Марина Марли – Параллели Вселенных: Даниэль и Элизабет (страница 2)

Даниэль только хмурил брови и играл желваками, выражая своё недовольство.

– Да, глава! И поэтому я приказываю тебе уйти с моего пути, иначе… – осёкся Даниэль, дёрнув руку в сторону ножен.

Радмир, кивнув, отвёл лошадь, открывая перед ним дорогу. Стражники послушно распахнули ворота, не смея вступать в перепалку с главой. Только Радмиру было дозволено подобное поведение, и то его не одобряли ни старейшины, ни простой люд.

– Стефан был хорошим правителем, – бросил Радмир проезжающему мимо Даниэлю.

– Его больше нет, – тихо произнёс Даниэль и, пришпорив коня, выехал за ворота.

Ошарашенные стражники переводили взгляд с удаляющейся фигуры Даниэля на Радмира и обратно. Столько лет никто не покидал поселение и не выезжал за ворота, боясь возвращения Теней или появления новых напастей, которые могли расплодиться за это время и распространиться по лесам и долинам. Наконец, один из них, прокашлявшись, произнёс:

– Вы так его и отпустите? Одного? Без сопровождения?

– Привязать его к себе не могу. Хочет проветриться – его воля.

– Но как же? – искренне тревожась за главу, переглянулись они.

– Он справится, – поставил точку в беседе Радмир и, развернув лошадь, отправился в замок.

На обратном пути Радмир размышлял, правильно ли он поступил, отпустив Даниэля одного. Несомненно, на его долю выпало немало испытаний. Он очень сильно изменился, пройдя путь от неуверенного и робкого юноши до сильного и храброго правителя. «Мудрости и уравновешенности ему, конечно, ещё нужно поднабраться, но это только вопрос времени. Он научится», – думал Радмир, подъезжая к хмурым конюшням и спрыгивая с лошади.

Конюх, заслышав стук копыт, сразу же выбежал встречать своего подопечного. Ловко перехватив поводья из рук Радмира, он без промедления отвёл лошадь обратно в стойло, покинутое ей совсем недавно. Радмир же быстро зашагал в сторону замка.

«Даниэля что-то тревожит и уже довольно давно. Хорошо бы выяснить, что именно. Надеюсь, прогулка в одиночестве пойдёт ему на пользу и его пыл немного поостынет», – рассуждал он про себя, двигаясь вперёд и ничего не замечая вокруг.

– Куда спешишь в такую рань? – откуда-то издалека донёсся до Радмира мужской голос.

Он покрутил головой. Уже решив, что ему послышалось, он почувствовал, как его кто-то похлопал по плечу. Обернувшись, он увидел, что за его спиной стоит Ричард собственной персоной.

– Видимо, ты ещё не проснулся, если проскочил мимо меня, даже не заметив. Какие же думы так сильно занимали твою голову? – поинтересовался он, открывая идеальный ряд зубов и искренне желая знать, что происходит Радмиром.

– И всё ещё занимают, – отстранённо и всё так же задумчиво ответил он.

– Что-то случилось? – встревожился Ричард.

– Случился Даниэль.

– Что произошло? – не на шутку разволновался он.

– Решил прогуляться за ворота.

– И ты его отпустил? Не одного я надеюсь.

Радмир молчал.

– Но почему? Почему ты не поехал с ним? Не дал ему сопровождение, в конце концов? – нервно жестикулировал он.

– Наш мальчик вырос, – только и ответил ему Радмир.

– Разве это повод отпускать его одного за ворота?!

– Он глава клана, – напомнил ему Радмир, – и волен делать то, что считает нужным.

Отвернувшись, он продолжил свой путь, не обращая на Ричарда никакого внимания.

А в это время Даниэль уже мчался во весь опор на своём Лианоре. В его распоряжении была вся колыбель долины. Свежий весенний ветер дул ему в лицо, развевая волосы и одежду. Он не мог поверить, что находится за пределами поселения, и гнал Лианора, стремительно удаляясь от замка. По краям всё так же темнел лес, который, похоже, совсем не оправился от нашествия Теней. Он был таким же угрюмым, как и все последние восемь лет. Казалось, что деревья уже никогда не покроются листвой, а их искорёженные ветви так и будут торчать в разные стороны, нагнетая тяжёлые и мрачные чувства. Однако Даниэль, только что вырвавшийся на свободу, испытывал совершенно противоположные эмоции. Он вдыхал этот лёгкий воздух и не мог им надышаться. На какое-то время ему даже показалось, что всё те тяжкие думы, занимавшие его голову днём, и сны, приходившие каждую ночь, улетучились вместе с ветром. Он чувствовал себя таким же невесомым и чистым, как этот воздух.

Погрузившись в свои мысли, Даниэль и не заметил, как Лианор отклонился от курса, свернув чуть влево, уже вплотную приближаясь к кромке леса, могучие деревья которого, отбрасывали тени спутанных ветвей, змеями, расползающимися по земле. Заметив это, Даниэль, невольно вздрогнув, вернулся к воспоминаниям, где в лесах и на равнинах не так давно орудовали те самые Тени, сейчас были надёжно замурованы в подземельях. Попытавшись притормозить Лианора или хотя бы повернуть его в другую сторону, чтобы тот не влетел стрелой в лес, Даниэль понял, что он не подчиняется ему. Его лошадь неслась во весь опор, и он ничего не мог с этим поделать.

– Лианор! Т-п-р-р-р! – кричал Даниэль, с силой натягивая поводья, но тот, словно околдованный, не слышал его и продолжал свой неудержимый бег.

Искорёженные тени, отбрасываемые ветками деревьев, становились все ближе и уродливей. Даниэль слышал неукротимое биение своего сердца, ритм которого набирал скорость вместе с его непокорной лошадью. Он пытался дышать глубже, чтобы хоть немного успокоить тревогу и волнение, подступающие к горлу. Осознавая неотвратимость судьбы, Даниэлю почти удалось подавить все поднявшиеся из глубин подсознания страхи. Он полагал, что если его время закончится сейчас, то так тому и быть. Даниэль крепче ухватил поводья и наклонился ниже, к самой шее коня. Он готовился вместе с ним ворваться в лес.

Лианор влетел в сумерки чащобы. Он мчался мимо деревьев настолько быстро, что, казалось, он может в любой момент врезаться в их массивные стволы, встречающиеся на пути. Но, несмотря на его скорость, он отлично маневрировал среди них. Как только Даниэль открыл глаза, он заметил деревья, проносящиеся мимо него со скоростью ветра. Сердце его снова застучало и защемило от боли. Воспоминания из детства вернулись, и теперь он их видел не во сне, а наяву. Он снова закрыл глаза, стараясь думать о чём-то другом, чтобы отвлечься.

Наконец, Лианор начал притормаживать, похоже, услышав его мольбы. Остановившись на небольшой круглой полянке, он неспешно вышагивал, ожидая, когда же Даниэль, сообразит слезть с его спины. Тот открыл глаза. Перед ним предстала унылая картина: изнеможённые деревья с торчащими в разные стороны безжизненными ветвями, на которых висели одинокие и хилые листочки; чахлая и бурая трава, до того наполненная влагой, что казалась больше похожей на подводные травы клана Воды, нежели на земные. На фоне этой картины лишь одни ели стояли стройными красавицами, одетые в пушистые и зелёные наряды. Даниэль поднял голову и выпрямился. Осмотревшись вокруг, наблюдая эту безрадостную картину, он произнёс:

– Слишком влажно. Слишком много воды в этом лесу. Похоже, что Овиден вышла из берегов, захватив новые владения.

Дана, конечно же, была тут как тут и слышала всё, что говорил Даниэль. Словно бальзамом пролилась для неё первая часть фразы, а уголки губ поднялись в торжественной улыбке. Но вторая часть неприятно резанула ухо. Она не считала себя захватчицей. Она полагала, что цена оплачена справедливая – взамен на благополучие людей из клана Гор она обрела свободу. Медленно, неторопливо, из года в год она продвигалась всё дальше, заполняя собой сначала прибрежные земли, а потом уходя глубже в лес. Неслышно фыркнув носиком, она отвернулась и скрылась за деревьями, не желая больше слушать глупости, которые нёс этот мужчина. За всё время, что пролетело так незаметно, она уже и позабыла, как выглядел Даниэль. А сейчас, увидев его снова, не узнала – так он изменился.

Замолчав и нахмурившись, Даниэль, словно почувствовав, что за ним кто-то наблюдает, обернулся в ту сторону, откуда, как ему показалось, на него смотрели. Вглядываясь в зияющие тёмными дырами промежутки между стволами деревьев и не обнаружив никого, он отвернулся. Спрыгнув с лошади и ступив ногами со всего маху в лужу, прикрытую плотной толщей травы, он наделал немало брызг и шуму. Птицы вспорхнули с насиженных мест, с криками разлетаясь в разные стороны. Среди них Даниэль заметил одну, ярко-голубую, сильно выделявшуюся из стаи. Ему показалось, что он уже видел её раньше. Снова посмотрев себе под ноги, он немного потоптался на месте. Земля хлюпала и чавкала, облизывая его сапоги, оставляя грязные отметины, оповещая, что он стоит в вязкой жиже. Даниэль, недовольно поморщившись, сделал шаг в сторону. Предварительно ощупав ногой островок травы на устойчивость, убеждаясь, что там он будет в безопасности и не увязнет по колено. Лианор в это время тоже старался выбирать островки посуше. Увидев, как он забавно перебирает ногами, Даниэль невольно рассмеялся, снова спугнув только что вернувшихся на свои места птиц и окончательно загоняя их вглубь леса. Подняв голову к небу и снова осмотрев искорёженные ветви деревьев, он довольно быстро опять заметил ту самую птицу. Она единственная не испугалась и не улетела.

– Та самая, – произнёс он почти неслышно, продолжая смотреть на неё, не сводя глаз. – Столько лет прошло, а ты всё ещё здесь… – вспомнил он, где они виделись в последний раз.