Марина Серова – Отель для интимных встреч (страница 7)

– Я, собственно говоря, не для себя. Ко мне тетка жить приехала. А у меня такая работа, времени ни на что не хватает, не говоря уже… – я махнула рукой. – Вот я и предложила старушке пожить за городом. Свежий воздух и все такое… а я бы навещала ее пару раз в неделю.

– Понятно, – со знанием дела усмехнулся дачник. – Старики сейчас никому не нужны.

Я окинула собеседника любопытным взглядом – сам-то он к числу стариков не принадлежал. Правда, и к тем, кто арендует дачи выше по трассе, тоже не относился. Гене в равной мере можно было дать как тридцать лет, так и пятьдесят.

– Так вот, – продолжила я, – я и хотела бы с кем-нибудь из здешних обитателей посоветоваться.

Дачник сомнительного возраста по имени Гена оказался человеком сообразительным. Он улыбнулся и предложил войти для продолжения разговора на веранду его дачи. Я тоже улыбнулась и не отказалась от предложения.

– Кстати, меня зовут Таня, – представилась я, семеня по асфальтированной дорожке следом за своим новым знакомым.

Гена указал на плетеное кресло в углу веранды и предложил мне присесть, а я в очередной раз не отказалась.

– Вы здесь, наверное, все лето живете, – начала я разговор, оглядываясь по сторонам. Правда, оглядывать здесь особо было нечего – на веранде только и стояло что два плетеных кресла да подобие столика, а вокруг грядки и лесные насаждения.

– Приезжаю сюда ранней весной, чуть снег сойдет, и уезжаю, когда первые морозы ударят.

«Что надо», – подумала я.

– Да неужели? А продовольствие? – допытывалась я.

– Ко мне сын частенько наведывается, он и привозит все необходимое. И к тому же здесь недалеко магазин есть. Так что вы если что, за свою тетку можете не переживать.

«За какую еще тетку?» – чуть было не ляпнула я, но вовремя спохватилась.

– Да, это хорошо, – промямлила я. – Гена, вы здесь наверняка уже всех хорошо знаете. Скажите, с кем лучше всего договориться насчет домика? Я, честно говоря, первый раз решила арендовать частный дачный участок, и то не для себя, так что боюсь нарваться на какие-нибудь неприятности. Сами понимаете, люди разные бывают…

– Да я же говорю, здесь практически одни старики, так что всегда царит тишина и покой. Ваша тетя наверняка будет довольна, а договориться можно с кем угодно, главное, чтобы в цене сошлись.

– Цена – это пустяки, – деловито заявила я и почувствовала гордость за себя и свою, пусть даже не существующую, тетку. – Главное, чтобы все действительно спокойно было. А то вот лесополоса рядом, да и трасса… Вдруг что-нибудь случится.

– Нет, у нас здесь ничего не случается, – уверенно заявил Гена, и не знай я о том, что несколько дней назад неподалеку был найден труп девушки, наверное, поверила бы ему. Но я о трупе знала, и потому меня крайне удивил тот факт, что о нем ничего не знает Гена. Здесь же, прямо у него под носом работал наряд милиции. Он что, не заметил их? Его интересуют исключительно одинокие девушки? А может, Гена просто боится признаваться, что рядом с его дачей был оставлен труп молодой девушки – согласитесь, факт мало приятный, и логично, что распространяться о нем особого желания нет. Вряд ли это послужит хорошей рекомендацией для денежной горожанки, желающей сплавить свою тетушку за город. Но ведь я таковой не являюсь! Может, намекнуть?

Я подумала и намекнула.

– Знаете, один мой знакомый работает в милиции, и когда я ему сказала о своей задумке относительно аренды дома в этом районе, он выразил свое сомнение и сказал, что здесь не все так уж и спокойно.

– Не знаю, что имел в виду ваш знакомый.

На секунду возникла пауза, в течение которой мы пристально смотрели друг другу в глаза.

– А хотите, я угощу вас чаем с мятой? – ни с того ни с сего спросил Гена.

Я растерянно захлопала глазами.

– Хочу, – после серьезных раздумий ответила я.

– Сейчас.

Гена быстро поднялся из кресла и скрылся в доме. Я секунду посидела одна, а потом тоже покинула свое место, подошла к перилам и, облокотившись на них, устремила свой взор поверх низкой загородки – туда, где плотно смыкали ветви деревья, образуя небольшой островок леса.

Интересно, а каково здесь ночью? А еще было бы интересно узнать, любопытство и падкость до наблюдений за малознакомыми людьми – это круглосуточное качество Геннадия или оно проявляется только в послеобеденное время?

Позади скрипнула половица – возвращался мой дачник, в руках у него был поднос, на котором стояли две чашки чая и блюдце с вареньем.

– Прошу, – любезно предложил Гена.

– Геннадий, – даже не взглянув на угощение, – начала я. – И все-таки мой знакомый никогда ничего не говорит просто так, и уже если он дал понять, что здесь что-то не в порядке, то это правда. Возможно, я выбрала бы другое место, где можно арендовать дом, но уже обещала тетушке, что она будет отдыхать именно здесь, и боюсь, что если я предложу ей другое место, то она может это неправильно истолковать. Понимаете? Так что, прошу вас, скажите, здесь, действительно, не происходило ничего странного в последнее время?

Поднос со звоном опустился на стол.

– Кто тебя прислал? – прошипел Геннадий.

В следующую секунду он сгруппировался и с прыткостью, казалось бы, не свойственной для людей его телосложения, кинулся на меня. Я ойкнула и рухнула на пол, оказавшись примятой его тушей. Что-то мне подсказывало, что это было отнюдь не сексуальное домогательство.

– Быстро отвечай, кто тебя прислал?! – заревел Гена и вцепился мне в горло. – Отвечай! – ревел он, даже не осознавая нелогичность своей просьбы, поскольку я и рада была бы ответить, да не могла, ввиду того, что его пальцы сдавливали мое горло.

– Стерва, решила меня обмануть?! – не унимался Гена. – Про тетку сказку сочинила, думала, я поверю? Идиотка!

Меня подобное одностороннее общение совсем не устраивало, и я решила немного исправить положение – поджала колени к груди и со всей силой лягнула своего противника в живот.

Гена с вытаращенными глазами пролетел по кривой траектории и, судя по грохоту, приземлился где-то в комнате. Я тут же вскочила на ноги и метнулась следом за ним, на ходу расстегивая сумочку и доставая пистолет. Гена барахтался среди разбросанных поварешек, мисок и прочей утвари, свалившейся на его несчастную голову после столкновения с полкой. Он отшвыривал от себя все эти предметы домашнего обихода, нещадно матерился и пытался подняться на ноги, но я пресекала эти попытки и закрепила свою победу тем, что поставила ногу на грудь поверженного врага. Вот тут бы раздаться аплодисментам и крикам «Браво!» в адрес Танечки Ивановой, но частный сыск – дело не только тонкое, а еще и неблагодарное, так что вместо оваций мне предстояла малоприятная процедура изобличения врага, то есть допрос.

– Итак, – нараспев произнесла я. – Кого ты там назвал идиоткой?

Я всегда была убеждена, что сведение личных счетов – дело правое.

– И в чей адрес было сказано «стерва»?

Гена отчаянно замотал головой, кажется, мой «макаров» заставил его жестоко раскаиваться.

– Ты меня убьешь? – осипшим голосом прохрипел дачник.

– Ну что ты. Убивать тебя никто не собирался, но за такие слова придется ответить.

Я кровожадно улыбнулась, рука с пистолетом проделала путь вниз и остановилась чуть ниже упитанного брюшка Геннадия. По мере того как оружие приближалось к цели, а Гена осознавал суть коварного плана мести, его глаза наполнялись диким ужасом, который достиг своего пика, когда пистолет повис в воздухе.

– Нет! – взвыл он.

Кажется, мои расчеты оказались верными и Геннадий не слишком бы обиделся, если бы я пустила ему пулю в лоб, – не мозги были для него самым ценным…

– Нет? – на всякий случай переспросила я.

– Нет… – взмолился дачник.

– Ладно, – сжалилась я. – Но взамен ты должен будешь мне кое-что рассказать.

– Все что угодно…

Я довольно улыбнулась, сговорчивость моего нового знакомого и впрямь радовала.

– Только… – Гена жалобно кивнул на пистолет.

– Нет, – категорично заявила я. – Только после того, как я услышу то, что хочу.

Кажется, это не слишком-то устраивало типичного дачника, но возражать он не решился.

– Итак… Несколько дней назад, в здешних окрестностях произошел небольшой инцидент. Что ты об этом знаешь? Ты же должен был видеть, что здесь работает наряд милиции?

– Вроде нет, – Гена запутался, будучи не в состоянии решить, видел он неподалеку от своей дачи наряд милиции или нет.

Я скривила недовольную гримасу, давая понять, что меня такой ответ не устраивает.

– Когда здесь работала милиция, меня не было. Я уходил в магазин – продукты закончились, а сын все не ехал, – поспешно сообщил Геннадий, которому явно не хотелось вызывать моего недовольства. – А когда вернулся, то уже никого не было и труп увезли.

– Так, – я прищурилась. – Значит, с ментами ты не разговаривал, а про труп знаешь. Откуда?

Гена зажмурился.

– Откуда? – повторила я.

– Я видел… – выдавил он из себя.

– Что видел?

Гена глотнул воздух, открыл глаза и, стараясь не смотреть на мою вытянутую руку с пистолетом, быстро заговорил:

– Было двенадцать часов ночи. Я уже погасил свет и собирался ложиться спать, но вдруг услышал, как по трассе едет машина, потом скрипнули шины, и она остановились. Я удивился – кто бы это мог быть? Для дачников позднее время, да и вообще здесь уже после шести вечера машины перестают ездить. Это меня заинтересовало, и я решил посмотреть – кто пожаловал в наши края. Я вышел на веранду. Ночь была хоть глаз выколи, должно быть, поэтому водитель не погасил фар, так что я сразу же заметил машину, остановившуюся у обочины. Из нее вышел человек, открыл багажник и вытащил какой-то большой сверток. Приехавший перекинул свою ношу через плечо и скрылся в лесопосадках. Он был там совсем недолго, не больше двух минут, а вернулся уже с пустыми руками, быстро сел в машину, завел мотор и умчался.