Марина Орлова – Сломанные вещи. Книга 1 (страница 6)
Но тут он наклоняет голову, и на правое плечо ложатся длинные волосы – оказывается, они собраны в высокий хвост. У меня в голове картинка щёлкает, встав на место, и я изумлённо выпаливаю:
– Ты робот!
Голос-в-голове страдальчески морщится: Лета, что ты несёшь?! Это мужик с офигенно сексуальным голосом, и любая нормальная девушка уже начала бы срывать с себя одежду. Но ты – решила обозвать его роботом? Да уж, отличный способ познакомиться, он запомнит этот идиотизм.
Ну да, сейчас-то всё очевидно: он действует сам по себе, поддерживает диалог… Даже экспериментальная модель, более продвинутая, чем стандартные роботы – предсказуемые, функциональные, нуждающиеся в командах людей, – не будет настолько похожа на человека.
Да это даже внешне понятно: он выглядит уставшим и небритым пару недель. С какой, вообще, стати я решила, что тот мужчина, который помог мне два года назад, является роботом? Ну, я не нашла его фотографии ни в списке постояльцев гостиницы, ни в списке сотрудников военной базы… Но это ничего не доказывает, у него мог быть гостевой пропуск. И да, у него хорошая физическая подготовка и быстрая реакция, но это, наверное, обычно для военных, я просто не сталкивалась и не знаю. По ходу, я снова феерично облажалась. Тупица. Ещё и ляпнула эту чушь прямо ему в лицо. Но что он делает здесь, в заброшенной квартире?
– Нет, то есть… – я нервно хихикаю. – Извини. Я просто… Ну, я видела тебя недолго и подумала…
Он выключает фонарик и возвращает мне пистолет.
– Я не понимаю. Что именно ты подумала?
– Ну… – От неловкости я принимаюсь запихивать шокер в кобуру, не обращая внимания на боль в плече. – Там было сообщение о пропавших роботах, и я почему-то решила, что ты – один из них.
Тот же ровный тон:
– Если в этом сообщении говорилось о боевых андроидах серии четыреста одиннадцать, то я – один из них.
Я изумлённо пялюсь в темноту, скрывающую его лицо. Серьёзно?!
– Но тогда… Почему ты не уходишь? Полиция скоро будет здесь.
– Какое тебе дело до этого? И почему
– Так какого хера ты тут сидишь?!
Его голос звучит по-прежнему равнодушно:
– А где я, по-твоему, должен сидеть?
Ну да. Очевидно, ему некуда идти.
– Слушай, я… – щёки становятся горячими, но я всё-таки решаюсь: – На самом деле я здесь потому, что искала тебя.
– Зачем?
– Ну… Ты мне жизнь спас. Хочу вернуть долг.
Он молчит пару секунд.
– Я только что сказал, что я боевой андроид. Если вдруг ты не расслышала. У тебя не может быть долга передо мной.
– Почему? Ты мне помог. Значит, я должна помочь тебе. Разве не так?
– Это социальные правила. Для людей. А я – не человек.
– А, ты об этом.
Я окидываю взглядом его тело в приглушённом свете уличных фонарей. Вполне человеческое. Я бы даже сказала, сексуальное – вот это сочетание массивности с расслабленной позой… А если добавить его голос… Ну, лицо не совсем в моём вкусе, не люблю я морды кирпичом и всю эту суровую брутальность, но в целом…
Голос-в-голове бормочет: Так что, раздеваться-то будешь?
Кхм! Лета, хватит мечтать, времени мало.
Деловито продолжаю, надеясь, что мужчина – нет, это же робот – не обратил внимания на паузу в моей речи:
– По-моему, это неважно. Ты мне помог. И мне кажется, я могла бы помочь тебе.
– Маловероятно.
Голос-в-голове фыркает: Что за презрительная интонация?! Ты его искала, носилась по Району, рисковала жизнью, в конце концов… А ему плевать?!
Я агрессивно повышаю тон:
– Сразу отказываешься?
– Хорошо, – он вздыхает так тяжело, словно успел устать от жизни дважды. – Как именно помочь?
Так, а вот теперь нужно не облажаться и сформулировать всё кратко и понятно. Я кусаю губы, лихорадочно соображая.
– Если ты робот, значит, у тебя есть система? Ну, которая с доступом через порт? Армейская?
Армейский вариант уж наверняка должен иметь усиленную защиту, это нехорошо… Однако мужчина отвечает:
– Нет, стандартная.
– Ты уверен? Слишком большое везение, чтобы быть правдой.
– Уверен. Это связано со спецификой нашей серии.
Но это же замечательно! Стандартная система потому так и называется, что идёт в единственном варианте, её ставят всем – и роботам, и большинству людей. Технология отработана, производство налажено, работает без сбоев, так и чего заморачиваться с разными версиями?
Стандартную систему точно можно взломать, значит, мой план осуществим. И мне, конечно, хочется с ходу озвучить и сам план, и предложение пожить в моей квартире – боги, он ведь спас мне жизнь, я никогда не смогу оплатить этот долг! – однако я знаю, что должна быть осмотрительной. С этим у меня проблемы. Нет, прежде чем звать к себе военного робота, который по официальной версии слетел с катушек, нужно с ним хотя бы поговорить.
– Ты давно здесь? – я рассеянно оглядываю комнату.
– Четыре месяца.
Разговаривать с человеком, у которого тень вместо лица, некомфортно – словно он в укрытии, а я сижу перед ним голая. Надо было сесть не напротив него, в свете окна, а рядом, возле стены. Но теперь уже поздно.
О чём спросить? Думай, Лета, думай! Полиция уже близко, а я туплю. Как назло, моему организму вот именно сейчас захотелось – помимо секса – спать, есть и курить.
– Днём здесь был человек… – я пытаюсь поймать мысль, которая прячется за этими словами, но она ускользает от сонного сознания.
Через несколько секунд молчания робот, видимо, решает меня поторопить:
– Я его видел. Что дальше?
– Видел?!
Он не отвечает.
Голос-в-голове пренебрежительно фыркает: Ты выглядишь отменной тупицей.
Я торопливо поясняю:
– В смысле, он говорил, что ты спал… – и тут до меня доходит, что именно я должна спросить. – Тогда почему ты ничего не сделал? Не начал выкручивать ему руки, как мне?!
– У него не было оружия.
Ну да, логично. Но я всё равно скептически кривлюсь.
– Думаешь, я могла бы напасть на тебя? Ты в два раза крупнее.
Пауза.
– Привычка.
Ну конечно. Он же военный робот! Лета, может, ну его к чёрту? А что, если ты выведешь его на улицы города, а он кого-нибудь убьёт – по привычке?
Я облизываю губы и, решившись, выпаливаю самый важный, хоть и ужасно нетактичный вопрос:
– Сколько людей ты убил с нашей прошлой встречи?
– Ни одного.