Марина Серова – Месть под парусами (страница 22)

– Улавливаю, – опять согласилась я. – Проверить, конечно, стоит. А что, если помимо пропускного пункта на территорию еще есть пути? Как минимум по воде.

– Я предлагаю съездить завтра с утра и все разведать. – Вадим Романович сделал несколько шагов по кабинету взад-вперед, словно находился в нетерпении.

– О! Я только за! – Мысленно я потерла ладошки, ухватившись за возможность побывать на месте преступления.

– А потом мы можем заехать в отделение полиции и поговорить со следователем, ведущим дело, раз уж все равно будем в тех краях, – снова обрадовал меня Белых.

– Совсем хорошо! – Я взмахнула рукой от избытка чувств и несдержанно поморщилась, так как на запястье до сих пор чувствовалось прикосновение сильных пальцев Вадима Романовича после нашего эксперимента.

– Больно? – с беспокойством взглянул на меня мужчина, безошибочно определив мои ощущения.

– Нет, – уверила я его, тронув запястье. – Вот здесь, сбоку, только тянет немного.

– Скоро пройдет, – виновато потупился Белых. – Я инстинктивно пережал сухожилия.

– Охотно верю, что пройдет! – успокоила я его и уточнила: – Так, значит, завтра прямо с утра и отправимся? Ничего, что вам придется покинуть рабочее место?

– Да, с утра, – подтвердил Вадим Романович. – И нет, я совершенно спокойно могу покинуть офис, чтобы вас сопроводить на место преступления. К тому же вряд ли мы надолго там задержимся.

Он ободряюще улыбнулся, а я, предварительно попрощавшись, вышла из кабинета, чтобы как можно скорее оказаться дома, подумать о деле, прикинуть, что именно я бы хотела увидеть в том месте, куда мы завтра отправимся.

Не скрою, с Вадимом Романовичем мне было гораздо спокойнее. Кто знает, что на той частной территории творится вообще.

Я уже направлялась к своей машине, когда заметила неторопливо шагающую в сторону офиса «МедТех» Анну, секретаршу Гарина. Я сделала несколько шагов ей навстречу, прежде чем девушка меня заметила. Анечка расцвела в улыбке:

– Татьяна Александровна, здравствуйте!

– Доброго вечера, Аня, – с удовольствием ответила я на улыбку девушки. – Рабочий день, кажется, закончился с полчаса назад. Что-то забыли?

– Верно, – кивнула та. – Анатолий Борисович позвонил, сказал, что, кажется, забыл закрыть окно в кабинете, попросил проверить. Иначе потом сработает сигнализация из-за разомкнутой цепи.

– Почему вас, а не Вадима Романовича, к примеру? Он еще не ушел.

– Ключи от его кабинета только у меня есть, – объяснила Анечка. – А живу я гораздо ближе к офису, чем сам Анатолий Борисович. Да мне и не сложно проверить. Это ведь такой пустяк.

Хоть и пустяк, подумала я про себя, а нужно относиться к человеку очень хорошо, чтобы с готовностью разруливать такие вот пустячные моменты.

Анин вопрос прозвучал неожиданно:

– Татьяна Александровна, вы торопитесь? Я хотела спросить у вас кое-что.

– Не настолько тороплюсь, чтобы вас проигнорировать, – заверила я смутившуюся девушку. – Проверяйте окно, а я подожду вас здесь, на парковке, – я повела головой в сторону своего автомобиля.

Анечка легко вбежала по ступенькам, а я погрузилась в думы. Что могло интересовать юную девушку? Мое расследование? Но оно вроде бы лично ее не касалось, Анечки даже не было на теплоходе. Она переживает за кого-то из своих коллег? За кого? Почему?

Ответы на мои вопросы нашлись очень быстро. Смущенно отводя глаза, Анечка действительно интересовалась ходом расследования. Но переживала она всецело за Анатолия Борисовича.

– У него ведь не будет неприятностей? – заглядывая мне в лицо, трогательно сделав брови домиком, спросила девушка.

– Не будет, – уверила я Анну. – Анатолия Борисовича никто не подозревает.

– Хорошо, – выдохнула та с облегчением. – Он ведь собирается уезжать. Но это только из-за работы, а не потому, что он сбегает! – добавила она пылко.

– Не сомневаюсь, – мягко улыбнулась я. – Я слышала, что он собирается переехать в Норильск.

– Мы собираемся, – тихо, но решительно поправила меня Анечка.

– Хотите продолжать работать с Гариным?

– Не только работать, – порозовели щеки девушки, но больше взгляд она не отводила. – Знаете, Татьяна Александровна, мне кажется, что Анатолий Борисович хочет уехать из-за меня. Ну, то есть… Из-за того, что ему неловко смотреть в глаза моим родителям. Нет! – отчаянно затрясла головой девушка. – Вы не подумайте! Между нами ничего не было. Хотя не скрою, он для меня интереснее всех на свете сверстников! Я влюблена в него, сколько себя помню.

– А он? – Я не знала, как отреагировать на подобные откровения.

– Мне кажется, что и он относится ко мне теплее, чем к дочке друзей, – откровенно ответила Анечка. – Но, кажется, мне придется знатно побороться с его трепетом перед моим возрастом.

Девушка снова тихонько улыбнулась своим мыслям, а я осторожно погладила ее по плечу:

– Вы производите впечатление очень целеустремленного человека, Анечка. Если вы чувствуете, что ваши чувства важны, нужны и правильны, то возраст вам не должен помешать. В конце концов, вам сколько лет?

– Уже давно совершеннолетняя, – со смешком отмахнулась Анна. – Только бы Анатолий Борисович поскорее это понял. Я пыталась встречаться с ровесниками, но никто не годился ему в подметки. Он ведь добрый и заботливый. Наверное, именно благодаря ему я с самого детства чувствовала себя спокойно и защищенно. Он возился со мной больше, чем родители. Он всегда был готов поддержать и выслушать. И теперь поддержкой и опорой хочу стать для него я.

– Я уверена, что все у вас получится, – убежденно кивнула я. – Господин Гарин просто обязан поверить в серьезность ваших намерений! Не думаю, что так уж часто молодые девушки рвутся за возлюбленными на холодный Север!

– Ну почему? Жены за декабристами тоже в Сибирь ездили, чтобы испортить им каторгу! – звонко рассмеялась Анечка.

Я неторопливо ехала к дому и посмеивалась про себя: не фирма «МедТех», а какая-то «Санта-Барбара»! В этом офисе концентрация любви на один квадратный метр просто зашкаливала. Большая и дружная семья. Кажется, именно так назвал свой коллектив Анатолий Борисович Гарин. Да-да, семья.

Я окончательно разулыбалась своим мыслям и вполне серьезно подумала о том, что нужно бы сходить на свидание, когда все закончится.

Глава 6

Когда мы с Белых вчера договаривались съездить на место преступления, время поездки отдельно не обсуждали. Потому я особо никуда и не торопилась, проводя утро как обычно. Неспешно приняла душ, неспешно выбрала одежду, неспешно же выпила чашку кофе, при этом задумчиво перебирая разложенные на столе листы с данными сотрудников «МедТех».

На самом деле этой стопке давно пора бы существенно уменьшиться. Я ведь на самом деле всерьез не воспринимала как подозреваемых ни Нелличку, ни Настю, ни Ермилова.

Я смотрела на два оставшихся листа с фотографиями Вольской Софии Андреевны и Зарубина Игоря Антоновича и понимала, что, скорее всего, и им мне предъявить будет нечего. Одному смерть Комарова была без надобности, а вторая вряд ли обладала нужными навыками.

Впрочем, поговорить с ними все равно было необходимо. Наверное, с этого и нужно было начать свой день.

Наскоро ополоснув чашку после кофе, я впрыгнула в кроссовки и вышла за дверь.

А на улице меня уже поджидал сюрприз в лице Вадима Романовича, подпиравшего бедром свой автомобиль.

– Доброе утро, – дернул уголками губ мужчина.

Я уже успела привыкнуть к его манере выражать эмоции, потому без сомнений разулыбалась в ответ, стараясь за улыбкой скрыть удивление:

– Доброе утро, Вадим Романович! Я рада вас видеть, но все же не могу не спросить: что вы делаете здесь с утра пораньше?

– Я слышал, конечно, о короткой девичьей памяти, но почему-то думал, что это только лишь красивая легенда, – насмешливо хмыкнул мужчина. А потом сразу посерьезнел, не давая мне толком посмеяться над удачной шуткой: – Мы ведь собирались поехать на место преступления.

– Это я помню! Но не думала, что вы решите взять быка за рога вот так сразу! – Я обезоруживающе развела руками.

– А какой смысл терять время? – задал закономерный вопрос Белых, после чего обошел машину и по-джентльменски распахнул передо мной дверцу. – Когда все выясним там, займемся чем-нибудь другим.

Я согласилась про себя, без слов ныряя в прохладное благодаря климат-контролю нутро автомобиля, поинтересовавшись только:

– Нам далеко ехать?

– Не особо, – отозвался Вадим Романович. – Я уже построил маршрут, так что, если хотите, можете пока подремать, а когда приедем, я разбужу.

– Это лишнее, – уверила я. – Я вполне выспалась, а после такой негаданной дремоты буду чувствовать себя разбитой.

– Как скажете, – пожал плечами Белых и повернул ключ в замке зажигания.

Машина мягко тронулась с места, я откинулась на сиденье, повозилась, устраиваясь поудобнее, и погрузилась в мысли, бесцельно разглядывая мелькающий за окном машины городской пейзаж. Белых думать мне не мешал, лишь иногда я ловила на себе его быстрые взгляды, словно он хотел убедиться, что я не уснула вопреки собственным словам. А я действительно спать ни чуточки не хотела. Я хотела разобраться с этим делом.

Конечно, пока я была далека от разгадки, но все-таки ближе, чем в самом начале. Пусть мне пока не удавалось понять, кому была выгодна смерть Комарова, однако круг подозреваемых неумолимо сужался. А действительно ли сужался? Может быть, Белых был прав и на берегу мог оказаться кто-то еще?