Марина Пименова – Чудеса на книжных полках (страница 2)
– Не выдам, Елизавета Елисеевна!
Утром Танюша прибежала в библиотеку. С собою она привела подруг. Взяв бумагу, ножницы и клей, они принялись за работу – чинить любимые книжки.
Когда клей закончился, а книги улеглись под пресс, девочка встала посреди зала и сказала:
– Я люблю вас, мои старенькие друзья! А вы, глянцевые красавицы. – обратилась она к новеньким, – тоже станете желанными! Не думайте, что любовь приходит в один день. Знаете, чего я вам желаю? Стать такими же потрёпанными, как они! – И девочка показала на книжный пресс.
⠀⠀⠀⠀
⠀⠀⠀⠀
Февральская история. Вечерняя сказка для кошки Анфисы
Морозным вечером в городской библиотеке собрались читатели. Хозяйка читальни, Елизавета Елисеевна, пригласила гостей в литературную гостиную. Гости расселись на уютные мягкие диваны. Приглушённый свет, зажжённые свечи в медных подсвечниках на белом рояле – всё было готово к тому, чтобы начать вечер поэзии. На стене важно тикали часы – обычный деревянный домик с гирьками-шишками. Потемневшие от времени бронзовые стрелки мерно и неторопливо отсчитывали секунды на старом циферблате. Наконец створки окошка распахнулись, оттуда на пружине вылетела кукушка и прокуковала пять раз.
– Начинаем наш поэтический вечер! – объявила Елизавета Елисеевна. Голос её был чуть взволнован.
Она была одета в длинную чёрную юбку. Белоснежную блузку украшало неизменное жабо с серебряной брошью, в которой всеми цветами радуги переливался фианит. Поправив уложенные серебристые волосы, Елизавета Елисеевна повела рассказ.
Говорила она долго и, как всегда, ни разу не повторилась. Потом к ней присоединились гости. Одни читали стихи, другие пели под рояль романсы. А под конец все ели печенье и пили горячий чай с лимоном.
Вечер был в самом разгаре, как вдруг откуда ни возьмись появилась кошка и нахально разлеглась посередине зала. Хозяйка не стала её прогонять и завершила литературное мероприятие под аплодисменты зрителей.
Гости разошлись по домам. Елизавета Елисеевна зажгла настольную лампу и задула свечи. Надо бы закрывать читальню, а тут кошка – вытянула спинку и замурлыкала ещё громче.
– Голубушка, тебе пора домой, иди, откуда пришла, мне надо закрывать помещение, – ласково погладив серую полосатую шёрстку киски, сказала Елизавета Елисеевна.
Но кошка и ухом не повела, только лениво перевернулась на спинку, подставляя брюшко, которое пришлось почесать. Уговорить нахалку уйти никак не получалось. Тогда библиотекарь решительно взяла её на руки и понесла к двери. Внезапно серая бестия вырвалась и метнулась вглубь стеллажей.
– Старовата я за кошками бегать… – сказала Елизавета Елисеевна.
А кошка тут как тут. Выворачивает из-за стеллажа, а в зубах мышь держит.
Бросив добычу на ковёр и придавив её лапой, кошка уставилась на хозяйку.
Елизавета Елисеевна руками всплеснула.
– Да ты умница моя! Ведь грызуны меня замучили! Но что же мне с тобой делать?..
– А ты оставь меня здесь, хозяюшка, – неожиданно промурлыкала кошечка.
Вот это да! Елизавета Елисеевна и не думала, что понимает кошачий язык. Книжный-то язык она давно знает – чай, всю жизнь в библиотеке проработала. Видно, книжные чудеса помогают и животных понимать.
Вдруг кто-то пискнул:
– Отпусти меня, Анфиса!
Елизавета Елисеевна понимала и мышь!
– Мы всем семейством уйдём из библиотеки! – пропищала мышка. – Обещаю!
Хозяйка читальни поправила жабо и сказала:
– Оказывается, здесь и мыши разговаривают! Почему же прежде молчали? Молчали – и грызли мои любимые книги?
По книжным полкам прокатился тихий шёпот.
– Мы тоже просим тебя, хозяйка, оставить кошку Анфису, – зашуршали старые книги. – Нам страшнее день ото дня. Мыши все уголки нам отъели.
– А мне грифель отгрызли, – пожаловался карандаш на столе. – Хочу, чтобы мыши ушли!
– А у меня закладку съели, – проворчал толстый литературный журнал.
– Но кошкам не положено жить в библиотеке! – сказала Елизавета Алексеевна.
– Мур-мяу! Говорящие кошки живут где хотят, – возразила Анфиса.
– Ну что ж, оставайся, Анфиса. Будем знакомы: Елизавета Елисеевна. Ты можешь звать меня просто хозяйкой.
Мурлыкнув, кошка посмотрела на мышку под лапой.
– У твоего семейства ровно минута. Вон отсюда! – И Анфиса убрала лапу.
– Ах, спасибо! – только и вымолвила мышка.
И юркнула под ближайший стеллаж. Что тут началось! Из всех щелей послышались шорохи и писки. К открытым дверям понеслись мыши – серое полчище. Одна мышь напугает любую даму, а полчище мышей напугает даже даму, умеющую говорить с книгами и кошками.
Подобрав подол юбки, Елизавета Елисеевна проворно взобралась на диван, выставив перед собой каблуки туфель-лодочек.
Наконец мышиная орда сгинула. Книжки с восторгом зашелестели страничками, а кукушка в часах радостно прокуковала в неурочный час.
Елизавета Елисеевна слезла с дивана, поглядывая, нет ли где ещё мышей.
– Мур-мяу! Мышей больше нет, – сказала кошка и ласково потёрлась о ноги Елизаветы Елисеевны.
– Пора мне домой. Устраивайся, Анфиса, на диване. Утром я тебе молочка принесу. И, пожалуй, матрасик.
Запирая двери, хозяйка проворчала:
– Хорошо, что кошка забежала, а не бегемотиха!
Когда Елизавета Елисеевна ушла, в зале повисла тишина.
– Почему притихли? – спросила Анфиса у книжек. – Мур-мяу! Не бойтесь, я книжки не ем, я же не грызун. Но знайте – я обожаю сказки!
Книжки пошептались. Почтенный том, хранивший в себе сказки братьев Гримм, прошелестел страницами:
– Анфиса, тебе какие сказки больше нравятся: народные, о животных, старинные или современные?
– Мне нравятся волшебные! – мурлыкнула Анфиса, запрыгнула на диван и блаженно растянулась. – Начинайте!
Большой том перелистнул титульный лист и приступил к чтению. О, сказочных историй в нём наберётся на целую зиму!
Кошка слушала да дремала. А Елизавета Елисеевна и знать о том не знала.
Мартовская история. Сказочное свинство
На календаре был уже март, но зима никак не хотела уступать права весне. Вот и в эту ночь метелица намела огромные сугробы. Белым-бело! Заснеженные улицы, укутанные в новые шубки деревья, толстые перины на крышах домов. Морозец пощипывал носы и щёки. Как хорошо-то!
Но ещё лучше в библиотеке – тепло и уютно. Через окна, узорчато расписанные морозом, улицу и не увидишь. Да и не для того Санька пришёл в библиотеку, чтобы улицу разглядывать. Катаясь на коньках, он сильно замёрз и решил по старой памяти отогреться в читальне. Стоило ему войти – и тут же зацокали каблучки туфель-лодочек.
Взглянув на Елизавету Елисеевну, любой мальчишка подумал бы: хозяйка библиотеки не меняется. Уложенные серебристые волосы, серый шерстяной костюм, голубая шёлковая блузка. Пышное жабо закреплено серебряной брошью с аквамарином.
– Здравствуй, Сашенька! Давненько я тебя не видела.
Надо сказать, Санька считал себя если не взрослым, то уж не ребёнком точно. Одиннадцать стукнуло! Казалось ему, что он из детской библиотеки вырос.
– Здравствуйте, Елизавета Елисеевна! Я ненадолго, только согреюсь и уйду, – признался Санька.
– Уважаю честных людей. И угощу тебя горячим чаем с медком, – сказала хозяйка читальни.
– Ой, спасибо, а то я так замёрз!
Елизавета Елисеевна отправилась в кладовку. Оттуда донёсся звон чашек и ложек. А Санька заскучал. Ну что почти взрослому человеку делать в детской библиотеке? Он взял с полки одну книгу, потом другую, третью… Из какой-то книги вылетела страничка. Без картинок, одни буквы.