Марина Павельева – Реванш отвергнутой герцогини драконов (страница 6)

С другой стороны, насколько затянется разводный процесс – неизвестно. Не в лесу же хижину строить. Так что родной дом нужен, как ни крути.

- Вы же ничего не теряете, - подтолкнула Катя к принятию решения молчавшего толстяка, который нервно перебирал пальцами по ручке трости и кусал нижнюю губу.

Да, хотелось бы разговор с ним отложить. На недельку хотя бы. Но Катя прекрасно понимала – как только начнет просить перенести сроки, они наоборот могут урезаться. А этот боров упрется своими рожками и начнет талдычить про семнадцать сорок следующего дня. Не-не, такого не надо. Поэтому выход один – чуть-чуть перенести время встречи, уверенно так, чтобы у толстяка не создалось впечатление, что Катя юлит.

К тому же у нее давно выработалась привычка ставить конкретные даты, чтобы вовремя выполнить заказ, но не торопясь. Чтобы не рисовать как взмыленная лошадка, отчего арты получаются криво-косо и с руками персонажей, у которых по шесть и более пальцев (так искусственный интеллект болванки порой генерирует).

- Хорошо, до полуночи, - кивнул с серьезным видом мужик. Затем усмехнулся, покачав головой. – Вам явно на пользу пошла столичная жизнь, Катрин. Вы изменились. От наивной девочки не осталось и следа, - переступил с ноги на ногу. – Впрочем, я могу ошибаться. Заговор против герцога вы как-то ведь учинили, - развернулся и зашагал к воротам, не прощаясь.

- До завтра, - хотела сказать ему вслед Катя, но не стала. Подошла к зеркалу, которое стояло боком и толстяка не видело, скорчила противную мордашку и сказала появившемуся отражению. – Час от часу не легче.

- Судя по голосу, это был барон Карилидис, - сразу же заговорила Ниртак. – Наш сосед и очень опасная сволочь.

- Я заметила, - вздохнула Катя, еще раз посмотрела на удалявшуюся спину, мысленно пожелала ее владельцу споткнуться и расшибить башку и фыркнула. – Видно, что гад. Потом про него расскажешь. Завтра целый день на обдумывание, так что время есть. Нир, слушай, а моя… то есть… пусть будет моя. Где в доме моя спальня? Надеюсь не в том крыле с обвалившейся крышей? – мотнула подбородком вправо.

- Не, не там, - ответила Ниртак. – То крыло после смерти твоей матери совсем не ремонтировали, поэтому вы с отчимом жили в левом. Он считал, что не стоит тратить деньги зря, и поселился на втором этаже, а ты на первом в каморке за лестницей.

- В каморке? – удивилась Катя.

- Ты сама туда сбежала, чтоб подальше от папаши.

- Он что, приставал?

- Не. Не то. Просто ты его ненавидела. А так-то он приличный мужчина был, маму твою любил и тебя в какой-то степени… наверное. Хотя… в общем, не знаю. Чужая душа потемки. Но был он очень нудным и жадным. Экономил на всем, пытаясь разбогатеть. И пока являлся твоим опекуном… короче, уже знаешь, оставил тебе свои долги.

- Понятно, - кивнула Катя. – Грустно это. Бедная Катрин, - снова пожалела свою предшественницу. – С долгами завтра. А сейчас идем налево.

- Да. Упрешься в центральную лестницу и перед ней повернешь туда, - Ниртак махнула рукой, показывая себе за плечо. – Первая дверь. Там тоже перед отъездом к дракону ты запирала, так что кровать и прочая обстановка никуда не делась. Отчим взломать замок не смог бы, если только к колдунам не ходил. Но я думаю, вряд ли. Ему денег на них жалко было. Всегда. Даже в библиотеку Амирансы ни разу не сунулся, потому что знал, поживиться там кроме книг нечем.

- Тогда идем, вечереет, - обрадовалась Катя, что Катрин позаботилась о своем возвращении.

А вот интересно, знала она, что ее заговор (надо бы эту тему с Нир обсудить) откроется, и ей придется вернуться домой не солоно хлебавши? Скорее всего, опасалась, что может открыться, и подстелила соломки. Молодец. Следовательно, можно как-нибудь на ночлег устроиться, даже если в спальне не окажется перины, а лишь железная сетка. Пофигу. Накидать на нее пышных платьев из чемодана и на них лечь. Главное – чтобы ниоткуда не дуло, а с крыши не текло.

Катя решительно дернула за ручку двери, и та с натужным скрипом открылась. А затем в нос пахнуло спертым воздухом, пылью и неприбранной стариной. Но это уже не пугало. Собрав вещички, девушка двинулась в дом и с легкостью нашла дорогу к спальне, обогнув широкую мраморную лестницу. Та была массивной, с потертыми серо-белыми ступенями и упиралась в стену, где раздваивалась на две боковые лесенки поменьше, ведущие в обратную сторону на второй этаж.

«Красиво», - отметила Катя, но разглядывать остальное оставила на утро. Поэтому прошагала по темному коридору до первой двери и приложила к ней руку. Искорки посверкали. Замок щелкнул. И хозяйка… да, теперь она здесь хозяйка… попала в так называемую каморку.

- Не такая уж она и каморка, - присвистнула Катя, оглядывая довольно большое помещение с двумя высокими прямоугольными окнами. – В нашем мире такими бывают целые квартиры, которые студии в двадцать квадратов. Лично у меня такая. Так что можно сказать, в моей жизни мало что изменилось, - улыбнулась зеркалу, найдя для него подставку на письменном столе, с одной тумбой под ящички.

- Да? – удивилась Ниртак, которая тут же отозвалась, подтверждая тем самым Катино предположение, что девушка в зеркале совершенно не любит молчать. – Такие домики крошечные? Как у гномов?

- Ха-ха, не-а, не такие. Дома-то как раз огроменные. В девять, пятнадцать, двадцать пять этажей.

- Зачем столько?

- Чтобы людей больше влезло. А вот каморки в них крошечные, - Катя поставила остальную поклажу в левый от входа угол и радостно плюхнулась попой на заправленную по всем правилам кровать. – Красоточки мои, - погладила ладошкой три поставленных в изголовье туго набитых подушки в белых наволочках. – Перинка. Ура! – попрыгала, проверяя ее мягкость.

- Ты как маленькая, - Ниртак ухмыльнулась. – И сейчас очень на Катрин похожа.

- Да я просто в первый раз за сегодняшний день расслабилась. И обрадовалась, что нормально на нормальной кровати высплюсь, - Катя провела рукой по молочного цвета покрывалу из какой-то плотной ткани, напоминающей тафту и приятной на ощупь. – Сейчас залезу под одеяло и…

Ее прервал странный жужжащий звук.

«Это жжж неспроста», - успела она подумать, как перед ее лицом возник из воздуха, материализовавшись, маленький листочек бумаги, который держали в лапках… зеленые перламутровые светлячки. Они кучно облепили края, стрекотали раскрытыми крылышками, сияли как фонарики желтыми брюшками и с серьезным видом пялились черными глазами-бусинами на Катю.

- Тебе письмо, - сообщила Ниртак. – Ну-у, давай же быстрее, ой как хочется узнать, что там и от кого, - в зеркале, самое интересное, жуки почему-то не отразились, поэтому девушка с той стороны прильнула к стеклу и даже по нему поскребла ногтями от нетерпения. – Хватай уже, видишь, эти сердятся.

- Угу, беру, - Катя осторожно двумя пальчиками взялась за середину записки, стараясь не касаться насекомых. Не из-за того, что боялась их, а боялась спугнуть.

Но как только светлячки почувствовали это, тут же разжали лапки и осыпались на стол рядом с зеркалом. Затем сбежались в кучку и, похоже, о чем-то заговорили. Или просто зашуршали, но какой-то тихий звук определенно издавали. Может, жаловались друг другу, что новая клиентка оказалась непонятливой и заставила их работать сверхурочно. Представив это, Катя хихикнула.

- В банку, в банку их соскреби, а то разлетятся, - посоветовала Ниртак. – Банка в столе в нижнем ящике, - постучала указательным пальцем по своей столешнице.

Что Катя и сделала. Положила записку, выдвинула ящик, самый большой из четырех, и обнаружила там прозрачную емкость, примерно трехлитровую с широким горлом, закрытую сетчатой крышкой. Не пустую. На ее дне сидели другие светлячки, разбившиеся по трем кучкам и тут же принявшиеся девушку разглядывать.

- Их по одному собирать? – спросила она у Ниртак, открыла крышку и поставила посудину на стол, не зная, как подступиться к копошащимся рядом насекомым.

- Я же сказала, соскреби. Ой, бестолочь. Сдвинь банку к краю. Под столешницу. И ладонью их всех туда.

- А-а, ясно.

Аккуратно смахнув зеленую толпу, Катя увидела, как новички приземлились на дно и дружно побежали знакомиться с прежними постояльцами. Ну, это она так придумала. Чем на самом деле занимались жуки – не понятно. Но вскоре хаотичное движение прекратилось и кучек стало четыре. Сразу же несколько десятков черных глаз снова уставилось на нее.

- Они кушать, наверное, хотят, - предположила Катя. – А чем их кормят-то? – озадачилась новой проблемой.

- Кого? – удивилась Ниртак. – Светляков что ли? – догадалась. – Они же магические. Ах да, ты ведь не знаешь, - спохватилась, что хозяйка плохо ориентируется в новом мире. – Они магией питаются, а она тут везде. Пронизывает пространство, - явно из какого-то учебника по мирозданию завернула, уж слишком научно получилось. – В общем, когда надо, их оттуда вытащишь, - ткнула пальцем в банку, - и отошлешь кому надо, перед этим загадав получателя и мысленно его представив.

- Так просто? А откуда они мои мысли… ах да. Они же магические, - улыбнулась Катя своему отражению, скорчившему мордаху «какая же ты бестолковая». Закрыла крышку и убрала банку на место. – Читаем? – наконец-то добралась до таинственного письма, развернула его, разгладила и вгляделась в написанные темно-синими чернилами витиеватые буквы.