Марина Серова – Опасное шоу (страница 21)

– Победителем станет человек, который наберет большее количество баллов. В финал попадут не все – кто-то отсеется на первых этапах и поедет домой, кто-то пойдет до конца. Но еще раз повторюсь, денежный приз – это не самое главное, главное – ваше желание изменить себя и стать счастливым и успешным человеком!

– Звучит заманчиво, – задумчиво проговорила я. – А что, если я скажу, что хочу отправиться на проект уже сегодня?

– Это – ваше право! – улыбнулась Жанна. – Я очень рада, что вы уже сейчас готовы к положительным изменениям! И искренне желаю вам удачи!

– И с меня не потребуют никакого взноса? – удивилась я. – Или за участие в проекте надо платить?

Жанна покачала головой, потом проговорила:

– Вы меня не совсем поняли, Евгения Максимовна. «Стань лучше» – это не такое телешоу, где участники что-то платят и тому подобное. Это своего рода благотворительная акция, направленная только на то, чтобы участники получили для себя пользу, вне зависимости от того, выиграют они денежный приз или нет. Если хотите, деньги – это всего лишь дополнительный стимул к тому, чтобы заставить каждого человека переосмыслить свою жизнь и свои приоритеты. Цель проекта – это предотвратить деградацию современного общества и подтолкнуть не только участников, но и людей, которые будут смотреть шоу по телевидению, к положительным изменениям.

– В таком случае я хотела бы поехать на вашу турбазу как можно скорее, – пожала плечами я. – На чем я туда доберусь?

– От офиса в шесть часов вечера выезжает комфортабельное маршрутное такси, – пояснила Жанна. – У вас будет время на то, чтобы приехать домой и собрать вещи. Еще раз повторюсь, вам разрешено взять с собой только сменную одежду – лучше всего подойдет какой-нибудь удобный спортивный костюм и комфортная обувь. Кроссовки, тапочки – на ваш выбор. Не советую брать туфли на каблуке – вы устанете в них ходить. Перед отправлением ваши вещи проверят, чтобы не было нарушений правил. Друзьям, родственникам и знакомым скажите, что вы уезжаете, чтобы не было никаких проблем со звонками. А то не очень приятно, если по возвращении в Тарасов вы увидите кучу непрочитанных сообщений и звонков.

– Да мне предупреждать-то особо некого, – пожала я плечами. – Ну хорошо, я поняла.

– Если вам все понятно, позвольте отксерокопировать ваши документы. Также потребуется ваше согласие на обработку персональных данных – это также обязательная процедура. Я вам дам бумаги, которые требуется подписать…

Без пятнадцати шесть я уже была возле офиса проекта «Стань лучше».

Как и велела Жанна, с собой я взяла лишь комплект сменной одежды, тренировочные штаны, футболку и куртку, в качестве сменной обуви – удобные кроссовки.

К сожалению, свой револьвер прихватить не получилось – увы, это не такая незаметная вещь, как набор отмычек и «жучков». Последние предметы я распихала по потайным карманам – не будут же проверять мое белье!

Однако с оружием такое не прошло – какого бы размера ни был револьвер, при обыске его обязательно заметят. А рисковать я не собиралась, ведь если кто-то увидит у меня оружие, в проект я не попаду, а значит, не смогу найти Алину Куйбышеву. Я надеялась, что увижу ее, если она среди участников шоу, ведь у меня была ее паспортная фотография, и я знала, что девушка отличается сильной худобой.

С оружием я не расставалась практически никогда, но сейчас – именно тот случай, когда надеяться придется только на себя. Однако я не переживала – в конце концов, и без оружия Евгения Охотникова способна уложить целую банду головорезов. А если еще и прикинуться заядлой игроманкой, которая ничего тяжелее компьютерной «мышки» не держала, мне удастся усыпить бдительность возможных противников, если таковые, конечно, имеются. Ведь существовала вероятность, что на проекте ничего криминального я не обнаружу и Алины среди участников шоу нет.

А если она и попала в проект «Стань лучше», то почему я считаю, что там с ней непременно произошло нечто ужасное? Вдруг я вообще не там ищу? Что, если Руслан погиб не из-за Алины, а совсем по другой причине?

В конце концов, Илюшов мог ошибаться, и никакая опасность его «Ронне» не угрожала! Вдруг с Русланом расправились его личные враги? Ведь мне ничего не удалось узнать о других людях, с которыми общался Илюшов.

Но сейчас смысла рассуждать об этом не было – ведь я записалась в участницы проекта, следовательно, первым делом должна разыскать Алину Куйбышеву. Наверняка девушка не знает, что ее друга убили…

В офисе находилась только Жанна.

Я вошла, женщина приветливо улыбнулась мне и сказала, что вскоре подъедет маршрутное такси и она проводит меня до машины.

– Я разве поеду одна? – удивилась я. – Больше никого из участников не будет?

– Сегодня нет, – мягко покачала головой та. – Вас довезут до места, там встретят. Вы все узнаете в свое время, не нужно торопиться!

Раздался телефонный звонок, Жанна взяла трубку, после реплики собеседника коротко проговорила:

– Да, хорошо. Ждите, мы скоро будем.

После недолгого разговора она обратилась ко мне:

– Машина подъехала. Пойдемте, я провожу вас.

Как и говорила Жанна, в шесть вечера к зданию, где находился офис проекта, подъехало маршрутное такси. Дверь мини-автобуса была открыта, судя по всему, водитель ждал меня.

Жанна пригласила меня войти в маршрутку, сама осталась на месте.

Когда я заняла место у окошка, она что-то сказала водителю и ушла обратно в здание. Я не видела лица водителя – тот сидел ко мне спиной, я могла разглядеть только его черную шапку, натянутую на уши.

Дверца маршрутки захлопнулась, машина тронулась с места.

За окном было темно, и только стоявшие по обеим сторонам дороги фонари освещали путь. По городу мы ехали недолго – несмотря на время, пробок почему-то не было. Вскоре маршрутка свернула на магистраль, водитель набрал скорость, и мы помчались вперед, обгоняя попутные машины.

Я старалась запоминать дорогу, по которой мы ехали, читала указатели населенных пунктов. Мы проехали несколько поселков городского типа, никуда не сворачивая, помчались дальше, на той же скорости.

Создавалось впечатление, что водитель куда-то спешил и боялся опоздать. Часто он игнорировал ограничители скорости, но по дороге не было полицейских, поэтому нас никто не останавливал.

Мы проехали табличку с названием населенного пункта «Алексеевка», и водитель неожиданно резко сбавил скорость. Я ожидала, что мы повернем, однако маршрутка по-прежнему ехала прямо.

Вскоре я поняла, почему водитель поехал медленнее – дорога стала неровной, в ухабах и ямах. Машина подпрыгивала, меня сильно трясло, и я порадовалась, что не имею проблем с вестибулярным аппаратом. Любого другого человека сразу же стошнило бы от таких «американских горок».

Верно говорит пословица, в России-матушке две беды, и я была полностью согласна с этим утверждением.

Вскоре мы доползли-допрыгали до очередной развилки, на которой значилось название «Старая Елшанка». Я поняла, что сейчас мы завернем направо, и не ошиблась. Водитель повернул, и мы опять поползли на второй скорости. Дорога, увы, не только не стала лучше, но, на мой взгляд, была еще более разбитой, чем та, по которой мы недавно ехали.

Странное все-таки место они выбрали для проведения проекта «Стань лучше». После подобной поездочки у любого не только отпадет желание самосовершенствоваться, но и вообще захочется послать все подряд куда подальше.

Но я мужественно молчала, не спрашивая у водителя, когда мы наконец-то приедем.

Ехали мы в гробовой тишине, не считая шума мотора да звука ударов шин об ухабы. Угрюмый шофер не включал ни музыку, ни радио, ни о чем меня не спрашивал, да и я не подавала голос. Да и разговаривать, сидя сзади, не очень удобно, а вперед сесть мне не удалось – дверь была закрыта.

Наконец мы резко завернули, и водитель внезапно затормозил. Судя по тусклому огоньку впереди, мы прибыли на конечный пункт назначения. Ни опознавательных табличек, ни названия турбазы я не увидела.

Создавалось ощущение, что меня завезли в какую-то заброшенную избушку где-то на окраине дремучего леса. Я уже пожалела, что не взяла с собой оружия, – не нравилось мне все это. Однако водитель открыл дверь и проговорил, даже не оборачиваясь ко мне:

– Мы приехали. Сейчас вас встретят.

Голос у него был низкий и грубый, возраст мужчины я определить не смогла.

Я схватила в охапку свой рюкзачок с немногочисленными вещами и выпрыгнула на улицу, озираясь по сторонам.

Стояла кромешная темнота, которую только усугублял свет фонаря – он светил в одно-единственное место на земле, и из-за чересчур яркого света ничего вокруг было не видно. Прежде чем мои глаза привыкли, неожиданно появилась темная тень впереди меня.

Когда тень поравнялась со мной, я смогла разглядеть, что передо мной – высокий человек, судя по всему, мужчина.

Человек включил фонарик, посветил на меня, а потом подошел ближе и проговорил:

– Добрый вечер! Евгения, правильно? Простите за такой неожиданный прием, вы, наверное, устали от плохой дороги. Увы, ничего пока невозможно сделать – все обещают отремонтировать проезжую часть, ждем уже который год… Вы не пугайтесь, сейчас я провожу вас до турбазы. Меня, кстати, зовут Александр, я встречаю участников проекта!

Голос у мужчины был приветливый и дружелюбный. При свете фонаря я наконец-то разглядела черты его лица.