Марина Павлова – Древолаз (страница 39)
– Отец Игоря… Он был спортсменом?
Сорокин продолжал смотреть в стену, и только рука так крепко сжала нож, что побелели костяшки пальцев.
– Биатлонистом.
LVI
Впервые в жизни Ася шла на работу с таким энтузиазмом. Он, правда, был связан отнюдь не с должностными обязанностями, хотя фотографировать ей нравилось. И безликие интерьеры псевдомодных клубов для раздела о ночной жизни, и очередные авторские супероригинальные бельгийские вафли или веганские капустные котлеты для рубрики о еде. Хотя сейчас, конечно, дело было в другом. После рассказа Алекса Ломова Ася непременно решила проследить за Ириной Дмитриевной и Бобиком. История с мобильником убитого Яшина выглядела подозрительно. А главные ее герои – под носом. Вывод напрашивался сам: Бухарин точно не сможет узнать больше, ведь все-таки Ася – сотрудница, перед ней открыты все двери офиса. Ну или почти все.
Была пятница, и капризное питерское солнце светило вовсю, будто намекая горожанам: хватит просиживать штаны в офисе, отправляйтесь на прогулку! Петр I построил для вас целый город – прекрасный, величественный и мрачный, особенно если вспомнить Достоевского и его «Преступление и наказание». Ася тряхнула головой, отгоняя мысли. «Сосредоточься!» – приказала она себе, открывая дверь офиса.
Стоило ей зайти, в нее вцепились длинные розовые ногти Спичкиной.
– Наумова, опаздываешь! Давай быстрее, у нас срочное совещание!
Она потащила Асю в переговорку, где уже восседала в центре стола Ирина Дмитриевна, а сбоку, словно верный вассал, робко примостился Бобик.
Сотрудники разложили блокноты и ежедневники, кто-то нервно грыз ручку, кто-то рисовал абстрактные каракули на листах. Всё как обычно. За исключением повода для встречи. Ася села на свободный стул, ощущая на себе тяжелый взгляд владелицы издательского дома.
– Во-первых, товарищи работники, хочу сделать всем выговор за регулярные опоздания.
Вялая корректорша, похожая на училку, открыла рот, словно рыба, выкинутая на берег, но Ирина Дмитриевна подняла ручку и пару раз щелкнула ею, давая понять: всем, кроме тебя. Корректорша закрыла свой рыбий рот и погрузилась в обычную для себя полудрему.
– Во-вторых, продажи идут из ряда вон плохо. Это, конечно, отразится в первую очередь на процентах менеджеров, но если дело так пойдет и дальше, то мы не сможем выплачивать зарплаты в полном объеме.
– А мы при чем? – спросил с вызовом литредактор, смахивая со лба свою вечно немытую челку. – Они продавать не умеют, а мы должны страдать?
Ирина Дмитриевна посмотрела на литредактора уставшим взглядом.
– Дорогуша, они не могут продать то, что вы не можете качественно написать. Темы ваших статей – кошмар. Это было актуально лет десять назад.
– Ну так и формат был актуален лет десять назад, – пискнул молоденький корреспондент, натянув воротник водолазки на кончик носа.
Спичкина закатила глаза, ожидая мгновенного ответа начальства, а остальные притихли, делая вид, что не имеют отношения к этому глупому малолетке. Ася наблюдала за присутствующими, размышляя о том, куда она дела визитку хозяйки похоронного агентства для животных. Судя по всему, скоро придется искать новую работу.
– Значит, так, – сурово заметила Ирина Дмитриевна, постукивая пальцами, унизанными дорогими кольцами, по столу. – К концу рабочего дня жду от редакции новый контент-план. От отдела продаж – ваши идеи по спецпроектам и привлечению клиентов. И в-третьих, не вздумайте трепаться о смерти Яшина с прессой! Дурная слава ни к чему. Рекламодатели в очередь к нам не стоят. И думайте, что говорите следователям! – Она почему-то выразительно покосилась на Бобика. – Не сто́ит рассказывать им все, что надумали.
Ася будто очнулась. Очень интересная реакция начальства на смерть ведущего сотрудника, ничего не скажешь. Никаких соболезнований и выражения скорби на лице, и главное – почти что запрет на общение со следователями. А как же правосудие? Или это относится только к Бобику, который что-то знает?
Пока Ася размышляла, совещание закончилась. Недовольно перешептываясь, из переговорки выходили менеджеры и редакторы. Последней – задумчивая Ася, за которой Ирина Дмитриевна многозначительно закрыла дверь, оставшись наедине с Бобиком.
– Ты идешь? – потянул Асю за рукав неожиданно материализовавшийся рядом Кирилл. – Хорошо, что нам не надо ничего сочинять, никаких новых гениальных идей. Предлагаю выпить кофе в тишине.
Тут Асю осенило:
– Слушай, надо поговорить, – шепотом сказала она и торопливо пошла в сторону выхода, пользуясь тем, что все были слишком заняты поручением начальства и не обращали внимания на незадачливого фотографа и сисадмина.
Они вышли из офиса и отправились в небольшую кофейню, коих развелось в последнее время в Питере какое-то неимоверное количество. Ася взяла крепкий американо без сахара, а Кирилл – неожиданно – ванильный латте. Неторопливо идя по улице, словно и не рабочий день вовсе, они молча пили кофе. Ася решила прощупать почву:
– Тебе не показалось, что Ирина Дмитриевна вела себя сегодня странно?
– Ты о том, что она хочет понизить зарплату всем за косяки рекламного отдела? Или о том, что по неизвестным причинам совсем не расстроена гибелью своего главного редактора?
– Первое, конечно, мне не нравится. Но я о втором. Ладно Бобик, ему это было выгодно. Ну а ей-то совсем нет! Или все-таки да? Может, они в сговоре?
– Странно, да, – пожал плечами Кирилл. – Но что тут поделать?
– А я как раз знаю что! – воодушевилась Ася. – Ты кто? Сисадмин! Если ты копаешься в компьютере сотрудника, это нормально. Верно?
– Верно, – согласился Кирилл. – Но зачем нам это надо?
– Так давай проверим, что не так с Бобиком, а может, еще и узнаем, что он обсуждает с Ириной Дмитриевной прямо сейчас! А если он убийца, а мы с ним работаем в одном помещении? А вдруг завтра его выбесит Спичкина и мы найдем уже ее хладный труп? – подливала масла в огонь Ася.
– Тьфу, да ну тебя! Тоже выдумаешь. Но вообще, конечно, история мутная…
– Вот именно! Вдруг мы спасем чью-то жизнь! Или в крайнем случае SPB-Life!
– Ладно, уговорила, – согласился Кирилл. – И каков план?
LVII
День был в разгаре, солнце безжалостно палило, а в электричке истерично орал какой-то псевдорокер, обрывая струны на треснутой гитаре. Бухарин ехал к Оле, надеясь получить у нее ответы на многочисленные вопросы после посещения отца убитого Игоря Сорокина. Денис знал, что отец его напарницы был тот еще кобель, который прижил на стороне дочку. Но чтобы еще и сына? И знала ли Ритка обо всем этом? А Оля? Голова Бухарина раскалывалась на части от недосыпа, алкоголя и беснующихся мыслей. Больше всего на свете он хотел рухнуть лицом в подушку и проспать не меньше тридцати часов. От препода по медицинской подготовке он слышал, что человек, который не спит больше двух суток, начинает видеть то, чего нет. Галлюцинации. Сейчас все происходящее казалось Денису какой-то выдумкой или дурным сном. В совершенно постороннюю историю чужих людей внезапно вплетались близкие. Это наводило ужас (хотя Бухарин был не из разряда пугливых) и походило на какую-то хитроумную игру. Как будто кто-то кого-то хотел подставить. Юрий Дронов играл на высоком уровне. Вполне возможно, чьи-то скользкие ручишки пытались его утопить. И не был ли это тот, кого Денис даже по имени не хотел называть? Отставной генерал ФСБ, напрямую угрожавший ему подставить Олю, если Бухарин не оставит Вику в покое и не уедет из Москвы навсегда?
Бухарин весь вспотел, пока протискивался на «Комсомольской» в вагон, набитый до отказа. Ему удалось занять место в самом углу и почти полчаса подремать под убаюкивающий стук колес поезда.
– Следующая станция – «Кропоткинская».
Бухарин открыл глаза. Людей в вагоне стало на удивление меньше. Можно было увидеть, что происходит за окном поезда, и глубже вздохнуть. Денис хотел закрыть глаза, но вдруг его взгляд привлекла фигура. Она вышла из вагона и пошла по платформе, слегка сгорбившись и откинув вьющиеся каштановые волосы назад. Денис дернулся, точно его ударило током. Сидящая рядом старушка покосилась на него и чуть отодвинулась в сторону.
– Ритка?..
Денис едва шевелил пересохшими губами и щурился, словно ему в глаза светили мощным фонарем.
– Бред.
Наверное, препод по медподготовке был на все сто процентов прав. Галлюцинация. Просто похожая на Ритку женщина. Просто другая женщина.
Выйдя на «Спортивной», Бухарин перешел на центральное кольцо и запрыгнул в поезд до «Крымской». Сегодня он будет ждать Олю до победного, благо около нее есть торговый центр, где можно поесть и наконец расслабиться на мягком диванчике на фудкорте. Прислонившись лбом к холодному стеклу, Бухарин вспомнил Асю. Странная барышня с огромным стадом тараканов в короткостриженой голове. Он таких видал, но никогда не обращал внимания. Ему казалось, что это какие-то непонятные существа, заброшенные инопланетянами на планету, где им совсем не место. Но нельзя было отрицать тот факт, что они обладали особым интеллектом и ви́дением мира. Как будто у всех нас есть шоры, а они видят окружающее абсолютно свежим и непредвзятым глазом.
– Денис?
Бухарин обернулся и увидел Олю. Она стояла на платформе в черных очках и салатовой ветровке. Он почувствовал, как сердце начинает биться быстрее.