Марина Серова – Киска по вызову (страница 5)

– А вот мадемуазель Иванова, – Горелов сделал неожиданный галантный жест в мою сторону, – их личность и установит, а мы потом докажем их виновность.

– Леонид, похоже, не очень-то верит в способности мадемуазель Ивановой, – улыбнулась я. – Хотя сам же и рекомендовал меня Святославу Игоревичу.

– Это спонтанно получилось. После того как Святослава избили, два дня с ним разговаривать было невозможно. Он срывался по любому пустяку, – стал рассказывать Леонид. – Ну вот я и вспомнил про наше знакомство. Надеюсь, ты не в обиде? – он посмотрел на меня.

– Да нет, какие тут могут быть обиды, – пожала я плечами. – Это же моя работа. И раз уж вы не можете ничего предположить, давайте я задам вам несколько иных вопросов.

– Давайте, – тут же кивнул Горелов.

– Во-первых, что вы можете сказать о жене Груничева? Вы с нею знакомы?

– Знакомы, – немного удивленно кивнул Косарев.

– Расскажите, какие у супругов Груничевых отношения? Не ссорятся?

– Ну, ссорятся, наверное, все. Без этого жизни семейной просто не получится, – резонно заметил Леонид. – Но крупных скандалов мы за ними не замечали.

– Да нет, вообще они, по-моему, хорошо живут, – вступил Горелов.

– А вы Святослава давно знаете? – обратилась я сразу к обоим.

– Я так очень давно, – первым ответил Горелов.

– Это его первый брак?

– Как ни странно, да. Ну, в общем-то, ничего странного и нет, он долго выбирал и наконец выбрал. По-моему, достойный вариант. В семье, правда, ее приняли не очень хорошо, но этого и следовало ожидать. Насколько я знаю Ирину Александровну, маму Святослава, то ей вряд ли какая-нибудь невестка могла угодить на все сто процентов.

– А что за мама, кстати? – полюбопытствовала я, поскольку о тяжелом характере мадам Груничевой уже вскользь упоминал сам Святослав.

Горелов вздохнул и полез за сигаретами.

– В общем-то, она неплохой человек, – ответил он, закуривая. – Старомодна, чопорна, порядочна… Сына всегда воспитывала так, чтобы он оглядывался на ее мнение. В семье она была главой, поскольку отец отсутствовал – где-то на Севере пребывал. А когда вернулся – в работу ушел, а потом внезапно умер. Но это я все знаю поверхностно. Если вас что интересует, то вы лучше у Святослава самого спросите или у Алены.

– А вот вы говорили о личных делах Святослава, – обратилась я к Леониду. – Что вы имели в виду?

– Ничего конкретного, – ответил Косарев. – Просто предположение. По-моему, оно, естественно, может возникнуть, ведь я убежден, что с фирмой нападения не связаны.

Тему неожиданно подхватил Горелов, заговорив с сомнением в голосе:

– Я даже не знаю, имеет ли эта версия право на существование. Однако… Есть, например, бывшая женщина Святослава, с которой он расстался не очень хорошо. Я, конечно, не думаю, что она станет кого-то просить таким образом отомстить Святославу, но это единственный его личный конфликт, который приходит в голову.

– Так, а что за женщина? – заинтересовалась я.

– Да нет же, ерунда! – поморщился вдруг Косарев и с укором посмотрел на Горелова. – Не понимаю, к чему ты ее приплел! Дело настолько прошлое.

– И тем не менее, – настаивала на своем я. – Расскажите мне об этой женщине.

Горелов вздохнул и ответил:

– Людмила Косович. В университете преподает что-то там общественное – не то историю, не то философию. Больше ничего не знаю.

– И как давно они расстались? – спросила я.

– Да уже с год назад! – вставил Косарев. – Нашел что вспомнить!

– Ну не скажи, – помахал в воздухе рукой Горелов. – У этой Косович там не все в порядке.

– Где там? – раздраженно уточнил Косарев.

– В голове, – с улыбкой пояснил Дмитрий.

– Она психически больна? – совсем уже удивилась я.

– Ну, насчет официального диагноза я не знаю, – развел руками Горелов. – Полагаю, что его нет, иначе она не могла бы преподавать. Но что-то там такое было. Помню, Святослав жаловался пару раз, так, мимоходом. Я не очень сильно вникал. По-моему, из-за этого они и расстались. У нее ее заскоки на характере отражались не лучшим образом.

– А долго они встречались?

– Да, довольно долго. Лет пять, наверное, или четыре, – почесал затылок Дмитрий. – Он практически к ней переехал даже, она одна жила. А потом у них скандалы пошли постоянные, с ней какие-то истерики начались… Святослав в то время, помню, мрачный ходил. А вот как они расстались, я не в курсе. Знаю только, что потом она несколько раз звонила Святославу, и разговор у них был неприятный. И еще: один раз я ее видел, когда вечером уходил отсюда, с работы. Она стояла у входа, наверное, ждала Святослава.

– А он тогда уже был знаком с Аленой?

Горелов задумался и после паузы утвердительно кивнул головой:

– По-моему, да… Точно да, потому что они с Аленой ко мне в гости приходили несколько раз, а он тогда еще с Людмилой не расстался. Я еще спросил Святослава вскользь насчет этого, а он рукой махнул, сказал, что сам все разрулит в самое ближайшее время. Ну и действительно разрулил.

– Значит, они расстались из-за Алены.

– Ну, выходит, – развел руками Дмитрий.

Косарев нервно заходил по кабинету. Он явно был недоволен тем, какую информацию сообщил мне Горелов. Я, однако, была другого мнения – мне важна любая информация, и мое дело ее сортировать по принципу нужности или ненужности.

– Какого черта ты вообще вспомнил о ней! – продолжал тем временем негодовать Леонид. – Только помешаешь работе Татьяны своими ложными версиями!

– Эй, эй… – успокаивающе подняла руки я. – Давайте-ка не ссорьтесь! А то вы здесь, как я погляжу, все люди уж слишком эмоциональные. Растратите нервы, а они еще могут пригодиться.

Косарев с Гореловым замолчали, видимо, согласившись со мной. Мне же ничего пока не оставалось, как начать прощаться, взяв себе на заметку некую не совсем психически здоровую, по некоторым оценкам, Людмилу Косович. А мысленно я стала набрасывать план дальнейших действий. Например, знакомство с семьей Груничева. Кстати, необходимо хорошенько переварить и свое впечатление о Косареве и Горелове.

Вскоре разговор Груничева с деловыми партнерами из Самары закончился. Он вышел из кабинета в приподнятом настроении и сразу же бросился объяснять своим заместителям, что сделка может оказаться выгодной и что в результате всем будет очень классно. О проблемах, ради решения которых он нанял меня, Святослав, казалось, забыл. Косарев и Горелов, естественно, забыли, в свою очередь, про небольшую размолвку между собой и сосредоточились на делах.

Я же, договорившись с Груничевым о завтрашней встрече у него дома, покинула фирму. На сегодня у меня было намечено еще одно небольшое дело, связанное с проблемами Святослава Игоревича.

Глава 2

А заключалось дело в том, что я направилась в отделение милиции, номер которого заранее выяснила у Груничева, чтобы побеседовать с сотрудниками и выяснить их мнение насчет истории, произошедшей со Святославом Игоревичем.

Доехав до места, я поставила свою «девятку» на сигнализацию, попутно отметив, что неплохо было бы при случае поинтересоваться у Груничева, занимается ли его фирма противоугонными устройствами. И если да, то, может быть, поменять свое на более новое и, возможно, более качественное.

Отделение, куда я прибыла, примечательно тем, что там работает мой давнишний приятель, Андрей Мельников. Собственно, друзей-приятелей в милицейской среде у меня достаточно, но я подумала, что в данном случае мне сопутствует удача, раз обращаться за помощью придется именно к Мельникову.

Володя Кирьянов – а попросту Киря, – пожалуй, мой самый близкий друг среди ментов. Но что-то он в последнее время начал иногда задирать нос. Нет-нет, он, конечно, никогда не отказывает мне в помощи, но очень уж полюбил делать вид, что при этом отвлекается от дел чрезвычайной важности. А дело Груничева даже мне пока не представлялось достойным внимания подполковника милиции.

Гарик Папазян, еще один мой столетний приятель, в данном случае тоже был неподходящей кандидатурой. Опять же потому, что пока никакой сверхъестественной помощи в деле мне не требовалось. Гарик, который в отличие от Кирьянова не обладает высокими полномочиями и не смотрит на меня сверху вниз, тем не менее имеет другую особенность: он любит заламывать за свои услуги высокую цену. Слишком высокую, как я считаю. Но его интересует не материальный момент. Гарик, знойный парень с Кавказских гор, естественно, выше этого! Но как истинный горец он питал слабость к женщинам, а особенно – к натуральным блондинкам, каковой я и являюсь. И за свою помощь он жаждет от меня ответного расположения. Нужно признать, получить свое Папазяну до сих пор так и не удалось, благодаря бесчисленному количеству хитростей и уловок, с помощью которых я всегда успешно уклонялась от такого рода выражения своей благодарности за помощь. Бедный Гарик, не раз грозившийся меня «просто зарэзать», тем не менее не оставил своих надежд, и можно не сомневаться, что он не преминет напомнить мне об этом после того, как окажет услугу.

Спокойный, не хватающий звезд с неба, но исполнительный Мельников, не мнящий о себе бог знает что и не претендующий на большее, чем дружба со мной, Андрюха сейчас был незаменим. Поэтому я, нисколько не сомневаясь, отправилась прямиком к нему в кабинет.

К сожалению, на сей раз от Мельникова я ничего нового не почерпнула. Да, случай нападения был. Всех проверили, перетрясли, но… пришли к выводу, что местная шпана вроде как к нему непричастна.