Марина Серова – Еще не все потеряно (страница 3)

На лице Анохиной отразилось такое удивление, что Владимир хмыкнул. Улыбнулась и Нина.

– Дело в том, – продолжила Татьяна, – что этот бизнесмен выстроил палаты свои на месте двух снесенных его же стараниями старых двухэтажных домов и небольшого детского садика, а жителей отселили волевым порядком в аварийный жилой фонд.

– И вы отказались вести расследование?

– Да, принеся несостоявшемуся клиенту глубочайшие извинения.

– И он?..

– Он был, мягко говоря, раздосадован причинами моего отказа, а они вытекали из предположения, не единственно возможного, но наиболее вероятного: пожар его дома – дело рук бывших жильцов тех двух домов или людей, водивших детишек в снесенный детсад. Словом, я отказалась определять конкретных виновников пожара и тем самым обеспечивать им дополнительные и серьезные неприятности.

– Вот, Тань! – воскликнул Владимир, поворачиваясь ко мне. – А следователю, которому пришлось копаться в этом, я его знаю, выговор вкатили за то, что не справился!

У Анохиной был довольный вид.

– Многие ли ваши расследования завершаются успехом?

– Практически все. Это вопрос престижа, и именно поэтому я популярна как специалист.

– Как в боксе, – подхватила Алла, – провел столько-то боев, в стольких-то одержал победу.

Мы с ней поулыбались интересному сравнению. Зрители, судя по тем, что были у меня перед глазами, реагировали соответственно.

– И как часто была победа нокаутом? То есть многие ли дела завершились наказанием злоумышленников?

– Все, так или иначе.

– Означает ли это суд?

– Крайне редко. Моя цель – помочь клиенту в решении его проблем, и когда это происходит, то означает ущемление интересов противостоящей стороны. В этом и состоит наказание злоумышленников. А вообще мне и в суде приходилось выступать в качестве свидетеля, по расследованным мною же делам. Ведь я частное лицо. И следствие веду частным порядком.

– То есть процедура привлечения виновного к ответственности, предусмотренной законом… – подбросила в воздух мяч Анохина.

– Не является целью в работе частного детектива, – приняла ее подачу Иванова, – и зависит только от решения клиента.

– Хорошо! В следующий раз мы организуем прямую линию, дадим в эфир пару телефонных номеров и будем принимать вопросы от горожан. Поддерживаете?

Иванова, сохраняя приятное выражение лица, неопределенно пожала плечами.

– Обращаетесь ли вы за помощью к правоохранительным органам, и если да, то как часто?

Мы с Володей переглянулись.

– Крайне редко. Обычно я использую их в качестве участников тех или иных комбинационных построений, отвечающих целям, которых я в данный момент добиваюсь.

– По каким причинам ограничивается ваше с ними взаимодействие?

– Вопрос деликатный. Их много. Наверное, главное – конечные результаты. У них на первом плане – буква закона, а законы в наше время оставляют желать лучшего. У меня – конкретная помощь клиенту в разрешении его проблем.

– Случалось ли вам в вашей деятельности совершать правонарушения?

– Моя работа не направляется приказами, уставами и должностными инструкциями. И я вполне законопослушная гражданка.

– Эй, гражданка, а как же, когда ты… – воскликнул Володя, но, перебитый следующим вопросом, недоговорил.

– Приведите пример ваших действий, не соответствующих законности.

– Нарушение правил дорожного движения. В основном превышение скорости.

Время передачи близилось к концу, вопросы и ответы следовали один за другим без пауз.

– Ваше отношение к деньгам?

– Положительное.

– Известно, что у вас высокие гонорары. Считаете ли вы себя обеспеченным человеком?

– Размеры моих гонораров зависят от уровня благосостояния клиента и от степени сложности дела. А обеспеченность… Это понятие относительное. Помните, из «Кавказской пленницы», – хорошо, когда желания совпадают с возможностями.

– У вас есть друзья?

– Есть, но их немного.

– Почему?

– Потому что их много быть не может.

– У вас есть враги?

– Как и у любого нормального человека, живущего среди людей.

– Верите ли вы в Бога?

– Это сложный вопрос и очень интимный. Скорее да, чем нет.

– Посещаете ли вы церковь?

– Очень редко. Свечку поставить.

– Ваше отношение к церкви?

– Как к любому официозу.

– Есть ли у вас друг сердца, спутник жизни?

– Я не замужем.

– Причина?

– Трудно встретить мужчину, который смирился бы с моим образом жизни, разве что это будет коллега.

– Ваше отношение к мужчинам вообще?

– Хорошее отношение, вообще. Я нормальный человек и в психическом, и в физическом плане, и ничто человеческое мне не чуждо.

Володя глянул на меня искоса. Нина, опустив голову на грудь, сладко посапывала. Передача, принявшая характер блица, заканчивалась.

– Ваша цель в жизни?

Анохина, чувствуя дефицит времени, сыпала скороговоркой. Иванова ей помогала краткостью ответов.

– Счастье, естественно.

– А что это такое?

– Ну, сколько людей, столько и мнений.

– А для вас?

– А для вас?

– Здоровье, благополучие, интересная работа, дети, семья, друзья и все такое.

– Вы ответили на свой вопрос.

– Последнее, Татьяна! – Она глянула на часы и облегченно вздохнула. – Ваше кредо?

– Порядочность.