Марина Серова – Десять заповедей мертвеца (страница 10)
Немая сцена – вот что последовало за словами Светланы. Я понятия не имела, кто этот таинственный Валентин и почему его приезд повергает присутствующих в такой шок. Судя по всему, проблема вырисовывалась нешуточная. Галина Георгиевна остекленела на диване с приоткрытым ртом и поднятой рукой, а сама Светлана в сердцах стукнула кулаком по столику, отчего кофейная чашка со следами гадания разбилась. Даже домработница Людочка, которая осмелилась показаться на пороге с подносом для посуды, ахнула и прислонилась к стенке, прижав поднос к груди, как будто он мог ее защитить от неведомой опасности. Да что у них тут такое? Я почувствовала раздражение. Не люблю ощущать себя болваном. А сейчас в этой комнате болван только один, и это именно я.
Светлана первая справилась со своими эмоциями. Она устало потерла лоб и негромко сказала:
– Людмила, не маячь на пороге. Все равно ты слушаешь, я же знаю. Убери-ка тут, а то у нас не дом, а настоящий свинарник…
На мой взгляд, единственная разбитая чашка в вылизанной до блеска двухуровневой квартире площадью триста квадратных метров – это явное преувеличение. Но хозяйке виднее.
Людмила принялась собирать со стола. Светлана терпеливо ждала, пока та не скроется в кухне, и только потом бросила на меня тоскливый взгляд и пояснила:
– Валентин – это мой сын.
Вот так так! А я и не подозревала, что у Кричевской есть дети. Глядя на бизнесвумен, трудно предположить, что когда-то она была юной матерью и, теоретически, чьей-то женой.
– Он приедет завтра утром, – продолжала Светлана, – а это значит, что наша жизнь, и без того непростая, усложнится до предела.
– Сколько лет вашему сыну? – поинтересовалась я.
– Валечке семнадцать! – наконец-то Галина Георгиевна смогла хоть что-то выговорить.
– И он самый упрямый и своевольный гаденыш на свете! – сказала Светлана. Я удивилась – никогда не слышала, чтобы кто-то отзывался о собственных детях подобным образом. Но в голосе Светланы звучала нежность, а лицо осветилось искренней улыбкой.
– Ва-а-алечка приедет, – с мечтательной интонацией произнесла Галина Георгиевна. Кажется, мальчик – настоящий кумир обеих дам, свет в окошке. Но вдруг лицо старухи исказилось, и она воскликнула: – Но ведь мальчику ни в коем случае нельзя приезжать сюда! В Тарасове опасно! Если ты говоришь, что Аркадий представляет для нас угрозу… а Момзер прекрасно знает, насколько дорог тебе твой сын… и если он решит причинить вред Валечке… Светлана!
Старуха стукнула палкой об пол так, что ее дочь вздрогнула.
– Светлана! Ты должна его остановить!
– Интересно, как вы себе это представляете, мама? – иронически усмехнулась Светлана. – Мальчишка и в детстве-то никого не слушал, всегда поступал как ему самому захочется. А теперь, когда он почти совершеннолетний, да вдобавок почти год прожил в Москве самостоятельно…
Светлана достала из кармана жакета навороченный телефон и кончиками пальцев подтолкнула его к старухе. Телефон проехался по полированной поверхности стола и замер на краю, угрожающе покачиваясь.
– Если хотите, мама, можете попробовать сами. Вот телефон, звоните.
Галина Георгиевна опасливо посмотрела на дорогую модель, как будто это был не телефон, а взрывное устройство, и покачала головой.
– Ты никогда не умела влиять на своего сына, Светлана! – осуждающе произнесла старуха, тяжело поднялась с кресла и вышла.
Светлана некоторое время пустым взглядом смотрела в спину матери, потом тяжело вздохнула и крикнула:
– Люда! Там вода наверняка уже остыла. Сделай мне ванну по-новому, будь добренькая. Устала, как собака…
Валентин Кричевский приехал на следующее утро. Светлана отправила Влада в аэропорт встречать сына, а сама отменила все встречи и дела, намеченные на день, уселась в кабинете и принялась решать проблемы по телефону.
В половине одиннадцатого раздался звонок в дверь, и все, кто находился в квартире, переполошились, как куры. Светлана оборвала разговор на полуслове и бросила телефон, Людочка уронила очередной поднос, Галина Георгиевна появилась из своих покоев. В общем, все построились, как новобранцы на плацу.
Дверь распахнулась, и вошел… Юный принц – вот слова, которые первыми приходили в голову при виде Валентина Кричевского. Мальчик был удивительно красив. Я подумала, что Валентин удался явно не в мать. Интересно, кто был отцом юноши?
За спиной наследника маячил Влад.
– Рейс задержали на полчаса, – пояснил он, глядя в пол. Видимо, еще не забыл вчерашнюю сцену.
– Спасибо, Влад! – на мгновение Светлана повернулась к телохранителю и подарила ему благодарную улыбку. Но ее внимание тут же переключилось на сына.
– Валечка! – совершенно по-старушечьи ахнула Галина Георгиевна, и слеза побежала по ее напудренной щеке.
– Всем доброе утро! – улыбнулся принц. Валентин окинул внимательным взглядом дом и родных – и немедленно начал действовать. Он обнял мать и заверил, что долетел отлично, и вообще все у него в полном порядке. Потом расцеловал бабушку и в два счета осушил ее слезы, заявив, что она стала еще красивее, чем была. Галина Георгиевна расхохоталась и поцеловала внука в лоб.
– Юный льстец! – проговорила она довольным басом.
Валентин не выказал ни малейшего удивления при виде меня, и я сообразила, что мальчик хорошо воспитан. Светлана нас познакомила.
– Как ты похудел! – всплеснула руками Кричевская. – Просто скелетик!
На мой взгляд, Валентин ничуть не напоминал скелет, юноша был стройным и невысоким, астенического телосложения. Он едва заметно усмехнулся и заявил, что весь полет смотрел на облака и мечтал о плюшках. Немедленно закипела суета – мальчика надо было накормить, а плюшки пеклись к его приезду с самого утра.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.