Марина Орлова – Сломанные вещи. Книга 2 (страница 11)

Корал подходит ко второму зеркалу, садится на корточки, широко разведя колени, разрезает – и латекс, и кожу на внутренней поверхности бедра, – с всхлипывающим стоном тянет материал, медленно разрывая его и открывая трусики. Проводит ладонью по порезу, растирая кровь, пачкая ею бельё, несколько раз гладит между ног, а затем прикладывает пальцы к зеркалу чуть ниже уровня лампочек. Закусив губу, призывно смотрит на своё отражение и возвращается к центру сцены. Вскоре латексный костюм повисает лохмотьями, а на теле прибавляется размазанной крови.

Наступает черёд кожаного кнута. Корал протягивает длинное кнутовище между ног, двигает бёдрами, потираясь об него, а затем обвивает себя ремнём, перетягивая грудь. Ещё несколько движений – и кнут обвивает шею туго, до потемнения в глазах. Движение – и ремень громко хлопает, оставляя красную полосу поперёк бёдер. Корал вскрикивает – от боли, конечно, но и от удовольствия. Нет, она не возбуждается от этого, зато боль приносит ей долгожданный покой. К сожалению, где-то глубоко внутри смелой и сильной Корал продолжает жить моя вина, которую способны искупить лишь обжигающие, оставляющие яркие следы удары.

Сегодня зеркало номер два удивляет: вспыхивает зелёными огоньками, под потолком раздаётся краткий звук привата. Клиент был с ней весь сеанс, потратил кучу денег – значит, ему действительно нравится шоу. Корал даже жалеет, что не имеет расписания, – может, клиент пришёл бы ещё раз именно в её смену.

Теперь, когда остальные зеркала закрылись, начнётся самое интересное. Корал игриво улыбается зеркалу номер два – даёт понять, что знает их общий секрет и хочет этого так же сильно, как и человек по ту сторону, – быстро срезает с себя остатки латекса, подходит к столику в центре комнаты и берёт нож средней длины.

В отличие от комнат второго уровня, где девушки встречаются с клиентами лицом к лицу, в помещениях первого уровня камер нет – ни на сцене, ни в отсеках клиентов. Абсолютная интимность, специальный товар «Asylum». Что ж, посмотрим, как далеко она заведёт нас сегодня.

***

После сеанса в «Психушке» я всегда чувствую себя потрясающе. Напряжение в кои-то веки уходит, тело расслаблено, в голове – тишина. Все грехи отпущены, и я могу жить дальше – хотя бы какое-то время. Пока снова не соберу груз ошибок и чувства вины.

Плюнув на брезгливость, утомлённо прислоняюсь к стене душа. Пощипывание дезинфекции на порезанной коже приятно бодрит. Даёт ощущение, что ты жива.

Обсохнуть. Обработать порезы. Одеться. Вызвать такси. Сейчас мне совершенно не хочется метаться с пересадками, так что плевать на правила: за двойную плату таксист соглашается довезти до Нового Города. Собственно, это не запрещено законом, просто не принято.

Несколько кварталов пешком. Лифт. Наконец-то добравшись до дома, бросаю сумку на пол прихожей и сама опускаюсь возле стены, прикрыв глаза. Боги милостивые, как же хорошо… Кажется, что я могла бы заснуть прямо здесь.

Звук приближающихся шагов.

– Вызвать врача? – судя по близости голоса, Син присел возле меня.

– Всё нормально, – язык заплетается, а губы непроизвольно растягиваются в улыбке. – Разве ты не чувствуешь, как мне хорошо?

– Ты что-то принимала? Я не заметил.

С наслаждением вздохнув – даже воздух кажется вкуснее, все запахи ярче, и его запах рядом, – поднимаюсь с пола, держась за стену.

– Если ты про химию, то нет. Расслабься, всё нормально.

Лениво заплетаюсь ногами в сторону спальни. На пороге оглядываюсь на Сина, провожающего меня взглядом, и, во внезапном порыве озорства, посылаю ему воздушный поцелуй.

После «Психушки» самое лучшее – заснуть. И даже снотворное не нужно.

28 НОЯБРЯ. СРАВНЕНИЕ НЕ В МОЮ ПОЛЬЗУ

40.

Просыпаюсь только к полудню. Мышцы приятно ломит, а вот правое бедро, кажется, потянула. Оглядываю себя в зеркале. Волосы стильно взлохмачены, улыбка мечтательная – сегодня мне нравится, как я выгляжу.

Вот только Сина нет, и оценить этот факт некому. Ладно. Не страшно. В душе я напеваю, а на кухне включаю радио и пританцовываю, даже не опасаясь, что Син увидит это, как в прошлый раз. Боги милостивые, спасибо вам за «Психушку»!

Набрав фруктового печенья и сырных гренок, заваливаюсь на кровать в спальне и включаю кино. Наслаждаюсь покоем, сегодня текущим в крови.

Однако вот уже и вечер, голод вытаскивает меня на кухню, а Сина всё ещё нет. Странно. И непривычно скучно.

Схожу к Джанки, он уже должен проснуться.

***

В прошлый раз мы с Сином лезли в окно только для того, чтобы избежать уличных камер, а вообще-то у меня есть и допуск, и ключ от входной двери. С годами сложилось так, что я имею право приходить в любое время. Раньше звонила и предупреждала, но Джанки сказал, что у друзей подобные церемонии не приняты. Друзья просто приходят.

Однако чуть я делаю шаг в прихожую, как из глубины квартиры доносится кокетливое женское щебетание: «Джанки, ты такой шаристый…». Ой, вот это неловко! В панике отступаю назад, взмахиваю рукой, чтобы нащупать дверь, – и задеваю декоративную корзинку на тумбочке.

Тяну руки в надежде поймать зашатавшуюся корзинку, но куда там, не с моей ловкостью!

Мгновение – и она грохается, рассыпав по полу содержимое. Женский голос тут же смолкает. Проклятье!

Не придумав варианта получше, захлопываю входную дверь со всей силы, громко откашливаюсь и повышаю голос:

– Дэ-э… – Слишком поздно соображаю, что нельзя озвучивать настоящее имя. – …Э-эй, ты дома?

Присев, торопливо собираю с пола пыльную мелочёвку. Всё это осталось от прежних хозяев, более того, корзинка стояла на этой самой тумбочке, когда я пришла сюда в первый раз, по объявлению о продаже.

Тишина. Что они там делают, одеваются? Может, уйти?

Шорох шагов. Дэн непривычно смурной: руки в карманах, взгляд исподлобья.

– Хэй.

– Привет. Я не вовремя?

Вслед за ним из коридора показывается девушка, оглядывает меня с явной неприязнью. Короткие ярко-рыжие волосы, веснушки, хищные «стрелки». Хотя в квартире не так уж жарко, на ней короткие чёрные шорты, чёрные же гольфы и белая майка, завязанная над пупком. Взгляд непроизвольно цепляется за просвечивающие сквозь ткань ареолы и дерзко торчащие соски, хотя почему-то мне кажется, что торчат они от холода. Аж самой хочется поёжиться.

Наконец-то собрав всё, поднимаюсь и ставлю корзинку на место.

– Я лучше зайду в другой раз.

Девушка с ожиданием смотрит на Джанки, но тот бурчит:

– Не, мы всё.

Поджав губы, она злобно зыркает на меня и снимает с вешалки куртку. А я, наоборот, торопливо скидываю ботинки и делаю шаг к Дэну. Он, избегая моего взгляда, кивает в направлении кухни, куда я и уношусь, захлопнув за собой дверь.

От растерянности даже не могу сообразить, куда сесть. Первым делом смотрю на чёрное полукресло у двери – оно мне тоже нравится, потому что в углу, – но это вообще-то место Джанки, он сейчас придёт. Табуретка посередине отодвинута, словно у Дэна были гости. Не хочу, она жёсткая, без спинки, неудобно. Остаётся второе полукресло, серое без подлокотников. Обычно я именно его и занимаю, хотя не люблю: обивка грубо-синтетическая, а за спиной небезопасное окно.

Уф, какая неловкая сцена получилась! Я иногда натыкалась здесь на заказчиков, но это всегда были мужчины. А, нет, как-то раз была женщина, но обычная, не порно-звезда. А сейчас – очень неожиданно. Я и не думала, что к Дэну такие красотки ходят. Даже неприятно: я, без макияжа и в обычной одежде, на её фоне выгляжу замухрышкой. Неудивительно, что Джанки никогда ко мне не подкатывал.

Через некоторое время Дэн появляется на кухне, раздражённо падает на своё кресло и, по-прежнему не глядя на меня, закуривает. А цепи-то на руке нет! Точно я прервала их на чём-то интересном.

Так что я жизнерадостно начинаю:

– Фига ты звезда! Когда свадьба?

– Она по шлыге.

– Ты прекрасно знаешь, что такой ответ меня не устраивает.

– По. Шлыге, – Джанки щурится предупреждающе.

– Что, серьёзно?.. – тяну я разочарованно.

– Аха, – он сосредоточенно ковыряет ноготь.

– Да ладно!.. «По шлыге» так не одеваются, я что, твоих клиентов не видела? Из самого Порта видно, что она тебя хочет. И что тебе не так?

Он угрюмо бурчит:

– Я детей не трахаю.

– Да какие она «дети»! – я возмущённо закатываю глаза. – Точно совершеннолетняя.

– А по мозгам…

– Ага, ну ты хватил – по мозгам! По мозгам некоторые и в пятьдесят «дети». Она же красотка! Грудь классная. Ноги… Живот вообще офигенный! Что тебе ещё надо?

Но Дэн только морщится в ответ.

– Так, посмотри на меня, – я тяну его за рукав рубашки. – Не, в глаза. Скажи, что ты её не хочешь.

Аккуратно отцепив мои пальцы от своего рукава, он снова отводит взгляд и тяжело вздыхает.

– Бля, хочу, ясен хрен. Я ж не железный.

– Так и в чём проблема? Ладно я с кучей тараканов, но ты-то?

Он насмешливо хмыкает.