Марина Серова – Медовый месяц под прицелом (страница 6)

– Ну так что, в парк идем?

– Конечно, идем, – весело отозвался тот. – Я уже совсем заждался тебя. Думал, что ты заснула там. Хотел сходить проверить, но услышал, как ты включила пылесос, и понял, что с тобой пока все в порядке.

– Тогда быстро собирайся. На улице сегодня жарко, так что ты сильно не утепляйся.

Через двадцать минут мы с Егором вышли из квартиры. Любопытная консьержка чуть не свалилась со стула, наблюдая за нами.

– Это моя тетя из Аткарска, – сообщил ей Егор. – Она совсем деревенская, еле втолковал ей, что такое пылесос и как им пользоваться.

Старушка сочувственно посмотрела на меня:

– Да, нонче техника чудеса творит, скоро за тебя и полы мыть сама начнет. Ничего, дочка, – подбодрила меня бабуля, – разберешься, привыкнешь, видиком научишься пользоваться. Я вот уже совсем с ним обвыклась.

– Спасибо, бабушка, на добром слове, – сыграла я Аленушку, которая всех благодарит за любую мелочь. А затем повернулась к малолетнему мучителю: – Куда, Егор, пойдем?

– В парк, где горка, на которой можно прыгать.

– Ты меня доведешь туда? А то я, тетка деревенская, не знаю, где это.

– Ладно, доведу, – смилостивился мальчик.

Мне стало немного легче оттого, что не пришлось в очередной раз с ним препираться. Этим парком с чудо-горкой оказались «Липки».

Куча мамаш со своими дитятками высыпали погулять в жаркий летний денек. От вчерашнего дождя остались только воспоминания. Даже лужи все пересохли.

Егор от души наскакался, набегался с другими ребятами. В эти минуты я снова прониклась к нему симпатией. Все-таки он неплохой малыш, можно даже сказать – хороший, просто ко всем ревнует своего отца. Его тоже можно понять. Надо только мне почаще об этом вспоминать, иначе я в приступе ярости его прибью нечаянно. Мой клиент, конечно, от этого в восторге не будет.

– Все, мне надоело прыгать. Я хочу мороженого.

Егор взял меня за руку и потянул к тете-мороженщице.

– Какое будешь мороженое?

– Вон то зеленое, а еще хочу вот это красное, – показал мне Егор.

– Сделайте, пожалуйста, в один стаканчик фисташковое мороженое и клубничное, – обратилась я к продавщице.

Полненькая тетечка быстренько исполнила наш заказ.

– Пожалуйста, – улыбаясь, протянула она Егору порцию мороженого.

– Спасибо, – поблагодарил ее малыш. – А ты почему не ешь? – обратился он ко мне.

– Не хочу я.

– Денег нет? – сочувственно поинтересовался он.

Мне было как-то странно слышать подобное из его уст. Мне казалось, что в семье Панкратовых таких проблем не должно быть.

– Нет, просто не хочу, – повторила я.

– Тогда я тоже не буду, – проявил солидарность Егор, чем поразил меня еще больше. Но, посмотрев в его глаза, которые светились лукавыми огоньками, я поняла, что ангелочек снова просто издевается надо мной.

– Какой замечательный и понятливый малыш! – восхитилась продавщица. – Мои только требуют и никак не могут понять, что я деньги не рисую.

– Да, бывает и такое, – посочувствовала я ей, понимая, что впереди Егорка приготовил мне еще пару не очень приятных сюрпризов.

Если бы милая дама-мороженщица об этом знала, то это она стала бы мне сочувствовать.

– Ну купи себе мороженое, – запищал Егор. – Я не буду сегодня кататься на каруселях, зато ты поешь мороженое. На улице так жарко, что ты можешь перегреться.

– Боже, какой заботливый мальчик! – не уставала восхищаться продавщица.

Меня в отличие от нее эта забота совершенно не радовала. Но все же Егор был в чем-то прав. Я попросила, чтобы мне сделали сто граммов пломбира. Пока продавщица исполняла пожелание клиента и не переставала восторгаться Егором, малыш от меня сбежал.

Я это обнаружила не сразу, а спустя несколько секунд. Егор к тому времени уже успел добежать до выхода из парка и остановился у дороги. Я заметила, как к мальчику приближается черная «девятка». Мне это крайне не понравилось. Я сунула продавщице две десятки, сказав, что сдача мне не нужна, и кинулась за мальчиком.

– Его-о-ор! – закричала я на бегу. – Иди сюда.

Но малыш делал вид, что не слышит моего зова. А тем временем из «девятки» уже выходил здоровый детина и протягивал к мальчику руки.

Я развила скорость курьерского поезда, с ходу налетела на громилу и мощным хуком справа свалила его с ног. На помощь поверженному товарищу из машины тут же вышел еще один, желающий разобраться с этой наглой деревенской теткой из Аткарска, то есть со мной. Пока он вылезал из машины, я успела аккуратненько отодвинуть Егора на безопасное расстояние. Малыш был очень напуган столь бурными событиями, но, что надо убежать подальше, он сообразил. Егор побежал обратно к перепуганной не меньше его мороженщице, которая спрятала мальчика под свое крылышко. Все это происходило в течение нескольких секунд. Я наблюдала за передвижением Егора боковым зрением, не выпуская из поля зрения второго верзилу. Его ожидала та же участь, что и товарища. Точный аперкот, удар ногой в челюсть, и он тоже повержен. Водитель «девятки» решил, что не стоит со мной связываться, поэтому отъехал на безопасное расстояние. Но я успела заметить его восхищенный взгляд, который был, несомненно, адресован мне.

Через несколько минут все было спокойно. Горе-налетчики, похитители беззащитных детишек, собрали свои кости и поковыляли к машине, беспрестанно ругаясь и кляня меня на чем свет стоит. Но мне до них не было никакого дела. Я подбежала к перепуганному Егору, жавшемуся к незнакомой тете.

– Я так за тебя испугался, – прошептал малыш, прижавшись ко мне.

– Ничего страшного пока не случилось, – сказала я, вытирая слезы малыша. – Было бы хуже, если бы они смогли осуществить задуманное.

– Я больше никогда не буду от тебя убегать, – прошептал мальчик, прижимаясь ко мне все сильнее.

– А я больше никуда тебя не отпущу. – Я обняла мальчика и почувствовала, как сотрясаются от плача его хрупкие плечики.

Егорка всхлипывал и говорил, что теперь он будет вести себя хорошо. Ведь если бы его похитили, папа очень бы расстроился. Я не знала, как его утешить, поэтому решила подождать, когда он сам успокоится.

– Давай не будем говорить об этом папе, – попросил меня малыш. – Он будет сильно ругаться и очень расстроится. Я буду хорошо себя вести, честное слово. Тетя Женя, пожалуйста!

– Хорошо, – согласилась я, решив, что здесь можно ему уступить, – это будет нашей маленькой тайной.

– Точно, – улыбнулся малыш.

Я ощутила, как по телу разливается тепло вперемешку с чувством облегчения и непонятной радости. Мне до ужаса нравилось прижимать к себе этого маленького человечка, чувствовать свою нужность. Еще никогда ничего подобного к своему клиенту я не испытывала.

– Пойдем домой, – предложила я Егорке.

– Да. – Малыш взял меня за руку и с силой сжал ее. – Знаешь, я правда так испугался…

– Я думаю, что мы это переживем. Верно?

– Обязательно, – согласился Панкратов-младший. – Я же все-таки мужчина, а не девчонка.

– Это точно.

Мы молча шли по изнывающему от жары Тарасову. Я держала маленькую ладошку мальчика и чувствовала, как он дрожит. Мне захотелось взять его на руки и прижать к себе, чтобы он немного успокоился, но я побоялась, что он воспримет это как оскорбление, поэтому приходилось удерживать себя от этого неведомого мне доселе желания.

– Ты научишь меня так же драться? – вдруг спросил Егор.

– Обязательно, – пообещала ему я.

– Я хочу есть и спать, – признался мне малыш, потирая кулачком свои красные от слез глаза.

– Придем домой, пообедаем, и ты ляжешь отдыхать, а вечером я буду учить тебя некоторым приемам. Договорились?

– Да, – заулыбался Егор.

Глава 3

– Все-таки хорошо оказаться дома, – с довольным видом сообщил Егор, едва мы переступили порог панкратовской квартиры.

– Да, наверное, – согласилась я с малышом. – Егор, а ты что есть-то будешь? А то глупая тетка из деревни совершенно не представляет, чем кормить молодых людей твоего возраста.

– Если честно, то я уже перехотел есть. Это с испугу вроде проголодался, а когда отлегло, то и есть расхотелось. Ты мне лучше сок выжми.

– Из памелы? – улыбнулась я.

– Не-е-е, – протянул Егор. – Я не люблю этот фрукт, это я так, чтобы поиздеваться над тобой. Но ты оказалась теткой что надо, поэтому я больше не буду тебя проверять. Ты мне подходишь. Думаю, что и моему папе ты тоже подойдешь. Надо будет покумекать с ним на эту тему, – многозначительно произнес Егор.

– Давай не будем торопить события, – предложила я. – Мы с твоим папой все же родственники, поэтому нам нельзя жениться, иначе плохо будет.