Марина Самарина – История Маруси (страница 13)

Через несколько дней, когда я вгрызалась в яблоко и в очередной учебник, в мои покои пришёл посыльный с красиво оформленным приглашением на Большой бал. Я пожала плечами и небрежно отбросила его в сторону. Я никуда не собиралась идти - чего я там не видела на этих собачьих бегах. Элла и Кара смотрели на меня со священным ужасом в глазах, потом Элла дрожащим голоском спросила:

- Светлая, разве Вы не пойдёте на Большой зимний бал?

- Нет, не пойду.

- Ну как же! Любая эйра за такое приглашение, не задумываясь, убьёт кого угодно!

- А что такого в этом приглашении?

- Оно же императорское, - прошептала она.

- И чем оно отличается от остальных?

Элла затараторила:

- Ой, Светлая, у кого есть такие приглашения имеют право на танец с императором или на приватную беседу, а ещё они будут сидеть за одним столом с императором на ужине перед балом. Сидеть, а не стоять, как остальные!

Я закатила глаза:

- Элла, мне это на фиг не надо. Успокойся - я никуда не пойду. Кстати, а когда там этот бал?

- Уже послезавтра, Светлая!

- Тогда так, чтобы мое отсутствие не выглядело слишком нагло сматываемся сейчас. Кара, собирайся. Элла, если кто будет спрашивать почему я не пошла на бал, скажешь, что я не появлялась во дворце, поэтому ничего о приглашении не знала. Всё поняла?

- Да, Светлая, - грустно ответила моя камеристка.

Из дворца мы с Карой выбирались, просто, козьими тропами, но зато никого и не встретили. А через день, когда во дворце гремел Большой бал, в столице был свой праздник - городской маскарад. Вот это было весело по настоящему! Я купила всем нам маски, и мы, с Карой и Эллой, отправились в студенческую таверну, где вино лилось рекой, танцы были до упаду, а от поклонников не было отбоя. Домой мы притащилась уже на рассвете и сразу рухнули спать. Разбудил нас грохот - в нашу дверь кто-то ломился. Этим кем-то оказался чрезвычайно злой император. Девчонки просто испарились куда-то, и я осталась с ним один на один.

- Ясного утра, Ваше Императорское Величество, - с достоинством сказала я, стоя на одной ноге в холодной прихожей.

- Ясного, Светлая. Что тебе помешало прийти на бал?

- На какой бал? - весьма натурально изумилась я.

Он навис надо мной, как коршун:

- Не лги мне, Маша! Ты держала в руках моё приглашение.

"Попала!" - мелькнуло у меня в голове. Потом, пытаясь выиграть время, я повернулась и сказала:

- Ладно, проходи, Дар, - и провела его в гостиную, - присаживайся, - кивнула я на кресло.

- Я постою. Так что тебе помешало прийти на бал?

- Ничего не мешало, - пробурчала я, - я просто не хотела туда идти.

- Почему?

- А чего там интересного? Наблюдать весь вечер, как твои наложницы и прочие эйры устраивают гонки за приз? Я и на городском маскараде отлично повеселилась.

- Какой приз? - оторопело спросил он.

- Как какой? Ты, конечно.

- Я - приз?

- Ну, да. Ты же Аулисию попёр с должности любимой фаворитки, место стало вакантным и все считали, что ты на вчерашнем балу будешь делать выбор. Сделал, кстати? - я с любопытством посмотрела на него.

- Ничего я не делал и не собирался! Я тебя ждал, думал - потанцуем, поговорим, а ты взяла и не пришла! Ты на маскарад отправилась!

Император был явно обижен и с этим надо было что-то делать.

- Прости, я не знала, что ты меня ждал. Но, если дело в танцах и разговорах, то мы можем пойти куда-нибудь в другое место.

Он заинтересовано посмотрел на меня:

- Куда?

- Мне кажется, что ты лучше меня должен знать злачные местечки в столице, - подколола я его.

По-моему, он не понял подколки, а довольно помотал головой - знаю, мол, и сказал:

- Я за тобой заеду через час после заката. - и нахмурился: - Ты пообещала.

- Хорошо, приезжай. Я буду готова. Только скажи мне - место куда мы пойдем очень пафосное?

- Что такое пафосное?

- Ну, пышное, богатое, с надменными посетителями.

Он засмеялся:

- Нет.

- Тогда я не буду надевать платье. Ты не возражаешь?

Он хитро посмотрел на меня:

- Нет, не возражаю.

Я проводила Дара и пошла искать свою прислугу - девчонки сидели в маленькой спальне Кары, забившись в щёлку между кроватью и окном, обнявшись и даже, кажется, зажмурившись. "Испугались, бедняжки", - подумала я и тихонько сказала:

- Он ушёл, уже можно вылезать.

Они недоверчиво посмотрели на меня и вдруг зарыдали:

- Живая! Светлая, живая!

- Конечно, живая, успокойтесь. Император приходил пригласить меня вечером в таверну, поэтому сейчас надо поспать, потом принять ванну и выбрать одежду. Вы меня поняли, девочки?

Они согласно кивнули, но вылезать пока отказались. Я вздохнула и пошла спать. К вечеру меня собирали, как на войну. Пока я спала, Элла смоталась во дворец и организовала перевозку в мою квартиру всего гардероба. Когда я проснулась и пошла было в ванную, выяснилось, что пройти туда проблематично - всё пространство гостиной было завалено тряпьем. С трудом протиснувшись я попала наконец в вожделенное место и не узнала его - везде: на полу, на подоконнике, на полочках и по краю ванны были расставлены какие-то баночки, бутылочки, горшочки. Посреди этого хаоса стояла, весьма решительно настроенная, Элла. Я поняла - отвертеться не удастся и сдалась. Меня терли скрабами, кремами и притирками, меня обмывали водой и снова чем-то мазали. Отбиться от неё удалось только часа через три. Я обессиленно выползла в гостиную, спихнула с кресла кучу каких то юбок, рухнула в него и прошелестела: "Элла, Кара я надену чёрные брюки и сапоги, сиреневую шелковую рубашку и сиреневый же камзол. Белье будет в тон. Всё остальное уберите куда-нибудь, не то - сожгу.

Кара, молча, принялась перетаскивать эту кучу в свою спальню, а Элла, пытливо уставившись на меня, спросила: "А причёска?" "Никаких причесок, Элла, - сказала я ей, - просто убрать волосы от лица двумя маленькими гребнями, из тех, что он подарил. Ты меня поняла?". Она задумчиво кивнула: "Да, это будет хорошо - там есть гребни с камнями в цвет Ваших глаз". Наступил вечер, я оделась, причесалась и под взглядами, напоминающими взор генерала, осматривающего своё войско перед решительным сражением, накинула плащ, натянула перчатки и вышла из дома. У дома стояла небольшая чёрная карета, без опознавательных знаков. Из кареты выскочил император и ловко подсадил меня в это устройство.

- Ты очень красива сегодня.

- Только сегодня? - фыркнула я.

- Ты всегда красива, - очень серьезно сказал он, - но сегодня от тебя исходит особый свет.

Я удивленно подумала: "И чем же это таким Эллочка-людоедочка меня намазюкала, что я теперь свечусь?" - и с подозрением посмотрела на Дара:

- Ты не издеваешься, случайно?

- Нет. Это особый свет, он исходит только от Светлых, которые испытывают радость.

Я озадачилась было, но потом решила не вдумываться, а просто хорошо провести вечер. Вечер, и на самом деле, получился отличным: мы приехали в какую-то небольшую таверну, где нас вкусно накормили и дали послушать интересную местную музыку. Потом мы танцевали, вернее, Дар учил меня народным драконьим танцам - забавные у них тут танцевальные движения, надо сказать. А ещё, мы просто дружески болтали: он меня расспрашивал о Земле, а я его о Ригоре. Когда вечер закончился и меня доставили домой, он взял мою руку и поцеловав запястье сказал:

- Благодарю тебя за этот вечер - это было ново и очень интересно.

- Что значит ново? Ты что, никогда не приглашал женщин так провести вечер?

- У нас нет таких обычаев, Маша. Это мне Стонер рассказал, что на Земле есть такой ритуал, который называется "ухаживание", когда мужчина приглашает куда-нибудь, понравившуюся ему женщину и они просто едят, танцуют, разговаривают.

Я покачала головой: "Ну, Стонер! Ну, сводник старый!"

- Я рада, что тебе понравилось.