Плевое дело (страница 4)

– Татьяна, – ответила я.

– Очень приятно. А меня можете звать просто Александр.

– А почему не Карат? – полюбопытствовала я.

Мой визави нахмурился и строго зыркнул на Стакана. Тот, в свою очередь, потупил глаза и с большим интересом стал разглядывать носки своих ботинок.

– Можно вопрос? – Я решила отвлечь Александра от невеселых мыслей на тему болтливости подчиненных.

– Какой?

– Почему такая странная кличка – Карат? Камешки драгоценные любите?

– Нет, – ответил он, – Карат – это сокращенное от Каратиста. Преуспел я, знаете ли, в этом виде спорта.

– Понятно, – кивнула я. – Можно закурить?

– Курите, – разрешил он. – И присаживайтесь на диван.

После этих слов он вновь посмотрел на Стакана и спросил так, как будто меня здесь в комнате вовсе и не было:

– Ее разоружили, надеюсь?

– Конечно, шеф, – заверил Стакан.

Если бы они, придурки, могли знать, что основное мое оружие – владение рукопашным боем, они не считали бы меня разоруженной.

– Давайте поговорим, – предложил Карат, как только мы оба закурили.

– Давайте.

– Что вы делали на квартире Рябого? – огорошил он меня первым же вопросом.

– Какого еще Рябого?

– Я имею в виду Костю Конева.

Только теперь я наконец-то узнала фамилию Ларисиного дружка, которого я нашла мертвым час назад. Но почему Рябой? Нет, я, конечно, не вглядывалась в его лицо, там было и без того на что смотреть, но рябым он вроде бы не был. Одно для меня стало сразу ясным. Костя имел кличку Рябой и был как-то связан с бандой Карата.

– Костя – мой двоюродный брат, – как ни в чем не бывало соврала я. – Давно собиралась его навестить, да все времени не находила.

– Не надо пудрить мне мозги, – Карат в одночасье превратился из джентльмена в обыкновенного грубияна.

– Я вас не понимаю.

– Какой, к черту, брат? С чего вдруг вы пошли навещать брата с пушкой за пазухой?

– Говорят, Костя пил. Мало ли что.

– Он не пил, – сделал новое открытие Карат. – Он наркоман.

– Ну тоже не очень приятно, – я не подала виду, что удивлена. – Кто его знает, что может выкинуть наркоман, когда он под кайфом? Даже если это твой двоюродный брат.

Александр-Карат покачал головой.

– Значит, не хотим говорить начистоту? Не хотим по-хорошему? В прятки будем играть? Да?

– В прятки? Здесь? – Я решила, что самое время прикинуться дурой.

– Послушайте, Татьяна, я пока с вами добрый, но могу быть и злым. Давайте лучше мирно поладим. Вы мне расскажете все как на духу, и разойдемся как в море корабли.

– А что вам рассказать?

– Все.

– С самого моего рождения?

Карат вздохнул. Не думал, видать, что ему так трудно со мной придется.

– Стакан. – Он слегка повернул голову назад. – А девушка-то, оказывается, несговорчивая попалась. Надо что-то делать.

– Заколбасить ее, шеф?

– Пожалуй, придется.

Стакан угрожающе двинулся в мою сторону, и я уже было собиралась сразиться с ним, но Карат остановил своего «мясника».

– Не здесь же, Стакан.

Тот удивленно остановился и заморгал глазами. Думал так, наверное. Загадка шефа оказалась ему не по силам, и Карат пустился в объяснения:

– Знаешь, где находится дача Завара? Отвезите ее туда и посадите под замок. Сутки пускай проведет там без еды и воды. Завтра к обеду подъедешь туда сам и вытрясешь из нее всю информацию. Ты понял меня, Стакан?

– Да, шеф, – ответил тот.

Я же вовсе не хотела, чтобы на мне ставили подобные эксперименты: сажали в какой-то подвал, оставляли на голодном пайке. В общем, как ни крути, а следовало срочно уносить ноги подальше от этих садистов.

Я уже поднялась с дивана, собираясь дать врагу отпор, но совершенно не заметила, как Стакан, видимо, раскусив мои намерения, подал едва различимый знак своему подельнику с «магнумом», и тот, подскочив ко мне со спины, технично отоварил меня по затылку рукояткой пистолета. Последнее, что я увидела, это то, как Карат недовольно поморщился. Видимо, он предпочитал, чтобы насилие по возможности вершилось без его участия.

Окунувшись в небытие, я полностью потеряла контроль над временем и пространством. У товарища Стакана наверняка была многолетняя практика по нейтрализации неприятеля.

Очухалась я от того, что кто-то довольно беспардонно хлестал меня по щекам. Сколько себя помню, всегда ненавидела подобные экзекуции. Однако показывать своим недругам то, что я уже в сознании, не спешила.

– Ты не переборщил? – услышала я над ухом поднадоевший мне голос Стакана. Сейчас его тембр казался мне наиболее противным. Я даже чуть не поморщилась. – Копыта она не откинет?

– Да ты че, Стакан? Обижаешь. Я же в этом деле профессионал, – откликнулся его собеседник.

– Может, водичкой холодной ее полить? – встрял в разговор кто-то третий, внося свою лепту столь оригинальным предложением.

Вот уж чего совсем не хотелось, так это принимать ледяной душ. Я мысленно начала молиться, чтобы Стакан не внял глупому советчику. Бог меня не оставил.

– Не надо, – подумав, изрек «бригадир». – Шлепни ее еще пару раз по фейсу, Клоп.

Я слегка приоткрыла один глаз и из-под ресниц глянула на окруживших меня парней. Клопом оказался обладатель «магнума», потому как именно он по приказу Стакана нагнулся к моему распростертому на полу телу и врезал мне левой рукой по лицу. Всю щеку обожгло, как крапивой. Мне захотелось тут же отвесить Клопу ответный удар, но я запоздало заметила, что руки мои за спиной туго стянуты веревкой. Ноги мне ребята тоже не забыли связать.

Пока я оценивала ситуацию и собственную беспомощность, Клоп замахнулся вторично, и на этот раз уже его правая рука пошла на сближение с моим лицом. Я резко повернула голову и за секунду до удара впилась зубами ему в запястье. Противник взвыл от боли.

– Ах ты, сука! – окрысился он и, сжав руку в кулак, собрался врезать мне что есть мочи в челюсть.

– Уймись, Клоп, – Стакан перехватил его кисть и чуть отшвырнул назад. – Она нужна нам живой.

– Я ее убью, – заверил дружка Клоп.

– В следующий раз, – отмахнулся Стакан.

– Живая, значит? – спросил третий мучитель, нагибаясь ко мне и заглядывая в глаза.

Этого человека я видела впервые.

– Что с ней делать, Стакан? – повернулся он к «бригадиру», налюбовавшись на меня вволю.

– Оттащи в подвал.

– А если она меня укусит?

– А если я тебе в чайник дам?

Аргумент для парня был, видимо, очень веский, потому как он, вздохнув, просунул руки мне под мышки и поволок куда-то назад.