Марина Леванова – Давным–давно...Ходящая в тени (страница 11)

— Ну, не обессудь! — Джим забылась и развела руками. — Никто такого не планировал.

— Спасибо тебе за Пёстрого, — проскрипел голос Крейна. Он кивнул на вольер, где стояла его лошадь.

— Да не за что, — сказала Джим, улыбаясь мужчине. Что–что, а зверей она искренне любила и не понимала, зачем их так мучают — они ведь отнюдь не глупые, им тоже хорошие условия нужны. И девушке понравилось, что метаморф заботится о своём коне, хотя и не ждала слов благодарности. Пожала плечами и перевела взгляд на остальных. — Если у вас всё, я тогда пойду? Дел ещё целая куча, боюсь, не успею управиться за сегодня.

И тут случилось невероятное! Неожиданно юноши заговорили одновременно. Замолкли, удивлённо переглянулись между собой, поражаясь такому небывалому ранее единодушию. Алдор кивнул Нору, предлагая ему говорить за всех, чтобы они не перебивали друг друга. Тот неловко прокашлялся.

— Может, какая помощь нужна? — спросил он, смущённо топчась на месте.

Джим переводила недоверчивый взгляд с одного лица на другое, соображая, в чём подвох?

Но потом всё же решилась, попросив их перенести поближе к зверинцу стог соломы, который она обнаружила за рекой на небольшом лугу, когда выходила наружу из крепости через маленькую дверь. Кстати, очень непонятная дверь: с той стороны, чтобы подойти к стене, нужно было преодолеть речку и заводь, которая разливалась чуть ли не до самой крепости. "Видно, бобры плотину поставили?" — подумала ещё тогда Джим. А вот для чего тогда дверь с этой стороны? Было непонятно.

Мужчины охотно согласились ей помочь. Пока Джим продолжала чистить вольеры, организовали несколько телег и через основные ворота перевезли стог соломы. Джим успела полюбопытствовать о непонятном явлении и узнала, что ворота в крепости закрывались в обе стороны, но магические печати накладывались только со стороны Тёмной Империи. Про небольшую дверь со стороны Светлой Империи мужчины смогли рассказать только одно: ключи от неё имелись лишь у коменданта крепости, и никто не знал, когда и для чего он её открывал.

Время подходило к обеду. Джим поблагодарила мужчин за помощь и отпустила их. Они, правда, выказали желание ещё что–нибудь сделать, но она настояла, чтобы они шли на обед. Сама же принялась закидывать чистой соломой ранее вычищенные вольеры. Именно в этот момент к ней пришли Алисия и Виттор. Они остановились, с удивлением разглядывая взявшийся невесть откуда стог сена перед входом, в ужасе переглянулись между собой, решив, что Джим перетаскала его одна. И помчались внутрь помещения, обеспокоенные состоянием подруги.

— Джим! — тревожно закричала Алисия, останавливаясь и прищуриваясь после яркого полуденного солнца, выискивая глазами подругу. Её за плечо тронул Виттор, кивая головой в сторону открытого вольера.

Именно оттуда к ним и вышла Джим. Алисия непроизвольно открыла рот и даже поднесла ладошку ко рту.

— Тьма,— тихо проговорил Виттор, наблюдая, как Джим неуклюже подволакивает ноги, передвигаясь в огромных сапогах.

— Освободились наконец–то? — улыбаясь спросила Джим. Она была довольна проделанной работой и чувствовала себя счастливой.

— Джим, — Алисия растерянно обвела взглядом вокруг себя, — говори, что нужно делать, мы тебе поможем, — встретилась взглядом с подругой. — Правда, я понятия не имею, что в таких случаях обычно делается, но под твоим чутким руководством, думаю, вполне справлюсь, — Лис виновато пожала плечами. — Я просто никогда прежде не интересовалась этой стороной жизни. Да и животные в моём присутствии начинают беспокоиться. Видно, чувствуют во мне ещё большее животное, — грустно улыбаясь, неудачно пошутила она.

— Не выдумывай! — Джим сделалось плохо. Она на мгновение представила Алисию в загонах с вилами в руках. — Я сама всё сделаю, — хотела почесать нос, но передумала,  глядя на свою руку. — Мне это вполне по силам, — заверила друзей. Заметив их скептицизм, придирчиво осмотрела каждого и спросила: — А что от вас хотели?

Виттор с охотой поведал свой разговор с комендантом. Малиган долго говорил о братьях оборотня, об их уникальном искусстве владения мечом. А потом столь же длительное время выспрашивал о самом Витторе и о его планах на будущее. Алисия же, наоборот, не смогла ничего вразумительного рассказать о разговоре с магом. Сказала лишь в сердцах: "Представляете, нажрался, как свинья. И это посреди–то дня!" Все понимающе переглянулись, а потом Джим выдала:

— Я, наверное, не пойду на обед, — она критически осмотрела себя. — Не могу в таком виде заявиться в столовую. Вы возьмите для меня чего–нибудь, я здесь перекушу, — махнула рукой в сторону старой скамейки. Видя, как Алисия с сомнением, но всё же кивнула, быстро добавила: — Постараюсь до завтра закончить здесь с делами, — и улыбнулась. — Потом будет намного легче. А вы приходили, чтобы на обед позвать? — поинтересовалась Джим, устало присаживаясь на скамейку.

— Да, и за этим тоже, но вообще–то пришли обсудить вопрос дня: "Что делать? Как дальше жить?" — ответил Виттор, присаживаясь рядом с ней. Заботливо дотронулся до её плеча. — Устала?

— Да не так, чтобы сильно, но есть немного, — Джим задорно посмотрела на юношу. — И это целых два вопроса, — она вдруг встрепенулась. — Неужто имеются предложения? — девушка с нескрываемым интересом подняла взгляд на Алисию.

— Да, — ответила Алисия и тут же нахмурилась. — То есть, нет, — увидев, как Джим  усмехнулась, тут же добавила: — Но мы обязательно что–нибудь придумаем! — Лис с надеждой посмотрела на Виттора, ища в его лице поддержку.

— Что тут думать? Надо поговорить с Кассианом, а потом идти к Малигану. — Виттор серьёзно обвел взглядом подруг. — И нечего тянуть! — он хлопнул руками по коленям, решительно поднимаясь со скамейки, как если бы речь шла о том, что нужно немедля отправляться выполнять его план.

При одном имени Кассиана Джим резво вскочила со скамейки и бодро произнесла:

— Ни за что! — и куда сразу девались усталость со спокойствием? Но, видя изумлённые взгляды друзей, виновато добавила: — Я не готова, — плюхнулась обратно, недовольно сложив руки перед собой. От волнения она даже перестала обращать внимание на то, в каком они состоянии.

— Так, успокойся! — потребовала Алисия. — Никто тебя не заставляет идти прямо сейчас. Думаю, это недоразумение само по себе разрешится. Ведь, глядя на тебя, можно сразу понять, что ты девушка, — она широко улыбнулась, разглядывая недоверчивое выражение, появившееся на лице Джим.

— Ага, — Виттор скривил губы в усмешке, поспешив спустить Лис с небес на землю, — что–то они не особо заметили, когда мы вышли из порта, что она девушка.

— Ну да… не заметили, — Алисия лихорадочно пыталась объяснить это явление. Недолго думая выпалила: — А потому и не заметили, что она в тот момент совсем не походила на девушку! Вот сам посуди... Открывается портал, оттуда выпрыгивает Ки–иса, за ней Джим, ухватившись за цепь... —  Лис задумчиво посмотрела на подругу, вспоминая события вчерашнего дня. — Ну, разве вяжется образ девушки с простой домотканой сорочкой, широкими штанами, подвязанными снизу, с этой мужской причёской?

Виттор наклонил голову набок и стал внимательно изучать Джим. Не такую, какую знал, а словно вот только сейчас увидел. И действительно, в этом переднике, в огромных сапогах, с испачканным лицом и грязными руками, трудно было понять, кто перед ним — мальчик или девочка. О запахе же, который шёл сейчас от девушки, вообще не стоило говорить — ни одна особа женского пола никогда не позволила бы себе так "благоухать".

— А знаешь, твоя правда, — согласился он с доводами Алисии. — Понятно, почему так вышло. Но надо же теперь решить, что делать? Как быть? — он серьезно посмотрел на Лис. В голову вдруг пришла гениальная, как ему показалось, идея. — Слушай, если дело всего лишь в одежде, давай тогда её переоденем?

— Во что переоденем? — не понимая, о чём идёт речь, подозрительно спросила красноволосая красавица. Джим подобралась в предчувствии, что ничего хорошего ей сейчас не скажут.

— Ну–у–у, — задумчиво потянул Виттор, — в платье там, в банты... Пусть на ужин придёт одетая, как девочка. И все дела!

Джим снова вскочила: "Да ни за что!" Это на фоне–то недавно произошедших событий? Она представила себя входящей в столовую в платье и почему–то в тех жутко неудобных штуках… в кружавчиках.

— Нет, не пойдет, — проговорила Алисия, в ужасе округлив глаза. Видно, она тоже представила такую картину, и ей это категорически не понравилось. — Думаю, нужно это сделать все же как–то постепенно, а то утром с шестом мужиков гоняла по площадке, а вечером в платье заявилась, — она усмехнулась. — Это, знаешь ли, на разные тревожные мысли наведёт.

— Но тогда как? — Виттор не отводил обеспокоенного взгляда от расстроенного лица Джим. — Она чистит вольеры, живёт вообще в одной комнате с мужчинами. И ладно бы это был только я, но вот остальные...

На последнем слове Джим в ужасе округлила глаза и вдруг завопила:

— Лис, я не могу спать в одной комнате с мужчинами! Они храпят! — тут она обвинительно выставила палец в сторону Виттора и обличительно воскликнула: — Даже он!

Алисия осуждающе посмотрела на юношу.

— Ну как ты можешь? Ей и так сейчас не сладко.

Виттор виновато переводил взгляд с одного осуждающего лица на другое. Можно подумать, не храпи он, что–нибудь поменялось бы. Юноша зачем–то почесал себе затылок и скромно сказал: