Марина Леванова – Давным–давно...Ходящая в тени (страница 52)

За то время, пока Джим находилась внизу, мужчинам удалось сбить пламя возле входа. Дверь была открыта, и в проёме стоял Эльхан.

— У меня чуть сердце не остановилось, когда здание стало заваливаться, — он протянул руку и вытащил Джим наружу. — Что ты так долго? Стой здесь! — приказал он строгим голосом, скрываясь в дымном проходе.

Джим замерев стояла напротив открытого дверного проёма, терпеливо ожидая появления охранника с семьёй. И вот наконец на пороге показалась дочь старой кухарки с малышом на руках и девочкой, которая цеплялась за подол матери и горько плакала. Но самого охранника видно не было. Здание стонало и скрежетало, грозясь в самый неожиданный момент похоронить под собой оставшихся внутри пленников. Джим сдвинула брови. Только беспокоилась она понапрасну: в проёме появился Эльхан, за которым медленно, но уверенно шел охранник. Ему было тяжело, ведь он насильно тащил старую кухарку наружу. Здание накренилось.

— Все вышли? — закричал Эвальд, обращаясь к погорельцам, отступив в сторону и пропустив мужчину вперед.

— Все! — раздался нестройный хор голосов.

Люди с беспокойством наблюдали, как охранник пытался совладать со старой женщиной, силы которой от страха едва ли не удесятерились. Мужчина чуть ли не волоком протащил её по ступенькам вниз, и тут она, извернувшись, укусила его за руку. От неожиданности он ослабил захват, чем моментально воспользовалась обезумевшая женщина, бросаясь обратно в здание. Она влетела внутрь… и в тот же миг здание обрушилось.

Молодая кухарка упала на колени и безутешно зарыдала, её плач тут же подхватили ничего не понимающий малыш и испуганная девочка. Охранник какое–то время ещё стоял и смотрел на пепелище, потом отвернулся и решительным шагом направился к сломленной горем жене, обнял за плечи и притянул к себе.

Эльхан тем временем бросился в сторону ворот. За ним близнецы с Эвальдом. За то время, что они спасали погорельцев, Кассиан с Давиром полностью зачистили двор от нежити и отправились на помощь отряду Кетхара. Джим не последовала за своими боевыми товарищами — осталась стоять на месте, наблюдая за мужчиной и его семьёй. Почему–то смерть старой кухарки не вызвала никакого отклика в душе Джим, а вот то, как мужчина нежно обнимал жену и своих детей, заставило взглянуть на него совсем иначе. Неожиданно они встретились взглядами, и Джим поняла: он знает, кто она такая. Девушка перевела взгляд на девочку, которая протянула ладошку и нежно погладила мужчину по щеке, тихо спрашивая: "Пап, всё закончилось?" Охранник вздрогнул, что–то едва слышно сказал жене и легонько подтолкнул к ней дочку. Поднялся и направился к Джим.

— Я безмерно виноват перед тобой. Не имею права просить о прощении, но молю о снисхождении, — его голос понизился до шёпота. — Делай со мной, что пожелаешь, можешь даже убить, только не трогай их. Не причиняй вреда моим детям.

Джим как будто получила пощёчину. Подняла голову и посмотрела на него с презрением.

— Почему ты решил, что мне нужна твоя смерть? — её взгляд был твёрдым, на лице не дрогнул ни один мускул, хотя внутри всё возмущалось от того, что он мог вообще допустить такую мысль, будто она могла навредить детям.

— Тогда возьми мою жизнь, всю без остатка. Я буду служить тебе, — он готов был уже опуститься на колени перед ней.

— Прекрати! — остановила Джим мужчину. — Мне это не нужно, — она отвернулась и пошла к воротам, бросив на ходу: — Лучше позаботься о своей семье!

— Прости! — прозвучало вслед. Джим услышала, поняла, что это было сказано искренне, но не стала оглядываться. Она уходила с лёгким сердцем, оставляя за спиной своё "потерянное" прошлое.

Пошла быстрее. Побежала. Не останавливаясь промчалась через ворота и дальше по "коридору", с горечью отмечая, что имперский отряд всё же понёс потери: были раненые. Она бежала туда, где рядом с оборотнями из отряда Кетхара сейчас стояли её товарищи. Она видела, как Давир с Эвальдом кружились в смертоносном для врага танце, а рядом лёгкие и стремительные братья–близнецы с Эльханом, чуть дальше Кассиан. Командир врезался в самую гущу и успешно теснил от себя сразу несколько десятков существ, используя меч и стихию.

И вдруг раздался гулкий звук, будто застонала сама земля. Нежить тут же перестала нападать. Существа замерли на своих местах и стали тихо повизгивать. Все с трепетом обернулись в ту сторону, откуда пришёл звук. В пылу битвы никто не заметил, как к ним подошёл отряд некромантов. Их было всего семеро, все одеты в серые робы, на головы накинуты капюшоны, в руках у каждого посох, и стояли они друг от друга на некотором расстоянии. Мужчина посередине семёрки выступал немного вперед, поднял посох и с силой вогнал его в землю.

— Используем заклинание Вечности, — он вытащил кинжал, надрезал себе ладонь, окропил землю возле посоха и развёл руки в стороны, поднимая голову к небу: — "Что было мертво, прахом вернётся в землю".

Остальные шесть магов смерти в точности повторили за ним все действия с одной разницей: они продолжили щедро поливать землю своей кровью, отводя другую руку назад и через верх резко возвращая её на посох. Как только их руки коснулись древков, зелёная дымка тут же соединила все семь посохов вместе и пошла дальше разрастаться по длине в обе стороны. Мужчина, что стоял впереди всех, опустил голову, сделал шаг вперёд и толкнул обеими руками зелёную дымку от себя.

Разом из жизни ушли все звуки. Всё живое затаилось, замерло в ужасе от творящегося колдовства. Зелёное марево волной прокатилось по рядам нежити. Как только заклинание касалось мёртвых существ, они тут же превращались в прах, оседая пылью на землю. Настолько это было страшно и противоестественно, что живые люди и нелюди невольно теснились друг к другу. Имперские воины, те, кто всё это время находился в седле, спешились и недоверчиво оглядывались: только что они без остановки махали налево и направо своими кавалерийскими клинками, как вдруг враг просто исчез, будто никогда не существовал.

Стояла звенящая тишина, но Джим подняла руки и зачем–то всё равно закрыла уши. Кассиан подошёл к девушке, легко коснулся плеча, привлекая к себе внимание. Его взгляд был встревоженным. Она в ответ улыбнулась, как бы говоря, что всё в порядке, отвернулась и продолжила дальше с интересом наблюдать за магами смерти, правда, отняла руки от ушей.

Мужчины в серых робах провели руками над порезанными ладонями, моментально останавливая кровотечение, выдернули посохи из земли и уверенно направились в сторону воинов. Когда между ними оставалось всего несколько метров, худощавый юноша, что шёл с краю, вдруг откинул капюшон с головы.

— Алиар! — Джим узнала друга и сорвалась с места. — Как же так? Почему ты здесь?

Юноша воткнул свой посох в землю и распахнул объятия.

— Сам попросился, — важно растягивая слова, ответил юноша, при этом довольно улыбаясь от встречи со старым другом. — Не захотел оставаться дома, — хитро прищурился: — Я–то знал, где вас всех найти можно, — не обращая внимания на осуждающие взгляды собратьев, он подхватил девушку на руки и закружил. Опустил на землю и отошёл от неё, внимательно разглядывая. — Ты вся мокрая, от тебя пахнет пожаром.

— Ага, — засмеялась Джим, — пришлось намочиться, чтобы попасть на пожар. — Она посерьёзнела и тихо добавила: — Вы очень вовремя пришли.

— Пришли бы ещё раньше, но вчера вышли за стену с четвёртого поста и весь день двигались по землям Тёмной Империи, — лицо юноши выглядело озадаченным. — Нужно было кое–что проверить, увидеть собственными глазами. Не успели к закрытию ворот третьего поста, прошли дальше. Ночевали в одном из пикетов, а когда добрались до второго поста, вы уже проехали мимо и ушли далеко вперёд, нам комендант рассказал, — отклонился немного в сторону и поприветствовал их командира: — Здравствуй, Кассиан, — вытянул шею и широко заулыбался. — Привет, Виттор! Просто жутко выглядишь! Тебя теперь именно в этом виде неделю в речке отмачивать нужно, — зверь в ответ недовольно заурчал. Тем временем взгляд Алиара цепко пробежался по рядам. — А где Алисия?

Джим обеспокоенно перевела взгляд в ту сторону, где они оставили девушку, потом посмотрела на Алиара и спросила:

— Слушай, а то, что вы сейчас проделали, — она для наглядности помахала руками, — ну–у–у, эта зелёная волна… она на большое расстояние ушла?

— До самой стены, — вместо Алиара ответил мужчина, который всё это время внимательно прислушивался к их разговору. Нетерпеливым движением сбросил с головы капюшон. Это был старец. Его цепкий взгляд обводил командиров — Кассиана и командующего имперской конницей, который за это время подошёл и стоял рядом. — Мне кто–нибудь ответит, почему на Светлых землях порождения тьмы разгуливают, как у себя дома? Что случилось на первом посту? Прорыв? Они что, не навесили печати, и нежить прорвалась?

— Прорыв произошёл не через первый пост, — ответил кто–то позади них. Все разом обернулись. Измождённый мужчина спешился и теперь крепко цеплялся за снаряжение лошади, едва держась на ногах. — Я едва смог к вам прорваться. Мы ещё со стены увидели ваш отряд, хотели предупредить, чтобы не совались на первый пост. Ворота с Тёмной Империей уже много дней не открывались, а ворота со Светлой маг однажды просто не смог открыть, они вдруг стали, как стена, под тем особенным плетением вашей магии. Первый пост оказался в ловушке. Нашим доступом к внешнему миру осталась маленькая потайная дверь, открывать которую нашему магу каждый раз приходилось с большим трудом. А сегодня случилось это, — мужчина пошатнулся. К нему подлетели два воина–имперца и подхватили под руки, иначе странник непременно свалился бы.