Марина Павлова – Древолаз (страница 6)
– Ася, я так понял, что ты сюда надолго?
– Откуда?
– Так мамка твоя звонила моей. Говорит, может, в ЖЭКе есть место какое для тебя. Только там даже уборщиц уже не берут, забито все.
Ася прикинула, сколько времени она надевала кеды, плюс посещение уборной, плюс спуск по лестнице с третьего этажа. Плюс курение. И за это время мама уже обзвонила пол-Выборга.
– Ну так вот. А у меня есть для тебя работенка.
– Ну погнали клевать твоего полосатика.
С Толиком Ася училась в школе – с 1-го по 11-й класс. Они сидели за одной партой, их часто принимали за брата и сестру, хотя соседи по лестничной клетке иногда таковыми и становятся в маленьких городках. Вместе осваивали геометрию, вместе делали одинаковые ошибки в диктантах (Толик, конечно же, списывал у Аси). Он брал ее во все свои пацанские компашки, они играли в Рембо и Терминатора, в десять лет даже угнали «Запорожец» пьяного отца Толика. Ася не отставала от своих ровесников мужского пола, а в некоторых вещах даже преуспевала. Девчачья смекалка и сообразительность вперемешку с хитростью дали ей статус мелкой с мозгами. Так называли ее старшие ребята, в группировках которых Ася чувствовала себя вполне комфортно. В младших классах Ася общалась исключительно с мальчиками, девочек в упор не замечая. Иногда она меняла свои наклейки из жвачек на те, что были у других девочек, но дальше общение не продвигалось. Все изменилось в старших классах, когда приходилось вливаться в какие-то компании, и, как оказалось, многие девочки хотели заполучить эту странную Асю. К тому времени она уже успела выделиться: однажды дома у одного из мальчишек они опробовали машинку для стрижки и, естественно, на самой смелой из всех – Асе. Когда мама увидела результат, крики стояли на все Балтийское море. Единственный плюс в этом увидела бабушка Аси. Она сказала, что теперь можно сэкономить на шампуне. С тех пор Ася и полюбила короткие стрижки, хотя самостоятельно принять решение в выборе прически ей удалось только в 18 лет, когда она удрала от родителей в Питер.
Там она первым делом заселилась в общагу и побежала в парикмахерскую, где оставила копну волос и приобрела короткий ежик, кончик которого был выкрашен в фиолетовый. Ася очень любила родителей, они любили ее, но жить по своим правилам она любила больше всего на свете.
IX
Шестнадцатое апреля. Сегодня был день рождения Ритки Дроновой. Его погибшей напарницы. Денис это помнил, хотя всеми силами старался забыть. Возможно, очередной приступ был связан именно с этим. Появление отца Ритки Юрия Дронова стало триггером, который вернул Бухарина в прежнее скотское состояние. Машина плавно катилась по трассе, Денис постепенно успокаивался.
Свой очередной день рождения Ритка провела на работе. Как и предыдущие. С Денисом они пахали, не жалея себя, но это было в кайф. Однако полгода назад они попали в засаду. Подобные истории со следователями практически никогда не случаются, ведь их не зря называют канцелярскими крысами. И тем не менее в тот день произошел тот редкий случай, один на миллион. Бухарин и Ритка приехали к подозреваемому домой, хотя и этого они могли не делать. Но… Что сделано, то сделано. Вспышка – и мгновенная отключка. Потом приехали серьезные молчаливые ребята из ФСБ, затащили его в какую-то машину и увезли. Очнулся он на больничной койке с провалами в памяти. Вот только главного Денис не забыл: его любимая напарница погибла.
Сейчас нужно было навестить Олю – Риткину сводную сестру. Это был его долг. А потом – нажраться до блевоты в башне, и дальше будь что будет. Он знал историю двух сестер, которая поразила его до глубины души. Оказалось, что Дронов был еще тот кобель во времена, когда его спортивная карьера уже катилась к чертям и он решил заняться бизнесом. В лютые 90-е это был путь практически каждого уважающего себя и не очень мужика. Бо́льшая часть сходила с дистанции, но не Дронов. Он начинал с палатки, торгующей экипировкой для охотников, а в итоге дорос до владельца крупной торговой сети. Все российские олигархи начинали с палаток, почти все идут в политику, чтобы потом установить там свою очередную палатку. В итоге в выигрыше те, кто остановился на одной палатке. Но Дронов хотел этот мир изменить и пойти против течения с мутной водой.
Денис припарковался около пятиэтажки на улице Шверника. Тихий милый уголок сумасшедшей Москвы.
Прямо около подъезда он вдруг встал как вкопанный, покрутил в руках бутылку вина, купленную в «Рио», и вернулся в машину. Там же вынул мобильник из кармана и нашел номер телефона Оли.
– Привет. Не вовремя?
В ответ была тишина и приглушенный звук то ли телевизора, то ли фильма на ноутбуке.
– Привет, Денис.
– Погода – мерзость.
Оля не ответила, однако по характерному щелчку он понял, что девушка поставила чайник.
Сестра его погибшей напарницы жила одна, но Денис знал про нее довольно много. Хотя Олю нельзя было назвать общительной и открытой. Она была полной противоположностью своей сестры. Та была сорвиголова, и казалось, что она может вполне обойтись без сна и отдыха. Неизменный кофе в термосе, молочный шоколад и сменное белье на случай, если не удастся попасть домой.
– Мне кажется, что я уже не помню, что такое спокойно спать и не чувствовать эти проклятые накаты вот тут. – Денис стукнул себя в солнечное сплетение. Удар получился неслабым, и он закашлял. – В груди, короче.
– Это пройдет, если ты будешь ходить к специалисту и пить таблетки.
– Таблы помогут?
– Таблы, как ты говоришь, помогут. Но, во-первых, их нужно пропить курсом, а затем принять решение жить без них. Но чтобы жить без них, нужно начать репетировать эту жизнь прямо сейчас.
Денис улыбнулся:
– Что нужно делать?
– Займись медитацией, йогой. Плавай.
– Оля, из меня такой же йог, как из моей жены доктор наук.
Оля промолчала, а Денис засмеялся сам своей глупой, как ему показалось, шутке.
– Чтобы научиться медитировать, необязательно быть йогом. И вообще: медитация – это осознанность. Когда ты в последний раз останавливал работу своего больного мозга? М-м?
– Так если я его остановлю, то всё – считай, трупец. Как можно не думать в принципе?
– Можно и нужно. Особенно тебе с твоей проблемой.
Денис ковырял пальцем руль. Он понимал, что разговор сейчас себя исчерпает.
– Ты где? – спросила она неожиданно для Дениса, и он почувствовал, как необычное тепло растекается по всему телу.
X
Толик и Ася сидели на берегу Финского залива недалеко от дачного поселка Цветущий Мыс. Любимое место Аси, где она проводила много времени в одиночестве или строила шалаши со своим лучшим другом Киселем. Он появился в ее жизни в тот момент, когда мальчики перестают дергать девочек за косички и уже более внятно и адекватно заявляют о своих симпатиях. Папа нашел на чердаке старый фотоаппарат ФЭД, у которого не работал затвор, но починить не смог. На работе ему подсказали: у одного из рабочих есть племянник, который может починить даже ракету. Отец отдал сломанный фотоаппарат и через пару дней получил работающий и почищенный. В коробке рядом с «пациентом» лежал какой-то сверток. Для Аси он оказался одним из лучших сюрпризов в жизни.
– Это что за лупа? – спросил отец, не понимая странной радости дочки, крутящей туда-сюда какую-то штуковину.
– Это «рыбий глаз». Сверхширокоугольный объектив с целенаправленно увеличенной дисторсией.
Отец якобы понимающе закивал и хихикнул.
– Что смешного? – спросила Ася.
– Мы раньше девок не так на свиданки приглашали. Не с помощью рыбьих глаз.
Отец продолжал смеяться, а Ася уже мучилась другой проблемой: где достать насадку на объектив, который бы сделал ее фотоаппарат единым целым с сюрпризом от странного незнакомца.
Но сейчас рядом с Асей был не Кисель, а Толик. Тот довольно почесал живот и прищурился. Перед ними, как в детстве, валялись пустые пакетики от желтого полосатика, по центру стояла литровая бутылка пива. Толик дожевывал плоскую рыбу, Ася курила и смотрела на проплывающую мимо баржу. Она думала о том, что в Выборге очень странные названия улиц: 1-й Апельсиновый тупик, 1-й Забавный тупик, 1-й Лунный проезд, 1-я Чародейная улица, 1-й Сказочный проезд… Искать логику Ася любила, но сейчас на это не хватало ни сил, ни желания.
– Короче. – Толик стряхнул плавники с джинсов и вытер руки о майку. – Мы же женимся с Юлькой. Так вот. Фотограф нужен. – Ася молча затянулась. – Короче, деньгами не обижу. Все как на рынке.
Судя по всему, у Толика дела и вправду шли неплохо.
– Сейчас на любой телефон можно снять как на зеркалку и даже лучше. Попроси шафера.
– Аська, ты как обычно. Гундишь не по делу. Тебе бабки нужны? Мне нужны фотки, и чтоб перец или перчиха с большим болтом носились между гостями. Хочу, чтоб как у всех, ясно?
– Ясно. Я подумаю. Но у меня нет портфолио свадебного. Вдруг твоя Юлька захочет посмотреть?
Толик отпил из литрухи, вытер губы рукавом.
– Юльке не до этого. Там с плодом чё-то. Пусть об этом думает.
Ася покосилась на будущего папашу, и ее передернуло.
– Чё, холодно? Ну пошли.
– Ты иди. Я посижу еще.
Толик встал, взял остатки пива.
– Ну, до связи. Заходи, мы у мамки моей живем, соседи ж. Давай.
Ася обожала фотографировать и мечтала, что это хобби станет ее профессией. Она любила совмещать свои увлечения, делать из них микс счастливой жизни. Иначе зачем жить, если идти на постоянные компромиссы? К этой мысли она пришла в 11-м классе и решила, пора заняться поиском работы, а не просиживать штаны на скучных уроках.