Дождь осенний в весенний апрель.
Часовые пояса для меня – доро́ги,
И катаюсь я по ним часто, это хобби!
То теряю целый день, то в запасе время,
Разделилась на куски, тело моё – бренно!
Но пока колёса есть и метла со ступой,
Продолжаю я менять пояса без скуки!
Ночью спать уже давно научилась так же —
По–камчатски и ещё по–московски, дважды!
Часовые пояса для меня – дороги́,
Не теряйте, если что – я уже в дороге!
В городе П. весна:
Дождь вперемешку со снегом,
Просыпается всё, даже вулкан
Извергается серым пеплом.
Раскрываются небеса,
Слышу явно зов предков!
И не сплю, потому что весна
Просыпается с веткой вербы.
И клокочет внутри глубоко
Трубка мира, забитая сажей.
Очищается кашлем Земля,
Выдыхается боль серым пеплом.
День апрельский – то ветер, то дождь,
Расплескался закатом невиданным.
Невозможно глаза оторвать
От картин фантастических видами.
И летает туда и сюда
Вороньё над лохматыми крышами.
Верба ветвью стучится в окно,
Приглашая на улицу, видимо.
Снег растаявший паром висит,
Над Землёю – весенние сумерки.
Оживает природа от сна
Наконец–то оттаяла оттепель…
Фонари отражаются в лужах огнями,
Мне не спится. Сон для меня – уже роскошь.
Провожу ревизию жизни,
И чувства проливаются дозами —
Гомеопатически, изнутри наружу.
Здесь аптека вряд ли поможет,
Для меня лекарство – отливы…
На пустом берегу валяются трупы —
Я уже умирала, глупо, раз тысячу…
Подожду до прилива… Внезапно
Захотелось наполниться.
Закрываю глаза под утро.
Солнце! И Земля – всё ещё вертится!..
Парить над облаками
Могла бы, словно птица.
Мне крылья только снятся,
Я женщина, не птица.
Но взгляд всё время – в небо,
Мне нужно видеть звёзды.
Я на Земле на время,
И сердце в теле бьётся.
Земное притяжение
Притягивает взгляды.
На перекрестках знаки
Старательно читаю.
Сегодня вышло поле
Ромашковое, солнце…
Мне начало казаться,
Что всё же я на воле.
Из амальгамы выточены пломбы,
