Марина Серова – Небо с овчинку (страница 2)

– Ремонтирую. А что, не видно? – спокойно откликнулся малолетний Кулибин. – Я и не думал, что у тебя тут все так запущено, видак же еле показывает. Вот, пытаюсь его немного привести в божеский вид.

– Да ты же его раскурочил весь, – застыв над видеомагнитофоном в нелепой позе, расстроенно вздохнула я. – Ты…

– Не горячись, – успокоил меня Костик. – Я подобную древность еще в детском садике разбирал, раз плюнуть. Вот увидишь, сейчас будет показывать, как новенький.

Я сжала кулаки и зло заскрипела зубами, планируя навешать пареньку хороших тумаков, но тут позвонили в дверь.

– Даю тебе две минуты, чтобы ты вернул все запчасти на место и оставил магнитофон в покое! – рявкнула я, направляясь к двери.

Интересно, кого там еще принесло? Хватит с меня уже гостей на сегодня.

Оказавшись у двери, я не стала распахивать ее настежь сразу же, а сначала посмотрела в дверной «глазок», дабы удостовериться, что это не те гости, про которых говорят, что лучше бы они не появлялись. Так я делала довольно редко, лишь когда у меня полностью отсутствовало желание с кем бы то ни было общаться. Чаще же просто распахивала дверь не задумываясь, а уже потом решала, что с этим посетителем делать.

На лестничной площадке неуверенно мялся какой-то совершенно незнакомый мне парень. И хотя в «глазок» рассмотреть его лицо было сложно, от меня все же не ускользнуло, что он был примерно моего возраста и довольно приятной наружности.

«Кто бы это мог быть? – спросила я сама себя. Но потом, немного подумав, решила: – Зачем гадать, когда можно все узнать, открыв дверь. Хуже, чем есть, уже не будет».

Отомкнув задвижку на двери, я толкнула ее наружу и вопросительно уставилась на побеспокоившего меня гражданина.

– Хм… Вы Татьяна Александровна Иванова? – смущенно кашлянув, спросил посетитель при виде меня.

– Ну, я, – небрежно бросила я в ответ. – А что вы хотели?

– Я к вам относительно работы. То есть, как бы это правильно сказать… – замялся гость.

– Ну, как-нибудь уж скажите, – снова буркнула я, прислонившись к косяку.

– Я… в общем, пришел, чтобы… у меня есть дело и… – зачастил парень, так и не договорив ни одной фразы до конца.

Я же, давно поняв, что его ко мне привело, распахнула дверь еще шире, сама отошла в сторону и командным тоном произнесла:

– Входите.

Нерешительность заказчиков мне никогда не нравилась. А потому я всячески начинала подталкивать их, язвить, заставляя становиться более активными в разговоре и не мямлить, словно неуч у доски. Впрочем, что я об этом говорю, вы и без того знаете, что свое прозвище Ведьма я оправдываю вполне. И самое интересное, что подобное поведение сходит мне с рук, потому как чаще всего я бываю нужна заказчикам куда больше, чем они мне. Убийства и прочие безобразия в нашем городе совершались всегда, и меньше их вряд ли станет. А значит, без работы частные детективы не останутся, будь они даже все как один грубиянами.

После того, как только что прибывший потенциальный заказчик оказался в моей квартире и даже успел заметить, что у меня гости, я указала ему в сторону кухни и добавила:

– Пройдемте туда, там и поговорим.

Мужчина кивнул, поняв, что в присутствии мальца, успевшего уже выглянуть из комнаты несколько раз, говорить будет не совсем удобно, и сразу же прошел, куда было указано. Оказавшись в кухне, мы сели друг напротив друга, и я приготовилась слушать. Но, так как мой гость пока еще собирался с мыслями, я принялась его рассматривать.

Парень и в самом деле был примерно моего возраста, то бишь лет двадцати семи – двадцати восьми. Характер его я бы определила как слабый и безвольный. Такой более свойствен для женщины, но никак не для ее защитника. При более пристальном осмотре мягкость характера читалась даже по чертам лица: они были излишне плавными и какими-то детскими. Немного пухлые щечки с легким румянцем, маленькие голубые глаза под густыми бровями, пухловатые губы и светлые волосы – все заставляло думать, что природа немного ошиблась, сделав этого человека мужчиной, а не женщиной. Но теперь уж ничего не поправишь.

– Как я уже сказал, – наконец-то неуверенно начал гость, еще более теряясь под моим внимательным и изучающим взглядом, – я пришел для того, чтобы попросить вас выполнить одну работу. Вы ведь частный детектив?

Я молча кивнула.

– Я хотел попросить вас, чтобы вы… Ну, как бы это сказать…

– Вы не представились, – перебила я его сумбурные речи, информативность и смысл которых до сих пор не изменились. Впрочем, если он, то бишь смысл, в них вообще изначально был.

– Ах да, – осекся парень и сразу загорелся розовой краской, прямо как девица. – Максим Леонидович Мурашев.

– Если я правильно вас поняла, Максим Леонидович, то у вас случилась какая-то беда и вы нуждаетесь в моей помощи? – взяв инициативу по ведению разговора в свои руки, начала я.

Посетитель кивнул.

– У меня исчезла девушка. То есть не моя девушка, а… Мы с ней не встречались, но я…

В этот момент я заметила, что в кухню просочился мой временный квартирант, который, наглым образом пристроившись у двери, приготовился слушать, о чем пойдет речь. Допускать зрителей до разговора с Мурашевым я совершенно не собиралась, уже давно придерживаясь правила: все сказанное клиентом сугубо конфиденциально и разглашению не подлежит. Поэтому, понимая, что нормального человеческого языка парень не разумеет, я сдвинула брови и немного угрожающим голосом произнесла:

– А тебя кто сюда звал? Ну-ка, марш в комнату.

– А что я там не видел? – не двинувшись с места, бросил Константин. – Видак твой я уже собрал, работает, как новенький. Или, может, еще что подремонтировать?

– Я тебе подремонтирую, юный техник, – пригрозила я ему пальцем. – Включи себе телевизор, и чтоб духу твоего не видно и не слышно было. Ясно?

– Слушаюсь, мамочка, – язвительно усмехнулся Константин, но все же послушался и вышел из кухни.

Я облегченно вздохнула и повернулась к клиенту, который тоже оторвал взгляд от двери и, повернувшись ко мне, спросил:

– Это ваш сын?

– Боже упаси, – отмахнулась я. А потом сразу же возвратилась к прерванному разговору. Беседа на темы моей личной жизни с посторонними меня совершенно не прельщала. – Вы что-то, кажется, говорили о девушке, – первым делом напомнила я. – Так что там с ней произошло? Ее убили? Похитили?

– Точно не знаю, не уверен, но… Мне кажется, то есть не только мне, – снова став взволнованным, замямлил клиент. – Дело в том, что она пропала, причем давно. Вот я и подумал, ну потому, что она жила с тем типом, что, может быть…

Сказать честно, мой сегодняшний визитер начинал меня раздражать. Так и подмывало съязвить: «Ты мужчина или не мужчина, в конце концов! Скажи все коротко и ясно или иди к мамочке и поплачься ей в жилетку, может, легче станет». Но я заставила себя сдержаться и набралась терпения, чтобы дослушать Мурашева до конца.

Оказалось, что месяц назад пропала девушка, в которую он давно уже был влюблен. Сама же возлюбленная подобными чувствами к этому слизняку не пылала, что и понятно. У нее даже был парень, с которым эта особа вместе жила. Причем, куда девчонка исчезла, никому не известно. Квартира ее заперта, на работе она не появлялась, а кавалер почему-то скрывается. Сей же влюбленный мямля утверждал, что с девушкой наверняка что-то случилось и он даже догадывается, что именно.

– Я не совсем понимаю, что вы хотите сказать, – выслушав невнятный рассказ гостя относительно столь для него дорогой пропажи, сказала я. – Если вы знаете, что с ней случилось, зачем тогда пришли ко мне?

– Не то чтобы знаю, просто у меня такое предчувствие, – по-прежнему не говоря ничего конкретного, произнес Максим.

– Так, стоп, – остановила я парня. – Начнем с самого начала. Пропала девушка. Никто не знает, где она. Вы хотите ее найти? Так?

– Да, очень хочу, – подтвердил мои слова Максим.

– Вы догадываетесь, что с ней могло что-то случиться? Так?

Снова кивок.

– В таком случае говорите, я слушаю.

– Я думаю, что ее мог убить ее же парень, – глухим голосом произнес Максим и, сразу опустив глаза, стал нервно теребить руками край своей рубашки на уровне пуговиц.

– Почему вы так решили? – поинтересовалась я.

– Просто… ну, потому, что он какой-то ненормальный. Вроде как шизофреник.

– В чем это выражается?

– Ну, не знаю, – снова заволновался Максим. – Просто нужно видеть, как он одевается, как ведет себя… Настоящий бомж! А какие у него рисунки, какие он стихи пишет – это же ужас какой-то! В них сплошной разврат и кровь, безголовые люди, трупы, мерзость. Он явно сдвинутый и ненормальный. Для таких, как этот тип, ничего не стоит убить человека, – безостановочно затараторил парень, как будто плотину прорвало. – Он наверняка с ней что-то сделал, потому и скрывается сейчас. Я его искал, но безрезультатно.

– Так, может, они вдвоем куда-то уехали, никого не предупредив, вот и все, – предположила я, постепенно начиная терять интерес к данному делу.

– Нет, исключено, – возразил мне Мурашев. – Я видел несколько раз этого типа в городе, просто догнать не успел, он был один. Ясно, что он скрывается.

– А почему вы не обратились в милицию? – задала я следующий вопрос. – Для вас это стало бы дешевле… Ведь частные детективы берут не дешево, моя ставка, например, – двести долларов в день.